You also want an ePaper? Increase the reach of your titles
YUMPU automatically turns print PDFs into web optimized ePapers that Google loves.
O J f -<br />
ЭШТ<br />
НМБАЙКМОМ<br />
ЛИТЕРАТУРНО-ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ<br />
ОБЩЕСТВЕННО-ПОЛИТИЧЕСКИЙ<br />
ЖУРНАЛ<br />
<strong>МАЙ</strong>-<strong>ИЮНЬ</strong><br />
1956<br />
УЛАН-УДЭ
В] БАЙГАЛАЙ<br />
HAA БАЙКАЛОМ<br />
ЛИТЕРАТУРНО-ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ<br />
ОБЩЕСТВЕННО-ПОЛИТИЧЕСКИЙ<br />
Ж У Р Н А Л<br />
ЛИТЕРАТУРНО-УРАНЬАЙХАНАЙ<br />
ОПОНИЙТЗ-ПОЛИТИЧЕСКЗ<br />
Ж У Р Н А Л<br />
Орган Союза писателей и Министерства<br />
культуры Бурят-Монгольской АССР<br />
Бурят-Монголой АССР-эй Уранзохёолшодой<br />
союз аи б а Культурын министерствын орган<br />
3<br />
<strong>МАЙ</strong>—<strong>ИЮНЬ</strong><br />
19 5 6г.<br />
бя&лиотр а ун :<br />
fc]086172<br />
Р г ^ ' ^ и У AS<br />
1.У1Ч1Г МОЩ-ОЛЬСКОЕ ГАЗЕТНОЕ ИЗДАТЕЛЬСТВО<br />
У Л А Н - } Д Э
БУДНИ ШЕСТОЙ ПЯТИЛЕТКИ<br />
Дашинима ЦЫРЕНЖАПОВ,<br />
председатель колхоза „Красный Оронгой",<br />
Иеолгинского аймака.<br />
У НАС, В „КРАСНОМ ОРОНГОЕ"<br />
омнится, вскоре после Двадцатого съезда партии мне довелось<br />
проводить беседу на молочнотоварной ферме. Слушатели мои—<br />
доярки, телятницы и скотники — попросили, чтобы я подробнее<br />
рассказал о том, как будет расти животноводство в шестой пятилетке,<br />
в особенности поголовье коров, как повышаться их<br />
продуктивность. И я говорил о тех мерах, которые наметила партия для<br />
увеличения производства молока, мяса, шерсти. Говорил долго—в разрог<br />
псей страны, республики, нашего «Красного Оронгоя».<br />
Сознаюсь, беседу свою я строил так, чтобы не перегружать ее научим<br />
ми терминами, всякими там сложными формулировками. И все-таки,<br />
нидимо, переборщил. Почувствовал я это тогда, когда молодая доярка,<br />
олпа из тех, что приходят теперь на ферму после окончания школы, пос-<br />
1 мнила передо мною такой вопрос:<br />
Л как насчет снижения себестоимости молока?<br />
Вопрос этот застал меня врасплох. И не потому, конечно, что мы в<br />
Правлении не думали над тем, как снизить затраты труда на единицу<br />
продукции, как до минимума свести непроизводительные затраты. Поиропу<br />
мы еще не подработали этот вопрос, не обдумали его как следует.<br />
Тик я и сказал дояркам и пообещал им в скором времени сообщить<br />
Мнение правления.<br />
\\с «подработали», значит, — повторила мои слова доярка и<br />
Мвк лукаво посмотрела на соседку. — А нас и спрашивать не будут,<br />
»'ци \\ «мнение правления».<br />
Я понял, что допустил еще одну ошибку. Вместо того, чтобы посозетшиы'н<br />
с самими колхозниками, использовать беседу для самого широкою<br />
обмена мнениями, я снова, как и раньше, сослался на авторитет<br />
Прип.нчшя. Как все-таки живучи пережитки! Они живучи не только в<br />
ftwiv. но и в нашей партийно-политической работе. Шаблон, неумение
БУДНИ ШЕСТОЙ ПЯТИЛЕТКИ<br />
прислушиваться к голосу рядовых людей — разве это не пережиток 0<br />
И разве не против этого восставал!! делегаты Двадцатого съезда?<br />
Обо всем этом подумал я, выслушав справедливый упрек доярки.<br />
И еще подумал о том, что мы, руководители, плохо знаем людей, не следим<br />
за их духовным ростом. Разве не правда, что порою наше знание<br />
людей ограничивается лишь цифрами: выполнил или не выполнил человек<br />
минимум трудодней?<br />
И вот решаю перестроиться на ходу. Говорю слушателям:<br />
— Мнение ваше для правления необходимо. Давайте посоветуемся,<br />
что можно сделать на вашей ферме, чтобы на производство молока<br />
меньше трудодней расходовать.<br />
И сразу задвигались, оживились доярки и пастухи, как это всегда<br />
бывает, когда разговор принимает неожиданный оборот. Но после первого<br />
оживления снова наступило затишье. Видно было, что одни обдумывают,<br />
как лучше выразить свою мысль, другие попросту недоумевают:<br />
не часто ведь председатель колхоза спрашивает у них совета. Но я чувствовал,<br />
что это затишье временное, что сейчас будет интересный pa Jговор.<br />
Так оно и получилось.<br />
Первой заговорила Лубсан-Намжил Юмова. Пятнадцать лет работает<br />
она на ферме и каждый год имеет хорошие результаты по надою<br />
молока. В этом году, например, уже к 1 мая она получила от каждой<br />
коровы по тысяче двести литров молока. Лубсан-Намжил сказала:<br />
Был у нас разговор тут один... правильно зоотехник Данчинов<br />
предложил—на фермах надо сократить начальников. И на нашей посмотреть<br />
надо, и на других...<br />
А Янжа Омогтуева, которая на протяжении авух лет удерживает<br />
первенство в соревновании, сказала:<br />
— Вот мы начали доить коров только два раза в день. Дело это<br />
хорошее - - суеты меньше, а молока столько же, как и раньше получаешь.<br />
Но что дальше? А дальше, по-моему, вот что сделать надо: прибавить<br />
каждой доярке по три—четыре коровы. Управимся мы? Конечно.<br />
Говорили доярки и о том, что правлению следует «нажать» па корма,<br />
потребовать от полеводов, чтобы они не только гектарами посеянной<br />
кукурузы хвастались, но и высоким урожаем.<br />
Этот пример показывает, насколько наши колхозники глубоко интересуются<br />
всеми вопросами, поднятыми на Двадцато-м съезде, с каким<br />
желанием берутся они за выполнение предначертаний нашей родной<br />
партии. Правление колхоза и партийная организация во всей своей<br />
дальнейшей работе стремятся к тому, чтобы, опираясь на опыт лучших<br />
наших людей, направить усилия членов артели на досрочное выполнение<br />
заданий шестой пятилетки. Именно используя опыт передовиков колхоза,<br />
нам удалось разработать такие меры, которые позволят уже в этом<br />
году значительно сократить затраты труда на единицу продукции.<br />
Следует сказать, что себестоимость продуктов животноводства за<br />
последние годы у нас несколько снижена. Так, например, в 1955 году по<br />
сравнению с 1954 годом затраты на производство центнера свинины сократились<br />
на 39 трудодней, центнера мяса говяжьего — на 18,6 трудодня,<br />
центнера шерсти — на 4.2 трудодня и центнера молока — на 0,26<br />
грудодня. Правда, такое снижение в основном достигнуто за счет повышения<br />
продуктивности животных. Правление мало обращало внимания<br />
на сокращение различных непроизводительных затрат, на высвобождение<br />
людей за счет усиления механизации трудоемких работ. Короче гокоря,<br />
планомерная работа, направленная на снижение себестоимости<br />
прод_\кцни, отсутствовала.
БУДНИ ШЕСТОЙ ПЯТИЛЕТКИ<br />
И вот после Двадцатого съезда, впервые за всю историю колхоза,<br />
правление и партийная организация совместно с членами артели наметили<br />
конкретные мероприятия, которые должны улучшить экономические<br />
показатели колхоза. Что же это за мероприятия"?<br />
Как и предложили наши передовики, мы увеличили норму закрепления<br />
коров за доярками. Это дало возможность высвободить на молочной<br />
ферме пять человек. Если считать, что доярка в среднем зарабатывает<br />
600 трудодней в год, то экономия от этого составит три тысячи трудодней.<br />
Кроме того штат руководящих работников на фермах сокращен Ни<br />
три единицы. Это даст экономию еще в пределах двух тысяч трудодней.<br />
Пересмотрены нормы выработки и расценки в трудоднях. При этом<br />
правление стремилось к тому, чтобы привести в соответствие нормы выработки<br />
с достигнутой производительностью труда на тех или иных<br />
участках колхозного производства. В результате всех этих мер затраты<br />
трудодней в текущем году будут ниже, чем в 1955 году примерно на<br />
сорок тысяч. А объем работы не только не сократится, но даже возрасте,.<br />
Принимаются и другие меры, направленные на экономию трудодней.<br />
В частности, мы закрепили весь инвентарь за колхозниками. Это значил,<br />
что срок службы телег, саней, сбруи и различных механизмов будет<br />
продлен, и колхозу придется меньше затрачивать труда и средств на<br />
восстановление и приобретение инвентаря. Правление стало более строго<br />
следить за расходованием трудодней в бригадах. Теперь принят такой<br />
порядок, при котором допущенный брак в работе должен устраняться<br />
виновником без дополнительного начисления трудодней.<br />
Главное, на что обратило внимание правление колхоза, везде и всюду<br />
ввести сдельщину, поставить оплату труда в зависимость от результатов<br />
работы. И это относится не только к рядовым колхозникам, но и руководящим<br />
работникам. До последнего времени оплата труда бригадиров<br />
полеводческих бригад и председателя колхоза производилась в зависимости<br />
от величины земельных площадей, количества скота и т. л.<br />
Нынче же решено, что все руководители артели и специалисты сельского<br />
хозяйства будут получать натуральные и денежные доходы в соответствии<br />
с производимой продукцией на ферме, в бригаде, в целом nj колхозу.<br />
Много споров возникло при определении оплаты труда чабанов.<br />
Раньше каждому члену чабанской бригады трудодни начислялись за<br />
сохранение ягнят до отбивки и за настриг шерсти. Таким образом, почти<br />
все трудодни им начислялись летом. В прошлом руководители артели<br />
не обращали внимания на такое явление. Впрочем, не испытывали неудобств<br />
и сами чабаны: так или иначе в конце хозяйственного года они<br />
получали все, что заработали. Но вот артель стала переходить на ежемесячное<br />
авансирование. И тут-то чабаны забеспокоились. Однажды<br />
Ьадма-Ханда Цыбикова, которая вот уже на протяжении пятнадцати лег<br />
ухаживает за маточной отарой, спросила меня:<br />
— Я так понимаю, Дашинима Ринчинович: придет январь, все коликшики<br />
получат аванс, а чабаны — ничего не получат, февраль притч<br />
то же самое. В марте, апреле, мае -- опять нам ничего не причпик'тся:<br />
в этих месяцах никому ведь в голову не приходило стричь овец<br />
и in отбивать ягнят...<br />
Замечание было вполне справедливым. В самом деле, при существ -<br />
тшшей до сих пор оплате труда чабаны могут получать авансы лишь<br />
ipii четыре месяца в году. Ясно, что они будут поставлены в иевытд'кн 1<br />
положение. Л ведь овцы у нас — основа животноводства. Если сейчас у<br />
Hiu 1 поголовье овец достигает десяти тысяч, то к концу шестой пятилетки
БУДНИ ШЕСТОЙ ПЯТИЛЕТКИ<br />
оно увеличится до двадцати тысяч Ставить большой отряд овцеводов в<br />
неравное положение с другими колхозниками не входит в расчет правления.<br />
И еще одно обстоятельство заставило нас по-новому посмотреть на<br />
оплату труда чабанов. Дело в том, что при ежемесячном авансировании<br />
каждый колхозник стремится больше заработать трудодней, и не просто<br />
за 2есь год, а именно за каждый месяц. Отсюда — подтягивается дисциплина,<br />
человек становится собраннее, аккуратнее. Значит, надо было<br />
найти такую форму оплаты, чтобы и на чабанов она влияла дисциплинирующим<br />
образом. Вообще, как ни крути.—а надо было искать выход<br />
из положения.<br />
И мы нашли этот выход. Посоветовавшись с самими чабанами, с<br />
научными работниками зооветеринарного института, пришли к выводу:<br />
•работникам овцеводства следует начислять трудодни за сохранное;ь<br />
взрослого поголовья и молодняка и за настриг шерсти. Почему мы решили<br />
именно так? Да потому, что и в нашей артели, и в соседних еще<br />
не ликвидирован, к сожалению, падеж овец, особенно молодняка. И сейчас,<br />
когда мы должны ежегодно увеличивать поголовье овец примерь^<br />
на двадцать — двадцать пять процентов, сохранение каждой матки, валуха<br />
или ягненка — имеет важнейшее значение. Установленная оплата<br />
труда будет направлять внимание чабана и на сохранность овец, и ча<br />
увеличение настрига шерсти.<br />
Да, многое пришлось пересмотреть нам после Двадцатого съезда<br />
партии. Ведь сколько лет прошло с тех пор, как была создана у нас сельхозартель,<br />
а в Устав с сих пор по существу не вносилось никаких изменений.<br />
Росло хозяйство колхоза, увеличивался доход (сейчас он уже перевалил<br />
за два миллиона рублей), обогащался опыт руководящих работников<br />
и рядовых колхозников, а Устав оставался прежним. Вот почему<br />
так взволновало всех нас постановление Партии и Правительства об изменениях<br />
в Уставе сельхозартели. Оно дает возможность самим колхозникам,<br />
исходя и; местных условий, вносить изменения в основной закон<br />
колхозной жизни. Шагжа Нимаев, один из старейших чабанов артели,<br />
так оцепи/! значение этого постановления:<br />
- Мы сими хозяева в колхозе, мы и будем закон для себя устанавливать.<br />
Это очень и очень мудро...<br />
Мне довелось слышать, как ип же Шагжа Ннмаев, окруженный чабанами<br />
и чабанклми, ра.чнивал свои мысли по поводу постановления<br />
Партии и Правительства. Сидя на низенькой табуретке, он, казалось, обращался<br />
только к молодой сакманщице, которая смотрела на него не<br />
мигая. Но было видно, то и пожилые с вниманием слушают старого<br />
чабана.<br />
— Каждым думает, кжорил Ш.-лжа Ни.маев, - что раз мы сами<br />
Устав менять будем, го сделаем cm гаким, каким нам выгоднее. Правивильно<br />
это? Очень правильно. Пи i\i есть одна загвоздка: не все одинаково<br />
эту «выгодность» понимают. Честный колхозник, к примеру, думает:<br />
надо жестко спрашивать с тех, кто отлынивает от работы; лодырь прикидывает:<br />
а нельзя ли в новом Ус га не послабления насчет минимума трудодней<br />
добиться, нельзя ли записан,, чтобы коров да овечек побольше в<br />
личном хозяйстве было? И так во леем. Честный колхозник — одно, лодырь—<br />
другое. К чему я это говорю? Да к тому, чтобы на общем собрании<br />
каждый ухо востро держал. Прежде чем проголосовать за какой-кнбудь<br />
пункт, подумай: кому это выгодно — настоящим работникам или<br />
лодырям.
БУДНИ ШЕСЮЙ ПЯТИЛЕТКИ<br />
Это замечание чабана мною передано, конечно, не дословно, но за<br />
смысл его ручаюсь. Я привел его для того, чтобы показать, как рядовые<br />
труженики артели восприняли постановление ЦК КПСС и Совета Министров<br />
СССР об Уставе сельхозартели.<br />
Какие же изменения внесены в Устав сельхозартели «Красный<br />
Оронгой»? Прежде всего решено приусадебный участок уменьшить с 0,8<br />
гектара до 0,6 гектара. Поголовье скота в личном пользовании тоже сокращено:<br />
если раньше колхозник имел право держать двух коров с приплодом<br />
и двадцать овец с приплодом, то сейчас одну корову и десяток<br />
овец с приплодом. Оправдано такое сокращение? Вполне. Практически<br />
получалось так, что ни один колхозный двор, где все трудоспособные постоянно<br />
заняты в общественном хозяйстве, не имел такого поголовья,<br />
какое предусматривалось Уставом. Только люди, пытающиеся урвать<br />
для себя побольше, а дать колхозу поменьше, — раздували личное хозяйство.<br />
Или вот минимум трудодней возьмем. Передовики у нас за год вырабатывают<br />
шестьсот, семьсот и даже больше трудодней, а нерадивые —<br />
сто, сто пятьдесят. Значит, и здесь надо было навести порядок.<br />
Первоначально мы наметили такой минимум трудодней: для мужчин<br />
от 16 до 60 лет—300 трудодней, для бездетных женщин—250, для женщин,<br />
имеющих до трех детей,—180 и для женщин, имеющих четырех п<br />
более детей, -120 трудодней. Но оказалось, что этого недостаточно. Сами<br />
колхозники подсказали нам: следует установить помесячный минимум<br />
трудодней.<br />
— Я, например, зимой могу выработать езой минимум, — сказала<br />
Ринчин Батуева. — А лето настанет — за своим скотом ухаживать стану,<br />
огород разведу, на базар ездить буду. Что правление мне сделает?<br />
Ничего. Ведь долг свой я выполнила...<br />
Много было предложений на сей счет. Наконец, после долгих споров<br />
сошлись на одном. Теперь для каждой категории колхозников у нас установлен<br />
помесячный минимум трудодней. Каждый мужчина, к примеру,<br />
должен выработать: в январе — 21 трудодень, в феврале—20, марте—23.<br />
в апреле—25, в мае—30, в июне—25, в июле—30, в азгусте—30, в сентябре—30.<br />
в октябре—25, в ноябре—20, в декабре—21 трудодень.<br />
В новом Уставе предусмотрено, как поощрять передовиков, как воздействовать<br />
на недобросовестных колхозников и т. д.<br />
Меры, направленные на выполнение решений XX съезда партии,<br />
постановлений Партии и Правительства, дают уже положительные результаты.<br />
После изменений в организации труда, а также принятия поправок<br />
к Уставу сельхозартели заметно повысилась дисциплина колхозников,<br />
увеличилось число людей, занятых в общественном хозяйстве.<br />
Сейчас уже становится ясным, что нынешний хозяйственный год артель<br />
проведет более успешно, чем прошлый.<br />
На всех участках нашего большого хозяйства кипит напряженный<br />
груд. Чабаны успешно справились с приемом приплода. Поголовье овец<br />
уже увеличилось почти на три тысячи голов. При этом падеж ягн-г,<br />
к колхозе незначителен. Это объясняется тем, что мы перешли на зимнее<br />
ягнение маток. Еще и еще раз убедились наши чабаны в том, что зимнее<br />
ягнение—это самый прогрессивный метод воспроизводства поголовья<br />
ОНСЦ.<br />
Вновь принятые ягнята --в основном тонкорунные и полутонкорунпыг.<br />
Это значит, что удельный вес наиболее высококачественной шереш<br />
\. нас будет расти год от года. Уже в прошлом году артель не сдала го-
БУДНИ ШЕСТОЙ ПЯТИЛЕТКИ<br />
сударству грубой шерсти ни одного килограмма. Однако полугрубой сдано<br />
'больше половины. В шестой пятилетке производство шерсти в артели<br />
увеличится в три раза и составит 275 килограммов на каждые<br />
сто гектаров сельхозугодий. При этом тонкой будет производиться<br />
не менее 50 килограммов и полутонкой не менее 170 килограммов<br />
на каждые сто гектаров земель. Иными словами говоря,<br />
на каждый гектар наших земельных угодий будет производиться<br />
столько шерсти, сколько требуется на изготовление более двух шерстяных<br />
костюмов. А если учесть, что земель у нас свышг тридцати тысяч,<br />
то получится, что наш колхоз будет производить сырья на изготовление<br />
не менее 65000 шерстяных костюмов, т. с. сможет дать в год по одному<br />
костюму каждому взрослому жителю среднего города.<br />
Такова картина с овцеводством будет у нас на конец пятилетки. А<br />
•удвоения производства шерсти, т. е. выполнения задания шестой пятилетки,<br />
мы добьемся в три года.<br />
Быстро развивается у нас и молочное животноводство. За семь меф<br />
сяцев текущего хозяйственного года получено молока на 60 тысяч литров<br />
больше, чем за этот период прошлого года. Есть все основания<br />
полагать, что уже в 1957 году артель удвоит производство молока, а к<br />
концу шестой пятилетки — утроит.<br />
Большие надежды мы возлагаем на свиноводство. До последнего<br />
времени эта отрасль хозяйства была у нас одной и.ч самых отстающих.<br />
Да если по правде сказать, то буряты и опыта не. имели в этом деле.<br />
Свиноводством мы стали заниматься лишь в последние годы, после выхода<br />
в свет постановления сентябрьского Пленума ЦК КПСС. Неудивительно<br />
поэтому, что удельный вес свинины при сдаче мяса государству<br />
был совершенно незначителен. Тем отраднее, что в шестой пятилетке<br />
свиноводство будет развиваться быстрыми темпами. Если в прошлом году<br />
колхоз произвел всего лишь 61 килограмм свинины на сто гектаров<br />
пашен, то уже нынче будет произведено примерно 4.5 центнера. К концу<br />
пятилетки поголовье свиней возрастет в артели до четырехсот голоз. л<br />
свинина займет ведущее место в производстве мяса.<br />
Как видим, планы у нас большие. Но они будут выполнены, в этом<br />
никто не сомневается. Поддерживая патриотический почин воронежских<br />
колхозников, члены артели решили бороться за досрочное выполнение<br />
заданий шестой пятилетки.<br />
У нас выросли замечательные кадры животноводов. И это—залог<br />
того, что пятилетний план будет выполнен раньше срока.<br />
Правление колхоза и партийная организация стремятся иметь постоянные<br />
кадры животноводе»». На каждом гурте, в каждой отаре есть<br />
люди, которые трудятся здесь по десять, пятнадцать, а зачастую и два iцать<br />
лет. И вокруг этих умудренных опытом чабанов, скотников и доярок<br />
вырастают молодые кадры, что ежегодно приходят сюда после окончания<br />
школы.<br />
В шестой пятилетке, как уже было сказано выше, животноводство з<br />
колхозе возрастет. Значит, понадобится новый крупный отряд чабанов,<br />
доярок, свинарей, пастухов. Значит, привлечение новых людей на фермы<br />
будет продолжаться. Сочетание опытных животноводов с молодыми—вот<br />
что, несомненно, принесет успех делу.<br />
Совершенно ясно, что без достаточного количества кормов нечего и<br />
думать о быстром подъеме животноводства. Эту истину хорошо понимают<br />
члены нашей артели. Вот почему на производство кормов у нас обра-
БУДНИ ШЕСТОЙ ПЯТИЛЕТКИ<br />
щается самое серьезное внимание. И тут главное место принадлежит кукурузе.<br />
Нынче под эту культуру мы заняли пятьсот гектаров. Причем,<br />
почти вся площадь засеяна квадратно-гнездовым способом. Широкорядный<br />
способ мы применяли как исключение, на участках, где кукуруза<br />
будет убираться па сено.<br />
В прошлом году кукурузы мы сеяли четыреста гектаров. Урожай,<br />
прямо надо сказать, был весьма пестрый: где гусю, где пусто... Одни<br />
участки дали по 150—170 центнеров зеленой массы с гектара, другие—<br />
по 80, третьи — почти ничего. Почему так получилось? Потом\ что земли<br />
мы подобрали неудачные, допускал)! ошибки при междурядной обработке.<br />
Нынче ошибки прошлого учтены. Землю под кукурузу отвели наиболее<br />
прогреваемую, .хорошо обработанную. Создали звенья по выращ :нацию<br />
кукурузы. Звеньевой Михаил Яковлевич Быков сказа.г.<br />
Будет у нас в этом год)' кукур> т- Наше звено, например, постарается<br />
собрать не меньше двухсот центнеров зеленой массы с гектара.<br />
В хозяйстве, где овцеводство занимает ведущее место, нельзя обойшсь<br />
без грубых кормов, в частности сена. Поэтому улучшению лугов п<br />
пастбищ правление артели постоянно уделяет большое внимание. В<br />
пришлом году к осени мы завершили строительство крупной оросительной<br />
системы. Это позволило полить весной нынешнего года только с помощью<br />
новой системы 1500 гектаров покосов. Всего же _\ нас в этом гоiy<br />
поливается более двух тысяч гектаров лугов. Кроме того мы расширили<br />
площадь утугов. Все это по:шоли! почти вдвое увеличить урожаи<br />
сена. Если в прошлом году сена было собрало 15 тысяч центнеров, то в<br />
-лом году накосим и застогуем ж менее 28 тысяч центнеров.<br />
Трудно перечислить все те и (менения, которые произошли и произойдут<br />
в нашем большом хозяйстве. За годы пятилетки мы построим че-<br />
)ыре коровника, четыре телятника, шестнадцать овчарников, птичник,<br />
два свинарника, два зерносклада, гараж, три овощехранилища и много<br />
других производственных объектов. Кроме того возведем детские ясли,<br />
две бани, тридцать жилых домов для работников ферм. Озеленим улус,<br />
а возле правления колхоза и клуба разобьем сквер.<br />
Таково будущее нашего колхоза. Члены артели понимают, что ?,удование. Два года тому назад приобрели мы кормокомбайн. В первые<br />
inn со всех концов улуса приходили люди смотреть на диковинную машину.<br />
— Посмотреть бы ее в работе, — говорили старики, попыхивая трубипми.<br />
— Умная, должно быть, машина...<br />
Но в работе посмотреть эту машину до сих пор никому не уча. юн,механики<br />
МТС так и не сумели установить ее.<br />
Или еще пример. Третий год строится у нас тепличж>паршшжим<br />
MiMfiuuai площадью 900 квадратных метров. Строится, и конца *том\<br />
i фоннмьпву не видно. То не было труб, а теперь вот нет олиф),), краски,<br />
ч| п('\||(1|1п
1« БУДНИ ШЕСТОЙ ПЯТИЛЕТКИ<br />
ство сельского хозяйства республики и потребсоюз так плохо снабжают<br />
стройки материалами. Помнится, когда мы изъявили желание построить<br />
комбинат, го отовсюду слышали такие одобряющие реплики:<br />
Молодцы, оронгойцы!.. Приветствуем вас...<br />
Окажем всяческую помощь!<br />
I [о не долго наблюдалось такое оживление вокруг комбината. Сенчас<br />
некоторые из тех, кто расхваливал оронгойцев, морщатся как от зубной<br />
боли всякий раз, когда обращаешься к ним за помощью.<br />
Много и других неурядиц получается оттого, что есть еще руководигсли,<br />
которые слишком легко смотрят на дело механизации трудоемких<br />
работ. Такая легкость проистекает, как правило, от незнания вопроса. Видимо,<br />
председатели колхозов республики помнят шумиху, которая поднялась<br />
в прошлом году вокруг деревянных чанов, которые-де являются<br />
незаменимым средством при силосовании кукурузы. Такие чаны предложили<br />
и нам. Попытались мы от них отказаться — нас, членов правления,<br />
обвинили во всех смертных грехах. Пришлось приобрести 15 чанов, вырыть<br />
для них ямы и установить. И вот настала весна. Рассыпались наши<br />
чаны, обвалилась земля, похоронила клепки. Вместе с этими чанами<br />
оказались похороненными и десятки тысяч рублей, которые истратили<br />
мы на их приобретение. Дорого заплатили мы, чтобы еще раз убедиться<br />
облицованные траншеи куда более выгодны, чем всякие другие силосные<br />
сооружения.<br />
Все эти примеры я привел для того, чтобы показать, с какими трудностями<br />
приходится сталкиваться нам, руководителям артелей, в повседневной<br />
жизни, какой ценой приходится платить за ошибки и недостатки<br />
в руководстве сельским хозяйством. Хочется верить, что этих недостатков<br />
и ошибок с каждым годом будет становиться все меньше и меньше.<br />
Колхозники нашей сельхозартели смело глядят в будущее. Они<br />
уверены, что в шестой пятилетке добьются новых успехов в развитии<br />
всех отраслей своего хозяйства.
Семен МЕТЕЛИЦА<br />
НА БЕРЕГУ СЕЛЕНГИ<br />
Лолько в конце апреля пришла на Селенгу весна. На пологих<br />
берегах река оставила последние следы зимы: то тут, то там<br />
на майском солнце искрятся льдины. Буйствует вешнее половодье,<br />
и набухшие почками тальники, на низовских островах,<br />
жадно пьют, словно прозапас, пенную студеную влагу.<br />
Километров за тридцать от Улан-Удэ Селенга разбегается по горловинам<br />
проток. Вот тут-то, на яру, недалеко от знаменитого Мандрыкл.<br />
стоит на тракту маленькая деревушка — Старое Татаурово. Здесь -<br />
одна из бригад ильинского колхоза имени Хрущева.<br />
За деревней, переметнувшись через железнодорожное полотно, протянулось<br />
поле, покрытое прошлогодней стерней. Хоть и хороша эта притаежная<br />
земля, но с плугом она отныне распрощалась навек. Этой весной<br />
сюда не пришел трактор с сеялкой, нечего ему теперь здесь делать.<br />
Встали твердой ногой на эту землю молодые каменщики, плотники, бетонщики,<br />
штукатуры. Хльшула на берег Селенги шумная, полная звона<br />
металла и рокота моторов, горячая жизнь новостройки.<br />
Велением партии и парода закладываются у кромки тайги корпуса<br />
цехов комбината строительных материалов. Животворная сила Директиз<br />
XX съезда партии привела сюда звонкоголосую молодежь из строительных<br />
школ, приманила и бывалых тружеников—умельцев, умудренных<br />
опытом прошлых пятилеток.<br />
Знали татауровские старожилы, что богата их земля глинами, и *иестняком,<br />
строевым лесом. И часто встречали охотники в таежной округе,<br />
в падях, по ярам и перелескам, вездесущих геологов. А они застолбили<br />
глиноносные участки, месторождения глянцевитых известняков,<br />
бархатисто-золотых песков и множестзо других даров природы. Расчеты<br />
показывают, что хватит их для промышленного производства на многие<br />
десятки лет. Скоро, скоро богатства татауровской земли превратятся в<br />
материалы для новостроек Бурят-Монголии.<br />
Справедливости ради стоит сказать, что давно целился глаз строителей<br />
на этот берег Селенги, и не в этом году, а много раньше начались<br />
i.'iccb работы, но не было в них того размаха, который наблюдается ieпорь.<br />
Думалось поставить небольшой кирпичный завод, а вдохнови:•ные<br />
планы новой пятилетки открыли возможности для сооружения комбината.<br />
И то, что в прошлом году делалось за месяц, ныне создается м<br />
поделю.<br />
Дсрчкис мечты распахнули будущее, оно стало ближе, просветлен-<br />
|||ч , доступнее. Коллектив новостройки работает с той страстностью, ко-<br />
|
V2 БУДНИ ШЕСТОЙ ПЯТИЛЕТКИ<br />
году, а ныне уже стало ясно, что весь комбинат будет пущен в ход в<br />
конце второго года этой пятилетки...<br />
В конторе строительного участка этой весной появился новый кабинет,<br />
- - кабинет директора комбината. Как говорится — принимайте из<br />
рук в руки, контролируйте. Правда, у директора Николая Васильевича<br />
Титова весь штат представлен одним бухгалтером, но и этого пока достаточно.<br />
Директор работает в тесном контакте с начальником стройучастка<br />
Александром Семеновичем Джакириани. Разные по характеру и темпераменту<br />
люди, они сроднились в единой устремленности. И на первый<br />
взгляд трудно понять, кто из них заказчик, кто подрядчик. Понятия эти,<br />
так необходимые в бухгалтерии, здесь, в кипучей жизни стройки, почти<br />
не ощущаются.<br />
Спокойный, высокий, медлительный в движениях и речи, будущий<br />
руководитель коллектива эксплуатационников замечательно сработался<br />
со строителем Джакириани, которому свойственны все черты южанина.<br />
Они всегда вместе—и на строительной площадке, и в кабинетах над чертежами<br />
и планами. Они уже видят комбинат, видят его дымящиеся трубы,<br />
раскаленные печи и штамповочные агрегаты. И -jra чудесная увлеченность<br />
своей мечтой заражает весь коллектив строителей.<br />
Николай Васильевич Титов использует побую возможность, чтобы<br />
рассказать рабочим о том, что они строят. Орловский говорок директора<br />
комбината будоражит сердца каменщиков и плотников, бетонщиков,<br />
и землекопов. Титов говорит о комбинате так. как будто идет по его цехам<br />
в окружении туристов. Ему здесь все знакомо, и словно каждый<br />
трубопровод, автомат, пульт управления беседует с ним о своих возможностях,<br />
о чудесной силе сотворителей этой техники.<br />
Вот он ступает по влажной от вешних вод земле. На нем синий ватник,<br />
керзовые сапоги. Шаги у него большие, подстать росту, но легкие и<br />
неторопливые. Из-под кепки глядят зоркие карие глаза. Это глаза хозяина,<br />
рабочего человека. Титов шагает по территории будущего комбината.<br />
Она начинается на востоке, вон от того склона, покрытого разнолиственным<br />
лесом, и протянется на запад без малого на два километра<br />
до того березового подлеска, что сбегает с невысокой горы.<br />
Николай Васильевич проходит мимо двухэтажного кирпичного дома<br />
на четыре подъезда. В нем разместятся: управление комбината, столовая,<br />
амбулатория, магазин. Он смотрит вдаль, туда, где стоят сейчас ;аросли<br />
черемухи. Скоро раскинется в тех местах производственный корпус<br />
известкового (анода, а еще западнее поднимутся цеха деревообделочного<br />
комбината.<br />
Вечереет. На строительной площадке работает вторая смена. Николай<br />
Васильевич встречается с Александром Семеновичем и, никак не<br />
приноровясь к его мелким и быстрым шагам, идет рядом своими упругими<br />
саженками.<br />
- Дойдем до бетонщиц, юроиливо глотая окончания слов, предлагает<br />
Джакириани.<br />
— Пошли. — Титов вглядывается в далекие силуэты рабочих.—Там<br />
сегодня бригада Толстоноговой?<br />
- Конечно, она, Анна Васильевна. Первая смена ее сегодня дал;:<br />
сто семьдесят процентов. - Александр Семенович ускоряет шаг.<br />
Они подходят к бетонщицам.<br />
Пожилая, с виду хрупкая женщина, ловко ворочает емкой совковой<br />
лопатой в траншее, полной жидкого буто-бетона. На ней резиновые сапоги,<br />
и работница стоит прямо в сером месиве. Она вскидывает голову, и
БУДНИ ШЕСТОЙ ПЯТИЛЕТКИ<br />
выцветшая ситцевая косынка сбивается на затылок. Женщина быстрых',<br />
ловким движением поправляет косынку и смахивает со лба бисеринки<br />
пота.<br />
— Ну как, Анна Васильевна, не задерживают с материалом?<br />
спрашивает Александр Семенович.<br />
- Какое там—«не задерживают»,—отвечает за бригадира поодаль<br />
стоящая на кромке траншей Александра Красовская. Молодая, задорная<br />
она с вызовом смотрит на начальника. Ее глаза выражают явное<br />
неудовольствие.<br />
- Конечно, Александр Семенович, не худо бы две машины поставить<br />
на подвозку. За нами дело не станет, — поддерживает члена своем<br />
бригады Анна Васильевна. В глазах се вспыхнули искорки. Плавные<br />
движения сильных рук становятся резким, и из-под лопаты летят брызги<br />
— Транспорта не хватает, Анна Васильевна. Сам знаю, что :а вам!!<br />
дело не станет, — признается начальник стройучастка. —- Требуем транспорта,<br />
обещают... Растворный узел за смену дает 25 кубометров бетона<br />
при плане 20. Сама знаешь, как работают Василий Сахаров и Иван Шабалин.<br />
Титов молчит, он сочувствует своему другу. И когда работницы уложили<br />
раствор в траншею и, опираясь на лопаты, вышли из траншеи на<br />
!емлю, Николай Васильевич сказал:<br />
- Хорошо работаете, слов нет. - - Помолчав, он обратился к Джакириани,<br />
- сюда надо поставить еще одну машину. - - И продолжая<br />
прерванною этой фразой нить разговора с работницами, спросил их:<br />
— А знаете, что здесь будет 0<br />
— Как же, слышали — комбинат будет.<br />
— А вот здесь, на этом месте?<br />
— А к го же его знает, какие тут цеха поставят.<br />
— Здесь будет механический цех, кузница, гараж, пожарное депо,<br />
материальный склад. Закладываете вы фундамент под корпус подсобных<br />
предприятий. Его раньше других пускать надо. Он поможет поднимать<br />
цеха комбината.<br />
Внимательнее всех слушает совсем юная, с вишневым румянцем на<br />
щеках, дочка Анны Васильевны — Дуся. Она угадывает пауз\ и успе-<br />
1!.кч задать вопрос:<br />
Николай Васильевич, а это верно, что на комбинате везде за человека<br />
будет машина работать?<br />
Глаза Титова серьезны. Дуся затронула в нем самое заветное. Но<br />
он не торопится отвечать а, наоборот, спрашивает:<br />
А кто тебе, Дусенька, об этом говорил?<br />
• Да все на стройке только о будущем и говорят. Вы вчера каменщикам<br />
про технику рассказывали, плотникам.... у штукатуров тоже об<br />
ITOM знают, а мы что — хуже?<br />
Все смеются. Бетонщицы сдержанно, а темпераментный Джакирнарадостно<br />
и восторженно, как юноша.<br />
Аи, да Дуся. Я тебя хорошо понимаю: строить закончишь — на<br />
комбинат мечтаешь пойти работать, — светится доброй улыбкой Алекi<br />
;ШДр Семенович.<br />
Не скрою, хочу и пойду, дорога не заказана. Сегодня — бсто;:лаитра<br />
-техник. — строго говорит дочка бригадира.<br />
.Замечательно. Все собираются оставаться на комбинате,- с нмy<br />
обидой замечает Джакириани, — а ты скажи мне, Николаи Bait.спич,<br />
с кем я останусь, если ты у меня всю молодежь отнимешь. М:;с<br />
i i ни с | роить, да строить, скажи, с кем я останусь?
11 БУДНИ ШЕСТОЙ ПЯТИЛЕТКИ<br />
- Найдется, народу хватит... Теперь, после обращения партии<br />
правительства, к нам народ прибудет, Александр Семенович, — успокаг<br />
вает Липа Васильевна.<br />
• Конечно, прибудет. Из Москвы, Ленинграда, Киева — отовсю.г.<br />
с.о 1 в Сибирь и в Забайкалье молодые строители, — подтверждает Титов.—Значит,<br />
насчет техники инстересуетесь? Что же, пожалуйста. -<br />
директор комбината начинает разговор о самом главном для него — <<br />
будущем. Он даже изменяет своему привычному тону размеренной, неторопливой<br />
речи. Он загорается. — Строим мы, товарищи, очень важно*<br />
для нашей республики предприятие. Такого у нас еще не было. Вот,<br />
примеру, все кирпичные заводы, какие есть в Улгн-Удэ и в район; 1<br />
дают в год около 30 миллионов штук кирпича, а наш комбинат од;,<br />
даст 28 миллионов штук.<br />
— Один? — переспрашивает бетонщица Таисия Третьякова.<br />
— Конечно, один. Но ведь помимо кирпича мы дадим новостройки<br />
еще миллион песчано-ювестковых блоков и миллион шлакоблоков.<br />
— Миллионы, миллионы...—вырывается у Дуси. Девушка не мож;<br />
сдержать своего любопытства. Ей кажется, что именно она и станет д<br />
вать эти миллионы. Она видит себя работницей завода.<br />
— Flo помимо этого, — продолжает директор, — наш известковьп<br />
завод в год даст свыше 20 тысяч тонн извести. Или, к примеру, возьми<br />
те, — директор комбината устремляет взгляд вдаль,—вон там, за чер'<br />
мухой, вы будете строить деревообделочный комбинат. В республш ,<br />
нынче завозится с подмосковных стройкомбинатов множество детал< '<br />
для стандартных домов, целые эшелоны... А как построим наш дерево»<br />
делочнын комбинат, отпадут такие перевозки.<br />
— А сколько мы дадим деталей, Николай Васильевич, в ro;i J<br />
вновь включается в разговор бригадир.<br />
— Дадим мы, Анна Васильевна, 15 тысяч кубометров. Тут и ок.<br />
и двери, и потолки, и полы, и косяки, и все прочее, без чего дом -<br />
дом. Вот что вы строите.<br />
— А насчет техники-то все-таки? — не унимается Дуся.<br />
— Будет тебе! — строго смотрит на дочку Анна Васильевна.<br />
— Почему же, Анна Васильевна. Правильно Дуся допытываетеулыбается<br />
Джакириани.<br />
- Строители должны знать, что они строят, — соглашается Тито;;.<br />
Техника у нас, Дусенька, будет очень высокая. Ручного труда coat<br />
не увидишь на комбинате.<br />
— Значит, вот так лопатами ворочать не придется? — спраши.ч<br />
Красовская. — А как же, расскажите поподробнее.<br />
-Слышали, какой план мы будем выполнять? Разве ручным гр\ •<br />
его обеспечишь? Но главное в том, чтобы облегчить труд рабочего^<br />
и решено все производственные процессы на нашем комбинате мех.т<br />
зироиать. К примеру, на кирпичном заводе в три смены будет рабо<<br />
всего 130 рабочих. Если без техники, по старинке, так чтобы 28 милл.<br />
нов кирпича в год дать, надо были бы иметь здесь более тысячи рабоч<br />
— Машина — великое дело. Большая забота о рабочем человеке<br />
государства,—заражается общим интересом Анна Васильевна Толе<br />
ногова. Она уже забыла, что минуту назад строго одернула дочку за<br />
вопросы. Бригадир понимает, что это не праздная заинтересованное!'<br />
— Да, все будут делать машины. К. примеру, в глинохранили и<br />
глина придет на вагонетках. Их привезет мотовоз. В карьере вагоне,<br />
загрузит экскаватор. Из глинохранилища грейферный кран подаст г.п 1<br />
ну на транспортер. Примут ее вальцы, потом бегуны и, наконец, гл!г
1л 'IIIM 1Ш-СТОЙ ПЯТИЛЕТКИ 15<br />
м. пшика И нее по трубам придет пар, чтобы увлажнить глину, хорошо<br />
ЦргМСШйТЬ. Ну, а потом—прессы. Hi них выкатится плотная глиняная<br />
пин, ниж-аетомат разрежет ее на кирпичи. Их подхватит транспортер,<br />
.nun сырец в сушильные камеры. Вот п получится, что рабочий кос-<br />
U'UMt кирпича руками только на стройке.<br />
Здорово!— восклицает Дуся и вдруг обеспокоенно спрашивает:—<br />
Л \H|um.'i«n>-io машинами кто будет?<br />
Ты, тон подруги, товарищи.<br />
Да где же мы этому научимся, Николай Васильевич?<br />
Мы, Липа Васильевна, на учебу будем нынешних строителей noli<br />
ми., ил практику в лучшие предприятия страны. Не боги горшки об-<br />
МИСакл, правильно, Дуся?<br />
Денушка молчит, но красноречивее слов говорят ее лучистые синие<br />
111 HI<br />
Ьршалир, приложив маленькую ладонь к прищуренным глазам,<br />
||)И1 НДЛЛЬ.<br />
Кажется, Миша наш едет, -- нарушает Анна<br />
| и* ' if, ниц там, и пятой от этого края избе. Его родные и поныне рабоiiixu<br />
и колхоое. Да и не один его односельчанин сейчас помогает сверliitHiu<br />
мечты Дуси Толстоноговой, ее сверстников, свершению мечты<br />
H|niiinvifil. На бетонном узле работают татауровцы Геннадий и Юрий<br />
1)фдуко1к'кнг, Суранов и Сергей Попов приобрели на стройке специальi<br />
U. ирмптурщиков, а Кубунов и сын колхозного кузнеца Георгий РоgjMUMH<br />
16 БУДНИ ШЕСТОЙ ПЯТИЛЕТК,)<br />
Девушки и парни собрались обсудить план участия в районном<br />
фестивале молодежи. Пришел на собрание и директор комбината Николай<br />
Васильевич Титов.<br />
Докладывает секретарь комсомольской организации, бригадир комплексной<br />
молодежной бригады каменщиков Алексей Курбуленко. Не по<br />
годам серьезный, высокий и плотный юноша с бронзовым от весенних<br />
ветров и майского солнца лицом, сообщает, что от молодых строителе;!<br />
необходимо послать на фестиваль спортивную команду и группу участников<br />
художественной самодеятельности.<br />
- Конечно, товарищи, надо помнить, что наш стройучасток в апреле<br />
месяце завоевал по Тимлюйскому стройтресту первое место в социалистическом<br />
соревновании. - Алексей вскидывает глаза на знамя, что<br />
украшает передний угол кабинета. Комсомольцы замечают мимолетны]!<br />
взгляд комсорга. Видно, что девушки и юноши стали строже, подтянутее.<br />
Курбуленко делает паузу и продолжает: — Значит, чесгь представлять<br />
наш коллектив могут и должны передовые строители. Надо подумать,<br />
кого послать.<br />
И комсомольцы задумываются. Кому не хочется померяться силах;]:<br />
на беговой дорожке с лучшими физкультурниками района, кому не отрадно<br />
показать свое искусство на сцене! Но спортивые достижения и<br />
творческая одаренность это хорошо, а вот каков ты на лесах стройки,<br />
как ты выполняешь задание пятилетки?<br />
Нетерпеливый Анатолий Бурдуковский рвется выступить первым. Он<br />
просит слова у председателя собрания Тамары Макаровой.<br />
— Говори.<br />
Порывистый, резкий и, видимо, очень прямой по характеру, юноша<br />
критикует работу клуба, кружков. Его слушают внимательно, но вид,;':<br />
кое-кому не очень приятно его слушать. Штукатур Валентин Красико >.<br />
крепкоплечий паренек лет семнадцати лукаво улыбается. Улыбаются :;<br />
другие. Дело в том, что Бурдуковский заведует клубом. Это его общественная<br />
работа. Он выполняет поручение комсомольской организации<br />
Парень замечает улыбки товарищей.<br />
- Думаете, самокритикой занимаюсь, — говорит он запальчиво, —<br />
нет. я хочу сказать, что вы плохо, товарищи комсомольцы, помогает-.<br />
клубу и кружкам. С чем мы придем на фестиваль? Две недели остается.<br />
а физкультурники не тренируются как следует, нового репертуара \<br />
драматического и вокального кружков нет. Вот о чем подумать надо..<br />
И еще скажу -- когда вы будете выполнять свои обязанности дежурных<br />
в клубе, товарищи комсомольцы? — Бурдуковский хмуро смотрит пз<br />
председателя.—Вот вы, Тамара Павловна, думаете, если вы мастер, значит<br />
можно забывать о своих комсомольских обязанностях!? Или вот, В..<br />
тентин Красиков, активист, а сам курит в клубе.<br />
— Ты тоже куришь!?— взрывается Красиков.<br />
— Я при служебном исполнении. Имею право, — пытается отпарировать<br />
Бурдуковский.<br />
Споры разгораются, и каждому есть что сказать. Когда утихл;<br />
страсти и были выделены лучшие люди на районный фестиваль молод i<br />
жи, Александр Семенович Джакириани попросил слово. Он внимателььч<br />
слушал юношей и девушек, торопливо делал пометки в записной книжка<br />
В начале речь его была спокойна и нетороплива, но вот он коснулс<br />
главного—вопроса трудовой чести молодежи и комсомольцев, и темпера<br />
мент истинного южанина взял верх над спокойствием:<br />
— Наш коллектив выполнил апрельскую программу на 160 проце.<br />
тов. Мы имеем большую экономию средств н материалов. Вы, мол.
БУДНИ ШЕСТОЙ ПЯТИЛЕТКИ<br />
дые товарищи, знаете, что коллектив стройки обязался выполнить годовой<br />
план к первому июля. Большое, ответственное обязательство! Если<br />
мы его выполним, то основные заводы и цеха комбината войдут в строй<br />
не к концу 1958, как запланировано, а в последнем квартале будущего<br />
года. Комсомольцы неплохо работают, но на стройке восемьдесят молодых<br />
рабочих вне комсомола, и далеко не все из них трудятся так, как<br />
нужно трудиться в шестой пятилетке. Об этом вы должны подумать. Если<br />
комсомолец работает хорошо, а его товарищ плохо — стыд комсомольцу,<br />
я так понимаю.<br />
В маленьком кабинете наступает напряженная тишина. Из окна второго<br />
этажа видны река и дальние горы. На них опускается ночь.<br />
Александр Семенович продолжает свою мысль.<br />
— Ваша критика правильная. Не важно у нас с культурным обслуживанием.<br />
Плохо организуем отдых молодежи. В этом виноват и я, и<br />
партийная организация. Неважно мы помогаем нашей молодежи и комсомольцам<br />
в культурном росте. Вопрос, который мы обсуждаем — об<br />
участии на районном фестивале—крепко связан с нашей работой и жизнью.<br />
Правильно вы это замечаете. Чем я вам конкретно помогу? Я берусь<br />
сам тренировать баскетбольную команду и легкоатлетов. Средства<br />
для приобретения спортивной формы дадим. За репертуарными сборни-<br />
^ ками пошлем в город. Второго июня обеспечим вам хороший транспорт,<br />
ч Думаю, что старшие товарищи тоже поедут на ваш праздник.<br />
•) На фестивале надо показать и то, как мы трудимся, как выполняем<br />
^ шдания партии. У меня есть предложение—сделать макет стройки, диаграммы<br />
выполнения производственных планов, фотовыставки и витрины<br />
^о жизни строителей. Николай Васильевич нам поможет. Согласны?<br />
— Вот это правильно! — от избытка чувств Бурдуковский взъеро-<br />
^ шил волосы.<br />
— Вижу, правильно я вас понял, товарищи комсомольцы. Есть у<br />
пас трудовые успехи, но успокаиваться на них нельзя. Вот ты, Алеша. -<br />
начальник стройучастка обращается к секретарю комсомольской органиищии<br />
Курбуленко. Тот настораживается.—Как ты думаешь, Алеша, если<br />
мы организуем в твоей бригаде работу по методу новосибирского каменщика<br />
Алексеева?<br />
— Это тройками-то? — подхватывает бригадир.<br />
— Конечно. Если сейчас один каменщик за смену у нас укладывает<br />
нГ)О кирпичей, то при работе тройкой каждый за смену спокойно уложит<br />
1250 штук. Мы же проводили опыт.<br />
И ребята вспоминают этот опыт. В январский мороз сам начальник<br />
\ чистка с молодыми каменщиками Степаном Черниговым и Виктором<br />
Поповым уложили за смену 5500 штук кирпичей в стены школы.<br />
Что же, Александр Семенович, я готов, и ребята нас поддержат.<br />
I'iporo говорит Алексей Курбуленко.<br />
Вот это правильно! — по-мальчишески восторженно повторяет<br />
фразу юного каменщика Александр Семенович. — Вот это будет наш<br />
iрудовой подарок фестивалю молодежи.<br />
Полные новых дум, уходили комсомольцы с собрания.<br />
Ьурдуковский смиренным голосом попросил своего бригадира:<br />
Алексей, поставь меня работать в тройку, честное комсомольское<br />
• модиоду.<br />
'i, сСвет над Байкалом», № 3
US БУДНИ ШЕСТОЙ ПЯТИЛЕТК!'<br />
Поставлю если... — и Курбуленко, еле сдерживая смех, нал,,<br />
ляет нетерпение юного дружка.<br />
Что — если?<br />
— Если не будешь злоупотреблять своим служебным положением.<br />
- Это ты о чем?<br />
- Если не будешь курить в клубе и хорошо подготовишь на фестт<br />
валь драмкружок.<br />
— Слово даю, Алеша!<br />
Джакириани и Титов остались в кабинете одни.<br />
— Хороший народ, правда Николай Васильевич? — у Джакириак.<br />
светятся глаза и, кажется, он жалеет, что ушли его юные помощники.<br />
- Можно работать с такими, — соглашается директор комбинат..<br />
Титов о чем-то думает. Горячий Джакириани прерывает его раздумье.<br />
— Николай Васильевич, давай начнем войну за технику. Вот у теби<br />
на комбинате будет полная механизация. У тебя уже и оборудование пр,<br />
бывает, хотя мы еще корпуса не закончили, а у нас, строителей, нева».<br />
но с техникой. Помоги добыть еще четыре машины-самосвала, две 6opTv)<br />
вых, башенный кран, две бетономешалки, бульдозер, канавокопатель<br />
транспортер. Помоги, друг. Поедем в трест вдвоем.<br />
— Поедем.<br />
Они идут из кабинета так торопливо, словно немедленно готовы о<br />
правиться воевать за новую технику для стройки.<br />
В домах молодого рабочего поселка, у которого такое чудесное буд<br />
щее, светятся электрические огни. Скоро, скоро улицы его покроются а<br />
фальтом, появятся скверы, стадион. А у самой Селенги вырастет поселиндивидуальных<br />
домов. Здесь уже строятся шестнадцать новоселе;<br />
Пока они каменщики, штукатуры, плотники, но по тому, как домовп'<br />
они ладят свои дома и усадьбы, не трудно угадать их намерения. Люди<br />
связывают свою рабочую судьбу с комбинатом на многие годы. О:выстроят<br />
его и станут в нем хозяевами, дадут новостройкам республик и<br />
к концу пятилетки миллионы кирпичей, шлакоблоков и других стро<br />
тельных материалов.<br />
Чутким сном засыпает тайга. Легкой волной шумит Селенга у по .<br />
гих берегов. Летят мимо стройки на восток и на запад товарные и пасс.<br />
жирские поезда. Кажется, что колеса выговаривают: скорее, скор '<br />
скорее.
Алексей ПЛАВИНСКИЙ<br />
НОВАЯ ПРОФЕССИЯ<br />
П<br />
огода, хмурая и мрачная с утра, к вечеру разгулялась. Заходя-<br />
IUK солнце щедро осветило цех. По потолку, стенам, блестящим<br />
чип им машин и станков забегали тысячи зайчиков. И только<br />
когда мимо окон со свистом пробегал суетливый манев-<br />
Е1МА (Провоз, и цехе снова становилось темно, словно солнце скрыса-<br />
М м н-мную грозовую тучу. Гудок известил о конце смены. Борис<br />
Мрнпич Поздеев остановил свой станок, подошел к ученикам.<br />
ДгМЬ-то как прибыл, — сказал он, щурясь от солнца. — Сменн<br />
ЫМИМнн, и солнышко-то вон еще где... Ну, что же, товарищи, пора и<br />
ЧН ДоМйМ<br />
I 4|Псин'шю говоря, ученики Бориса Захаровича совсем не походили<br />
|| ЦЛМ'ШЫЛ учеников, какие часто встречаются в цехах завода. Оба он«,<br />
м плотные мужчины, лет под тридцать пять, были почти ровес-<br />
«ин'му учителю. Их энергичные лица с упрямыми морщинами<br />
и пи себе отпечатан больших жизненных испытаний. И сейчас, ког-<br />
S<br />
ttmt wv ipiic не спеша шагали по асфальтовой дорожке к проходной<br />
Щи 1 , м\ скорое можно было принять за товарищей по работе, чем зз<br />
•Ими и учеников.<br />
i коро, шачит, пробу придется сдавать, — снова заговорил }^ 1! "<br />
Что ж, пора... Техминимум у вас сдан на отлично. Надеюсь, что<br />
yHi риОогу сдадите хорошо...<br />
/((У1ЖНЫ сдать, постараемся... — ответил, поправляя старую военурнжку,<br />
идущий сбоку Петр Александрович Дрожжин.<br />
отставший Андрей Андреевич Ключерев весело поддержал<br />
Id* осрамим своего учителя.<br />
И«> ЦУГИ н учитель, и ученики уверенно говорили о предстоящей прсмуш'сновалось,<br />
что их волнует ожидаемый экзамен.<br />
кчиЛц Дрожжина и Ключерева протекала не совсем обычно. Оба<br />
Ц»Л ( 1|Й,'1И и учились на заводе всего каких-то три месяца. И хотя до<br />
ИМ it и/I и и цех они вовсе не знали друг друга, но за это время успели<br />
|циш1ком1пься и даже подружиться.<br />
»|шым у кжарного станка появился Дрожжин.<br />
Н ••• «идный январский день пришел он в отдел кадров завода и<br />
i ншцшнленне и документы демобилизованного офицера Cost/<br />
Кули Жг juic устроить, товарищ Дрожжин? —• задумался наoiiuvia<br />
кадров, внимательно осмотрев ладную фигуру офицера<br />
ИМ» ! и 4ЙДЖ«ШШИСЬ взглядом на длинной орденской колодке, прико-<br />
U flo груди. -- Вы — майор, батальоном командовали, неудобно
20 БУДНИ ШЕСТОЙ ПЯТИЛЕТКИ<br />
направить вас простым рабочим. А для руководящей должности у час<br />
.специальных знаний нет... Может быть, пойдете на хозяйственную "работу,<br />
в ОРС?<br />
- Нет, я именно и хотел просить вас направить меня простым рабочим<br />
в цех, — настойчиво попросил Дрожжин, нарочно подчеркивая слово<br />
«простым». — Наше советское государство сокращает свои вооруженные<br />
силы для того, чтобы доказать всем, что мы боремся за мир не только<br />
на словах, но и на деле. Ну, а мы, бывшие военнослужащие, тоже<br />
должны доказать, что умеем не только охранять мирный труд, но и производительно<br />
трудиться. Вот почему я и решил непременно пойти работать<br />
на производство и именно рабочим.<br />
— Ну, а какую профессию вы хотели бы получить? — спросил<br />
Дрожжина начальник отдела кадров.<br />
— Профессию токаря, — не задумываясь, ответил майор запаса.<br />
— Хорошо, — пожал плечами начальник, — вот вгм направление<br />
в инструментальный цех.<br />
Так началась новая трудовая жизнь майора Советской Армии Петра<br />
Александровича Дрожжина.<br />
А через неделю такой же разговор, почти слово в слово, повторился<br />
в отделе кадров с капитаном запаса Андреем Андреевичем Ключеревым,<br />
который так же, как и Дрожжин, пожелал изучить профессию токаря.<br />
Их биографии во многом походят одна на другую, хотя служили и<br />
воевали они в разных местах...<br />
Восемнадцатилетним юношей, комсомольцем, только что окончившим<br />
среднюю школу, пришел шестнадцать лет тому назад Петр Дрожжин в<br />
Советскую Армию. Его направили в военное училище. Только год продолжалась<br />
его учеба. В конце сорок первого года он уже командовал<br />
взводом и, отбивая натиск гитлеровских войск под Москвой, был в первый<br />
раз ранен.<br />
В боях на курской дуге рота офицера Дрожжина в течение недели<br />
удержи! 1 в своих руках важный плацдарм—шоссейную дорогу Белгород—Обоянь.<br />
Семь дней превосходящие силы противника по нескольку<br />
раз в день атаковали кучку храбрецов. К исходу недели их оставалось не<br />
больше тридцати человек. Натиск фашистов усиливался с каждым разом.<br />
Кровью бойцы выдержали все атаки и, не оставляя рубеж, продержались<br />
до подхода подкрепления. За этот подвиг командир роты Петр Дрожжин<br />
получил орден Александра Невского... Войну Петр Александрович<br />
закончил в Румынии, оттуда и уехал на дальнейшую учебу. В<br />
1955 году он уже имел звание майора и командовал танковым батальоном.<br />
Андрей Ключников воевал на других фронтах. Так же как и Дрожжин,<br />
пришел он в армию безусым комсомольцем. Боевое крещение молодой<br />
боец получил в жестоких боях под Сталинградом. Потом прошел<br />
он по фронтовым дорогам Донбасса, Украины и Белоруссии.<br />
Участвовал он в тяжелых боях по освобождению легендарного Се<br />
вастополя — последней опоры гитлеровцев в Советском Крыму. Два<br />
ордена и шесть медалей украшают его грудь. Дважды был тяжело ранен<br />
боевой командир и снова возвращался в строй. Праздник Победы Андрей<br />
Андреевич встречал в Берлине... А через несколько дней он выехал ir<br />
Германии, выехал, как говорят на транспорте, транзитом—их эшелон<br />
проследовал на Дальний Восток. В составе гвардейской дивизии с боями<br />
прошел он от МОНГОЛИИ ДО ЯПОНСКОГО моря. За участие в разгроме японских<br />
милитаристов командир мото-стрелковой роты капитан Ключерев<br />
был награжден боевым орденом Монгольской Народной Республики. До-
БУДНИ ШЕСТОЙ ПЯТИЛЕТКИ<br />
мобилизовавшись из Армии. Андрей Андреевич, сын старого уральского<br />
рабочего, твердо решил за короткий срок получить рабочую специальность.<br />
Так свела судьба двух офицеров, уволенных в запас в числе шестисот<br />
сорока тысяч, в инструментальном цехе Улан-Удэнского ордена<br />
Ленина паровозо-вагонного завода.<br />
Их учителю воевать не пришлось. Без перерыва работает он на заводе<br />
более двадцати лет... Не мало потрудился он в тяжелые годы Отечественной<br />
войны, сутками не выходя из цеха. За эти годы он так сроднился<br />
с заводом, что не представляет своей жизни вне его стен. Слава<br />
его, как талантливого рационализатора, разнеслась далеко за пределы<br />
завода. Многочисленные ученики Бориса Захаровича работают не только<br />
в Улан-Удэ, но и по всей Восточной Сибири.<br />
И понятно, что никто на заводе не удивился, когда двух необычных<br />
учеников начальник цеха и мастер поручили обучать именно Поздееву.<br />
Токарное дело — совсем не такое простое, каким кажется оно с<br />
первого взгляда. Оно имеет довольно сложную историю. Чтобы нынче<br />
стать токарем четвертого или пятого разряда, надо много знать. В ремесленных<br />
училищах специальностью токаря овладевают около двух лег,<br />
да и потом подлинное мастерство приходит только после упорной практической<br />
работы.<br />
Обычный метод обучения в данном случае не подходил.<br />
Поздееву хотелось как можно скорее сделать своих учеников хозяевами<br />
станка. Для этого у него были веские основания. Новые ученики<br />
имели хорошую общеобразовательную подготовку. Служба в механи-<br />
(ированных частях Советской Армии научила их разбираться в машинах.<br />
Армия воспитала их волю, она вырастила их коммунистами, научила<br />
на каждое дело смотреть серьезно. Поздееву не приходилось показывать<br />
одно и то же два раза. Все, что ни говорил или показывал у ч лгсль,<br />
схватывалось на лету. Поработав с учениками неделю, токарь тзерло<br />
решил закончить обучение в течение трех месяцев.<br />
Борис Захарович объяснил ученикам все возможности станка, его<br />
особенности, могущие возникнуть неполадки. В токарном деле важную<br />
роль играет подготовка инструмента, или, как говорят токари,—заправка.<br />
Поздеев показал, как нужно затачивать резцы, объяснил, какой из<br />
резцов применяется в той или иной работе. В теории все это казалось<br />
но сложным и легким делом. Опытные руки Бориса Захаровича быстро<br />
находили нужный инструмент, почти не глядя, он ловко закиеплял дегаль,<br />
и уже через секунду ровная стружка спиралью ползла из-под резца.<br />
Но одно дело наблюдать четкую и красивую работу опытного мастера,<br />
а другое — самому взяться за дело. Станок, послушный и покорны:'!<br />
II руках Поздеева, вдруг начинал капризничать и выходить из повиноiiriiiiH,<br />
когда за него вставали ученики. Болтики и шайбы, которые на<br />
первых порах обтачивали ученики, получались неровными, негодными в<br />
производство.<br />
Ничего, не смущайтесь, — утешал огорченных учеников По.;-<br />
|гсц, привыкните, сразу ничего не делается... Скоро, скоро набьете<br />
руку. Вы только замечайте свои ошибки; вот болтик не плохой полу-<br />
'IIICICH, а стружку сняли слишком толстую. Почаще измеряйте! Не<br />
ищиблется только тот, кто ничего не делает. На ошибках мы учимся.<br />
Дрожжин и Ключерев изо всех сил старались исправить свои<br />
щцибкм. Станок почти перестал капризничать, а болтик.i и шайбы стали<br />
КММДИ1Ь вес ровнее, точно указанных размеров.
22 БУДНИ ШЕСТОЙ ПЯТИЛЕТКИ<br />
Мастер Петр Устинович Калабухов, лроходя по цеху, частенько наблюдал<br />
за работой новых учеников. Отходя, он удовлетворенно улыбался<br />
и бормотал под нос:<br />
— А выйдет толк... Молодцы ребята, совсем хорошо стали работать!<br />
Дни шли... Незаметно с отпадающими листками календаря промелькнули<br />
три месяца...<br />
Грязно-серый снег на заводском дворе стаял, и робкая весенняя<br />
травка зазеленела на пригорках. Теперь Дрожжин и Ключерев, освоиз<br />
изготовление болтов и шайб, успешно справлялись с более сложными<br />
работами.<br />
Когда цех нес предмайскую i рудовую вахту, ученики Поздеева освоили<br />
.нарезку резьбы. Для начинающих -- это считается одной из трудных<br />
операций.<br />
В канун праздника оба ученика на два часа раньше срока выполнили<br />
трудоемкое задание — нарезку для мечика и калибр для измерения<br />
резьбы. Теперь они полностью освоили как правую, так и левую резьбу,<br />
научились снимать самую тонкую стружку и уступали токарям-разрядьикам<br />
только в темпах работы.<br />
В средине мая Борис Захарович завернул, как бы ненароком, к мастеру.<br />
Поговорив о разных текущих делах, он, наконец, решил приступить<br />
к самому главному:<br />
— Вот что, Петр Устинович, как наши ученики работают — ты видел.<br />
Плохого ничего не скажешь. Старались — дальше некуда. Рук><br />
набили... Теперь дело за практикой. Как считаешь — пора им пробу на<br />
разряд сдавать или рано?<br />
— Ты учитель, тебе и карты в руки, — хитро прищурившись и глубоко<br />
затянувшись папироской, сказал мастер.—Подбирай задание, проверим,<br />
а там, глядя по результату и решим: звать заводскую комиссию или<br />
обождать.<br />
На следующий день Поздеев дал ученикам пробное задание.<br />
— Сегодня будете делать унифицированный обратный клапан паровоза,<br />
— сказал учитель. — В производстве он довольно сложен — двадцать<br />
четыре детали, есть и очень мелкие. Главное здесь — точность... В<br />
общем сами разберетесь, вот наряд, а вот чертеж. Вникайте, делайте, а<br />
как выполните — примем вместе с мастером вашу пробу.<br />
Ученики склонились над чертежами. Читали их и разбирали они до<br />
вольно быстро. Сказывалась служба в Армии и умение обращаться с машиной.<br />
Но и три месяца работы с таким учителем, как Поздеев, много<br />
му их научили. Разобравшись, они, внешне совершенно спокойные и<br />
собранные, как перед серьезной боевой операцией, включили станки. Бо<br />
рис Захарович незаметно наблюдал за ними... Вот Дрожжин закончи.<br />
перв\ю деталь. Через минуту обточи.! свою деталь и Ключников. Бежа<br />
ли часы... Горка деталей с правой стороны станка все увеличивалась i<br />
увеличивалась.<br />
Мастер несколько раз выглядывал из конторы, но, видя прилежи<br />
согнутые спины учеников, снова скрывался за дверью.<br />
К концу смены детали забрал контролер. Медленно проверил он их<br />
потом собрал и долго изучал на свет — нет ли каких-нибудь зазоров<br />
Контролер, одну за другой, отмечал в наряде годность изготовленных дс<br />
талей. Потом взял в руки готовый клапан мастер. Так же, как и контре<br />
лер, он придирчиво исследовал продукцию молодых токарей. Вид у нет<br />
был недоступно суровый, и только окончательно все проверив, он широк<br />
улыбнулся:
.БУДНИ ШЕСТОЙ ПЯТИЛЕТКИ<br />
— Молодцы, ничего другого не скажешь... Просто молодцы. Не<br />
быть мне мастером, если комиссия не даст вам четвертый разряд... А<br />
через пару месяцев, если так же будете работать, вам и пятый разряд<br />
присвоят. Завтра же пойду в заводоуправление: пусть вызывают заводскую<br />
комиссию. Ну, поздравляю: кончилось ваше ученичество. Теперь<br />
вы, можно сказать, самостоятельные, полноправные рабочие.—И мастер<br />
крепко пожал им руки.<br />
Бывшие ученики улыбались... Они вспомнили в этот миг, как провожали<br />
их в части. Вспомнили, как фронтовые товарищи выражали надежду,<br />
что в шестой пятилетке они сумеют достойно показать себя. И<br />
вот прошло всего четыре месяца, а они уже вступили в новую полосу<br />
жизни.<br />
Да, они имели полное право сказать, что сумели найти свое место в<br />
жизни, сумели оправдать доверие партии, командования и товарищей.<br />
У обоих мелькнула мысль написать о сегодняшнем экзамене в часть, поделиться<br />
с товарищами своей радостью.<br />
А между тем к ним подходил взволнованный учитель:<br />
— Сумели, значит, доказать, — сказал он, — что не только на войне,<br />
но и на трудовом фронте умеете одерживать победы. Пусть весь<br />
мир знает, какое пополнение наша Армия дает рабочему классу! Милости<br />
просим, товарищи офицеры, в нашу рабочую семью...<br />
— Выходит, что так, — ответил Дрожжин. — Умели командовать—<br />
сумеем и выполнять команды. Теперь мы солдаты шестой пятилетки.<br />
— Поздравляю вас с первым рабочим званием, товарищи!<br />
...Шестьсот сорок тысяч демобилизованных из Армии в прошлом<br />
году, нашли свое место в труде... Да иначе и не может быть в нашой<br />
стране. И еще миллион двести тысяч солдат, сержантов и офицеров скоро<br />
придут в цеха, на стройки, в колхозы и совхозы. Они тоже найдут<br />
свое место в великой созидательной работе советского народа, в борьбе<br />
ла досрочное выпотиение плана шестой пятилетки.
ЯКУТСКИЕ ЖЕНЩИНЫ<br />
ПАРТИЮ СЛАВЯТ<br />
Екатерина ИВАНОВА,<br />
Народная сказительница Якутии<br />
Мы батрачками байскими были,<br />
В темноте беспросветной мы жили,<br />
В дымной юрте свой век коротали,<br />
Знали только нужду да печали.<br />
И не знали, пройдут ли невзгоды.<br />
Ты открыла дорогу свободы;<br />
Ты, как утренним светом прекрасным,<br />
Озарила забитый наш разум,<br />
Повела нас дорогой расцвета.<br />
Шлем тебе и любовь и приветы!<br />
Пусть звучит эта песнь величаво:<br />
— Слава Партии, слава, слава!<br />
Перед нами — лазурные дали,<br />
Полноправными нынче мы стали;<br />
Ты с отеческой теплой заботой<br />
Женщин труд окружила почетом;<br />
Ты в наслегах таежных и селах<br />
Нам построила светлые школы;<br />
.Мы пошли в них учиться с охотой,<br />
Чтоб ковать свое счастье работой;<br />
Ты сроднила нас с русским народом.<br />
Слава светлым и радостным годам!<br />
Пусть звучит наша песнь величаво:<br />
Слава Партии, слава, слава!<br />
Мы бесправными были когда-то,<br />
Нынче есть среди нас депутаты,<br />
Утверждаем большие законы,<br />
Управляем хозяйством огромным.
Е. ИВАНОВА<br />
Молодая республика наша<br />
С каждым днем все богаче к краше.<br />
Здесь немало забот мы вложили,<br />
Честь и славу трудом заслужили.<br />
Вдохновленные Партии словом,<br />
Устремляемся к подвигам новым .<br />
Пусть наш клич прозвучит величаво:<br />
— Слава Партии, слава, слава!<br />
Ты наметила нашей Отчизне<br />
Путь великих побед коммунизма.<br />
Мы растим небывалые всходы.<br />
Мы стоим у станков на заводах.<br />
Учим школьников, здания строим;<br />
Мы усилия наши утроим,<br />
Коммунизму свой труд посвящая.<br />
Пусть звучит наш привет величаво<br />
— Слава Партии, слава, слава!<br />
Перевел с якутского А. Лаврик
ПОБРАТИМЫ<br />
РОМАН*)<br />
6<br />
Иосиф ТУГУТОВ<br />
обромыслов не торопился покидать Манзурку. Он слушал<br />
Фрунзе со все возрастающим интересом. Особенно живо, взволнованно<br />
рассказывал он ему о Владимире Ильиче.<br />
Велика сила ленинских идеи! Они не могут не увлечь всех, в<br />
ком бьется честное и мужественное сердце и кто ка собственной<br />
спине испытал всю мерзость капиталистического рабства...<br />
Фрунзе убедился, что его беседы падают на благодатную почву: молодой<br />
собеседник все понимал с полуслова. Он не скрыл от Добромыслова,<br />
что не ради просвещения лишь одного человека прозодит с ним многие<br />
часы. Он дал понять, что за его спиною видит степные улусы, маесь<br />
скотоводов, охотников. И сам Добромыслов стал смотреть на свое деле<br />
другими глазами: он видел перед собою многочисленных представителе;<br />
сибирских племен и народов. И он давал себе слово, что донесет Ленин<br />
ские мысли, не измельчив их, донесет до своих слушателей во всей свежести<br />
и остроте.<br />
Добромыслов, слушая Фрунзе, вспомнил все, что слышал о не><br />
раньше. Он знал, что Фрунзе был вожаком иваново-возчесенских и шун<br />
ских ткачей т<br />
- грозные дни девятьсот пятого, что он был одним из ге<br />
роев кркено пресненских баррикад. Все это создало в воображении ДоС<br />
ромыслова образ стального бойца, жесткого, неукротимого. Теперь ж<br />
Добромыслов убедился, что перед ним мягкий в обращении, удивительна<br />
простой человек, совсем не похожий на легендарного героя.<br />
«Такому бы только стихи писать». - - неожиданно подумал Добре<br />
мыслов. И каково же было его изумление, когда во время очередно<br />
совместной прогулки по горам. Фрунзе попросил его выслушать стих<br />
собственного сочинения.<br />
— Эти стихи. — сказал Фрунзе, -- родились у меня в Александре<br />
ском централе, в гранитном мешке. Хотите послушать?<br />
И Фрунзе красивым бархатистым голосом начал декламировать:<br />
Геверпыи ветер, вьюга завывает,<br />
Зданье централа дрожит...<br />
В муклх отчаянья узник рыдает.<br />
Сон от больного бежит...<br />
) Окончание Нач. в 1 и 2 номере
ПОБРАТИМЫ 27<br />
Нельзя было не полюбить этого твердокаменного большевика, умеющего<br />
быть таким нежным и лиричным!<br />
Вячеслав Михайлович тоже умел располагать людей к себе. Он с<br />
первой же встречи понравился Добромыслову. Все в этом человеке, даже<br />
его улыбка, как-то по особенному озарявшая лицо, каждый жест были<br />
искренни и вызывали большое доверие.<br />
Добромыслову после первой же беседы с Вячеславом Михайловичем<br />
стало ясно, что его старший товарищ не знает, что такое скука, что он<br />
не о-пустит руки ни при каких обстоятельствах, — в любую минуту он находит<br />
себе дело, вечно чем-нибудь занят...<br />
И вот настала пора уезжать из Манзурки. В этот день потеплело,<br />
По-летнему в чистом, безоблачном небе засияло солнце...<br />
Утром Добромыслов попрощался с Фрунзе и Скрябиным, ушел от<br />
них ободренный и окрыленный... Да, широкие горизонты открылись перед<br />
ним после того, как партия вооружила его боевым оружием! Он отправляется<br />
теперь ее посланцем в стойбища и улусы.<br />
Когда он покидал село, на душе у него было радостно и светло. Он<br />
трясся в возке по бесконечно длинному Якутскому тракту на юг вдоль<br />
извилистой речки, которая кружила по широкой долине, напоминая огромный<br />
аркан, брошенный опытной рукою табунщика. Его мысли обращались<br />
вокруг бурятских кочевий, разбросанных по берегам вот таких<br />
же речушек, петляющих в степи, обрамленных густыми зарослями гибкого<br />
тальника...<br />
В Баянголе Добромыслов оч\тился лишь зимою, побывав в десятках<br />
других улусов. В соседней с Баянголом Родниковке он остановился<br />
на некоторое время у Ивана Хлебодарова, с которым был знаком еще<br />
до поездки на север.<br />
В Родниковке Добромыслов выдал себя за этнографа-любителя, работающего<br />
по заданию Русского географического общества, которому-ю<br />
понадобились старинные документы, имеющие отношение ко времени<br />
Перчикского договора между Россией и Китаем. В те далекие времена,<br />
говорил родниковцам Добромыслов, когда Сибирь только осваивалась<br />
русскими землепроходцами, духовные лица иногда вето исторические<br />
шписи, продолжая традиции древнерусских летописцев, и, по всей вероятности,<br />
у родннковского священника есть какие-нибудь любопытные архивы.<br />
Его свели к поп\:<br />
—Батюшка у нас ученый...<br />
Отрекомендовавшись, Добромыслов сразу же приступил к делу:<br />
— Нет ли у вас, отец, старинных копни... Интересуюсь, изучаю историю<br />
края.<br />
- Копий нет. но одн\ пику могу найти. - - не поняв, скороговорке!<br />
отнетил поп.<br />
- Нет, кет! Не оружие меня интересует... Я собираю старинные документы,<br />
записки путешественников, копии редких книг.<br />
- Таковых у нас не водится, —• ответил поп. — Могу познакомить<br />
нас с одним бурятом из соседнего улуса. У него, я слыхал, кое-что ее о<br />
по этой частл.<br />
Так через роднпковского батюшку Виктор Михайлозич Добромыслов<br />
и познакомился с баякгольским даргой. у которого он за пять рублей к_\-<br />
ПИЛ деревянного, с рыбьими глазами бога онгона, замасленною, пропп-<br />
1Н1ШОГО копотью дымной юрты. Никаких старинных книг у Дамбы, конечно,<br />
не оказалось...
И. ТУГУТ( •<br />
Виктор Михайлович появился в Баянголе в новом качестве - - еп<br />
на паял котлы, а потом стал учить ребятишек грамоте.<br />
Столярный верстак, у которого любил Фрунзе возиться часами, и><br />
!ывал Михаилу Васильевичу немалые услуги. Часто к нему заходи<br />
крестьяне. Им нравилось наблюдать, как этот удивительный ссыльш.<br />
с виду интеллигент, с отменным знанием дела занимается ремесло'<br />
Фрунзе здесь же, у верстака, заводил с манзурцами непринужденные <<br />
седы. На первых порах речь, казалось, идет о вещах, очень далеких<br />
политики. Михаил Васильевич, например, рассказывал мужикам о i<br />
совых и палисандровых рощах. Манзурцы сначала недоуменно пожп\<br />
ЕЙ плечами, не понимая, что это за рощи.<br />
- Это у нас на юге, в теплых краях, такие деревья растут. - - p;i .<br />
яснял Михаил Васильевич. — Их называют красными, а мастер по<br />
кому дереву называется краснодеревщиком.<br />
— Что же из того тисса делают? — спрашивали любопытные.<br />
- Мебель для бар. Она самая дорогая.<br />
- Все хорошее, конечно, не нам, а барам, — ехидно замечал<br />
нибудь из собеседников.<br />
— Да, в нашей жизни много еще обидного,—как бы невзначай пр<br />
сал Михаил Васильевич. — Кто живет в роскоши, а кто ходит голод<br />
и в лохмотьях. Посмотрите хоть на свою жизнь.<br />
Тут мужики обычно начинали волноваться:<br />
— /Кивем. худо, очень худо...<br />
— Снаружи посмотришь, вроде бы изба стоит, а внутри -<br />
пустота!<br />
Михаил Васильевич по привычке опытного агитатора-революции;<br />
не оставлял без ответа ни одного недоуменного вопроса. И мужики<br />
тянулись к нему. Но очень скоро он убедился, что допустил неостор<br />
ность. Его беседы у столярного верстака дошли до ушей полицеж .<br />
ищеек...<br />
Это случилось вечером 31 июля 1915 года.<br />
Днем прошел проливной дождь, превративший улицы Манзурк.<br />
i епроходимыс топи. Того и гляди — увязнешь по колено. В эту кенл<br />
ную погоду, хлюпая тяжелыми коваными сапогами по лужам, по i<br />
шли два жандарма. Они спешили. Когда ноги вязли в грязи, они нец"<br />
ко чертыхались.<br />
Хотя с тех пор, как у Агриппины Ивановны Рога 1евой посе. и<br />
ссыльного революционера, жандармы частенько навещали ее дом, т\ i<br />
нее екнуло сердце, вытянулось лицо, она всплеснула руками:<br />
— Не к добру они заявились, ой, не к добру!<br />
Жандармы вошли в дом, бренча саблями и стуча сапогами. 11 ,<br />
вым вошел толстяк с лицом, изъеденным оспой, за ним шагал худи;<br />
вый, с тяжелым, исподлобья взглядом.<br />
— Где твои жилец? — гр\бо спросил толстяк. От нею сильно :>><br />
самогонкой.<br />
— Вышел куда-то, -- тихо ответила Агриппина Ивановна.<br />
- И не знаешь, где он пропадает? — деревянным голосом сир<br />
сухопарый...<br />
Пока жандармы обыскивали квартиру и шарили во дворе, Мп<br />
Васильевич преспокойно парился в бане. Его в конце концов розыск<br />
— Быстрее собирайся! — закричал толстяк.
I If,МЫ 29<br />
Мне не к спеху, — спокойно ответил багровый от жаркой бани<br />
Мм«и I Нипьчычшч.<br />
I м\ Прикялали одеваться, идти в избу.<br />
!!«• ДШДут человеку как следует попариться! — вздохнула как бы<br />
*фн »-и\« Агриппина Ивановна...<br />
Н ttot же иечер, кроме Фрунзе, жандармы арестовали еще нескодь-<br />
НН IH'M.'tWtUS.<br />
Мя «'лг дующее утро Агриппина Ивановна понесла в манзурскую пе-<br />
Л Порьму передачу для своего бывшего квартиранта...<br />
Ни Юригс в Иркутск, в час ночного привала, Михаилу Васильевичу<br />
I. Л«*жнп>. В середине августа по фальшивому паспорту на ими<br />
М**"Ф'| Григорьевича Василенко он прибыл в Читу, устроился ст?и<br />
областное переселенческое управление -- и сразу же окунул-<br />
Ш !•«'!•бромыслову переносить невзгоды высылки, разлука не<br />
^VBM **" м уныние.<br />
Щ§ н»|»»'МИСЫ11с1Лись. Добромыслов не отважился звать Зину в Си-<br />
Mtt 1и4#*|" ми. (цк-иратностям кочевой жизни в холодной стране катор-<br />
§ Р^|4мн и »|п обижало ее... Но она отважилась сама и, не закончив
НО И. ТУГУТОВ<br />
курсы, приехала к нему в Баянгол. Это произошло в конце зимы, когда<br />
Виктор Михайлович уже прочно вошел в жизнь баянгольцев, как первый<br />
основатель школы в улусе.<br />
Когда ему сообщили, что его разыскивает по улусу какая-то девушка,<br />
его охватило волнение...<br />
Они встретились у входа в юрту кузнеца Нимы.<br />
— Зина! — крикнул Добромыслов, первым заметивший ее.<br />
Она кинулась к нему на шею:<br />
— Виктор... Ты не осуждаешь меня за сумасбродство?..<br />
- Разве могу я тебя осуждать, радость моя?<br />
— Все такой же... Сильный ты... Даже Сибирь не сломила тебя!—<br />
тихо проговорила девушка со слезами радости на глазах...<br />
Они поселились в черной юрте кузнеца Нимы.<br />
В эту зиму с фронта в Баянгол доносились тревожные вести: шла<br />
затяжная война, уносившая в могилу сотни тысяч молодых человеческих<br />
жизней.<br />
После поездки в Манзурку Добромыслов знал, что ему гозорить<br />
баянгольцам об этой войне. Он упорно разъяснял им, что бывают разные<br />
войны — войны справедливые, освободительные, и войны несправедливые,<br />
захватнические.<br />
— - Войну затеяли богачи, — говорил он.—На грабежах и разбое<br />
они наживают несметные богатства.<br />
Баянгольских бедняков это объяснение потрясло.<br />
— Верить ли русскому учителю или нет? — спрашивали друг \<br />
друга баянгольцы...<br />
В это время в улусе появился еше один странный новичок. Это бы,"<br />
маленький, юркий человек с необычной для уха баянгольцев фамилие;<br />
Дьяк. Он кое-как изъяснялся по-монгольски, ходил по улусу в черно!<br />
шляпе и черном пальто. За стеклами его очков в золотой оправе поблескивали<br />
хитроватые темные глаза.<br />
Появившись в Баянголе и остановившись у дарги, Дьяк объяви/<br />
себя купцом-пушнинннком, скупающим шкурки. В первый же день о;<br />
объявил улусникам:<br />
— На западе идет ужасная война. Она передвинется к вам и уничтожит<br />
все на свете: людей, скот, зверей. Все ценное вам надо немедля<br />
сбыть. Я вам помогу в этом деле. У меня есть богатые покупатели-амс<br />
рикапцы.<br />
— Этот купец упрашивает меня поймать ему живых соболей, -<br />
сообщил однажды Нима своему другу Виктору Михайловичу.<br />
— Ну и что же ты ответил ему?<br />
— Этой хитрой бестии я прямо сказал, чтоб он убирался ко вес.<br />
чертям... Он приехал грабить нас. Не иначе, его Дамба подослал ко МН'<br />
— Молодец! Ловко отбрил! — рассмеялся Виктор Михайлович.<br />
-- И ведь что советует нам... чтобы все мы убирались в тайгу, -<br />
возмущенно продолжал Нима.—И, выходит, они с Дамбой разграбят вс<br />
наше добро, весь улус?<br />
— Похоже, что так... Прохвост! — согласился Виктор Михайлович<br />
Как вскоре обнаружилось, Дьяк шатался по всему краю, всюду сея.!<br />
панику, а особенно охотно — рознь между русскими, бурятами и тунг.
ПОБРАТИМЫ 31<br />
сами. Прежде,, чем попасть в Баянгол, он побывал в Холбоне, где пытался<br />
уговорить Федула Горюнова побыстрее выкачать из его шахты все<br />
золото, отправить во Владивосток и погрузить обязательно на американский<br />
пароход, уверяя, что заокеанские банки — наиболее надежное хранилище<br />
для золота. Он предложил даже основать Холбонское русскоамериканское<br />
акционерное общество. Хитрый Горюнов, видимо, учуяв<br />
недоброе, наотрез отказался заключать какие-либо сделки с гостем...<br />
Баянгольцы тоже не поддались на удочку авантюриста. Странного<br />
гостя всенародно осрамил кузнец Нима.<br />
Однажды к нему зашел Дьяк поздним вечером. Он принес с собой<br />
бутылку водки и, когда Нима подвыпил, повел разговор, который возмутил<br />
кузнеца до глубины души: Дьяк стал настойчиво советовать ему<br />
выгнать Добромыслова с его женой. Нима схватил гостя за шиворот и,<br />
изрядно помяв, выбросил на улицу. Вслед полетели бутылка и черная<br />
шляпа. После этого он пошел по улусу и стал всюду говорить:<br />
— Гоните прочь эту гадину, не пускайте его в юрты! Он хочет поссорить<br />
нас с нашим старшим братом, поссорить с русскими! Русские научили<br />
нас сеять хлеб, принесли в наши юрты печное тепло, песни, грамоту,<br />
сердечную доброту... Летучая мышь боится дневного света, который<br />
мы нашли у русских. Гоните Дьяка из улуса!<br />
И Дьяк вынужден был покинуть улус.<br />
Баир сильно скучал по родному Баякголу, по Цицнг, с которой он<br />
некогда учился русской грамоте. Он часто видел ее даже во сне... Вот<br />
свежее розовое утро. По Баянголу проскакала за табуном гулевых лошадей<br />
молодая всадница на резвом бсгунце. Кто же посмел мчаться во<br />
весь опор к дому грозного дарги? Кто это, дерзкий, не сходит с седла?..<br />
Весь улус любовался девушкой, так красиво и легко сидящей в седле.<br />
Вначале он не разглядел ее. Но это была Цициг!<br />
Сильно тосковал Баир о Цициг, долго не было о ней никаких вестей,<br />
Но, наконец, к концу лета до него дошла страшная зесть — девушку<br />
просватали за какого-то вдовца.<br />
Эту весть принес сверстник Баира Цыдып, из соседнего с Баянголом<br />
улуса, пришедший на Холбон в поисках заработка. В свое время и он<br />
нтайне вздыхал о Цициг, хотя и видел ее всего один раз.<br />
Цыдып рассказывал:<br />
— Цициг все время плачет... В Баянголс все говорят, что она любит<br />
тебя, Баир. По улусу ходят слухи, будто ты скоро вернешься. Говорят, ты<br />
нашел кусок золота с баранью голову, стал купцом. Будто ты приедешь<br />
ia Цициг весь в золоте...<br />
Баир вздохнул, а Цыдып тихо засмеялся: до чего падки люди на<br />
ри.шые слухи!<br />
— Когда я остановился на ночлег в Баянголе, — продолжал Цыii.iii,<br />
—как раз в этот день к Дамбе приехал удачливый сват Цырен...<br />
1.14) все в улусе зовут Длинным Поводом... Говорят, он пригнал большой<br />
ш^ун рысаков, привез от жениха деньги — вторую половину калыма...<br />
Смдьбу, по слухам, сыграют скоро, на исходе лета...<br />
Баир, застонав, охватил голову руками, уронил ее на колени. Что<br />
ему делать? Бежать в Баянгол? Но разве Дамба пустит его па порог<br />
пихто дома? Нет, он схватит его, Баира, затравит собаками, свезет в<br />
иорьму...
32 И. ТУГУТОВ<br />
И еще одно событие взволновало баянгольцев. Содном, сын старого<br />
чабана Пурбы, без всякой видимой причины отказался работать в улусе.<br />
Правда, совестливый, деликатный Содном заранее предупредил хозяев о<br />
своем скором отъезде, чтобы они имели возможность подыскать ему замену<br />
и скот не остался без присмотра.<br />
По улусу по 'Поводу неожиданного заявления Соднома пошли толки.<br />
Одни говорили, что Соднома, наверное, сманил в Холбон разбогатевший<br />
Баир. Другие высказывали предположение, что, быть может, Содному<br />
наскучило бобыльство, и он решил найти себе жену в каком-нибудь из<br />
соседних улусов. Но и те и другие жалели, что Баянгол теряет такого<br />
старательного пастуха. Даже дети жалели, что уйдет Содном: он был<br />
для них бесподобным сказочником и выдумщиком ребячьих игр...<br />
Никто не знал истинной причины, побудившей Соднома покинуть<br />
Баянгол. Знал ее лишь учитель Добромыслов да его верная подруга<br />
Зина... Добромыслов почуял, что за последнее время дарга следит за<br />
каждым его шагом, через своих людей подслушивает его беседы с бе хнотою.<br />
— Дамба, конечно, донесет на меня, — сказал он жене.<br />
— Тогда надо уехать отсюда, — простодушно решила она.<br />
— Что ты! — энергично запротестовал Виктор Михайлович. — К<br />
тому же арест мне будет грозить в любом другом месте, где б я ни начал<br />
работу. Нет, нет я не могу еще прекратить здесь работу!<br />
Виктор Михайлович взволнованно заходил по дому.<br />
— Иного ответа я и не ожидала! — любуясь им, сказала Зина. —<br />
Но что же ты намерен делать?<br />
— Прежде всего соблюдать сугубую осторожность, — ответил Добромыслов<br />
и, помолчав, добавил: — Завтра же пошлю кого-нибудь из<br />
надежных людей в Холбон, там Степан Хребтов... Необходимо посоветоваться<br />
с ним о создавшемся положении.<br />
— А кого думаешь послать? Не меня ли? — спросила Зина.<br />
- Ты не подойдешь... Будешь слишком заметна в шахтерском поселке.<br />
Тут нужен незаметный рабочий человек... Я остановил бы свой,<br />
выбор на пастухе Содноме, если он, конечно, согласится. Через своего<br />
друга Баира он быстро и легко свяжется с Хребтовым...<br />
Содном согласился.<br />
Оставив малолетнюю свою дочурку на попечение бабушки Янжимы,<br />
он тотчас же отправился в Холбон.<br />
Через три дня после его отъезда из Родниковки нагрянул пристав с<br />
полицейскими и арестовал Добромыслова.<br />
Зину полиция не тронула, ей только предписали немедленно ПОКИ-<br />
НУТЬ Баянгол.<br />
Встреча двух давнишних друзей произошла у входа в шахтерски::<br />
барак. Увидев Соднома, Баир чрезвычайно обрадовался.<br />
— Ты!.. Каким чудом? — закричал он.<br />
— Тебя ищу!..<br />
Баир увлек Соднома в барак и, хотя было людно и шумно, друзья<br />
присели на свободную скамью.<br />
— Можешь говорить смело, — сказал Баир. — Нашего языка здесь<br />
никто не понимает... Значит, ко мне пришел?
ПОБРАТИМЫ Л)<br />
— К тебе. Виктор Михайлович . велел мне разыскать с твоей помощью<br />
Степана Хребтова...<br />
— Степана? - - перебил Баир. — Ты немного опоздал, друг: на<br />
прошлой неделе Степан ушел отсюда.<br />
- Ушел? — удивился Содном.<br />
— Да, ему пришлось бежать ночью, — объяснил Баир, — иначе его<br />
арестовали бы.<br />
— Виктор Михайлович тоже думает, что его арестуют.<br />
- Выходит, оба они за народ?<br />
(.одном рассказал другу баяпгольские новости.<br />
— А правда ли, что Цициг просватали в дальний улус? -- спросил<br />
Баир.<br />
— Правда. Откуда ты знаешь?<br />
— Мне сообщил на-днях один парень... Цыдьш. Он пришел сюда<br />
копать золото... И скоро свадьба?<br />
Скоро, очень скоро, друг!<br />
— Я должен ее выручить!" Должен! — воскликнул Баир с saropeuшимися<br />
глазами.<br />
- Я понимаю, парень, — сочувственно произнес Содном, — понимаю...<br />
Ты крепко любишь ее. Как бы тебе пособить?<br />
— Да что там пособить — я поеду в Баянгол.<br />
— Ты... в Баянгол? — изумился Содном.—Да ты в уме ли?<br />
— В полном уме, — отрезал Баир. — Пойми, не могу я, не имею<br />
права оставаться здесь, когда такое дело... Волков бояться — в лес че<br />
ходить, — говорят русские. И правильно говорят.<br />
- Выходит, вместе отправимся домой? А может, остаться мне здесь<br />
поработать? Так надоело батрачить у дарги!..<br />
— Оставайся, — посоветовал ему Баир.—Я поговорю в конторе.<br />
— А ты думаешь — дозволят...<br />
— Дозволят! Нашего брата здесь всегда возьмут. Подставь спину-<br />
Седло оденут.<br />
— Только будь осторожен, — предупредил Содном, — не попадайся<br />
на глаза Дамбе! Он ведь не забыл, как ты его отмутузил... Сперва зайди<br />
К Виктору Михайловичу, он посоветует тебе, что делать, как выручить<br />
Цициг... Ну и про Степана расскажешь ему... Эх, если бы Виктор Миийлович<br />
появился у нас в те годы, не отнял бы у меня Гумпыл мою<br />
бедную Дари!<br />
Содном тяжело вздохнул...<br />
Несколько минут оба они молчали. Потом Баир встал, прошелся по<br />
Лвраку, остановился против Соднома.<br />
— Я уйду, но ты останешься здесь не в одиночку. Вокруг тебя<br />
ftKne же батраки, рабочие, это очень хорошие люди — сильные, смели -.<br />
()ни не боятся Горюнова, как боятся наши улусники Дамбу. Они побс-<br />
^КЛИ этого живодера Федула, заставили его выполнить все требования...<br />
И Баир рассказал Содному, как бастовали золотоискатели, какую<br />
сплоченность и силу показали они перед хозяином и полицией. Долго<br />
''опротивлялся Федул Горюнов, грозил рабочим всеми карами, но вег-<br />
»М(И сдался, не устоял под дружным натиском рабочих. Пришлось пои-<br />
.1) И. ТУГУТОВ<br />
Все можно, когда деваться некуда, — ответил ему Баир. — Поработаешь<br />
— сам взбунтуешься... Я тебя вечером познакомлю кое с кем.<br />
На следующий день Баир лошел к хозяину, и Горюнов согласился<br />
на время отпустить его, а Соднома принял на работу.<br />
Лето в тот год выдалось засушливое, знойное, и к осени степь выгорела,<br />
пожелтела, травы зачахли.<br />
Обжигаемый беспощадным солнцем, Баир день за днем шагал по<br />
пыльным степным дорогам—попутных обозов и почтовых ямщиков, как<br />
на зло, не попадалось, и ему до самой Родниковки пришлось идти пешком.<br />
Вид выжженной степи удручал и удивлял Баира.<br />
«Как так, — говорил он себе, — в Холбоне случались даже ливни, а<br />
здесь - такая сушь!»<br />
Иной раз в пути его настигала ночь, и он, завидев впереди огоньки<br />
спешил добраться до деревни или улуса. Утолив жажду у первого же<br />
колодца, он стучался к незнакомым хозяевам, устраивался на ночлег гденибудь<br />
в сенях или во дворе под навесом. Случалось ему ночевать и \<br />
чабанского костра, и в зародах свежего душистого сена.<br />
Лишь перед самой Родниковкой, поутру, истомившуюся от зноя землю<br />
освежил обильный, с громом и молнией, недолгий дождь.<br />
Промокший до нитки, но бодрый входил Баир в знакомую с детствг.<br />
деревню, по улицам которой бегали радостные ребятишки. Они шлепал!<br />
босыми ногами по лужам и кричали как галчата. Окна всех изб бы? 1 ;<br />
распахнуты — видать и малые, и взрослые истомились по дождю и про\<br />
ладе за время долгой тяжелой засухи.<br />
Низко над землей стремительно носились ласточки, предвещая но<br />
вый спасительный дождь.<br />
Баир шел по улицам, и радостное чувство постепенно покидало еп<br />
Как, однако, изменилась деревня за последние годы, сколько стало поко<br />
сившихся, полуразрушенных домов... Далеко бушует война, но<br />
здесь оставляет она свои неизгладимые следы.<br />
— Как всего этого не заметил я прошлой зимою, когда бежал OJ<br />
Дамбы? — поразился Баир и тут ответил самому себе: — Впрочем, тогда<br />
была ночь, а день я 'просидел у Ивана Никитича. Ночью и ушел с<br />
него... Тогда мне было не до этого.<br />
Он шел и смотрел на ветхие крестьянские домики. Некоторые из н;;\<br />
были заколочены, видно, хозяева вот так же, как он, Баир, вынужден:<br />
были бросить свои родные места и уйти в дальние края в поисках куск<br />
хлеба. В деревне не менее пятисот изб, но добротных, крепких доли<br />
было не больше тридцати — сорока. Но что особенно поразило Баира<br />
и большие дома, и маленькие крестьянские избенки были украшены рг<br />
ными карнизами и наличниками. Сколько домов — и у каждого CBI<br />
украшение, свой рисунок на карнизах и наличниках. То над окном вывден<br />
простенький кружочек, то появятся какие-то замысловатые фигур:<br />
На иных ставнях узоры из колец, и до того тонкой работы, что изда. i<br />
принимаешь их за кружевные занавески. А то на ставне нарисован го \\<br />
бок, — совсем как живой. На одном наличнике Баир увидел игрушечну*<br />
гармошку и подумал, что хозяин этого дома, должно быть, большой л <<br />
битель музыки...<br />
Баир многому научился за долгие месяцы своего пребывания в Х<<br />
боне. Беседы со Степаном Хребтовым открыли перед ним новые торизм<br />
ты. И он сейчас не только любовался тем, что видел в деревне, но и ра
ПОБРАТИМЫ 35<br />
мышлял об упорном труде русских людей, об их талантливости, проявлением<br />
чего и были все эти произведения народного искусства.<br />
«И такой народ держат в ярме, — гневно думал Баир. — В ярме<br />
держат и нас, бурят... Нам еще хуже... Ноены, мироед Дамба!.. Мы задыхаемся<br />
в холодных дымных юртах... А они говорят, что надо покоряться<br />
судьбе!.. Дамба и Горюнов хотят возвести стену между Родниковкой<br />
и Баянголом. Но не выйдет: кузнец Нима нашел путь к сердцу Ивана<br />
Хлебодар о-в а, я нашел, сотни бедняков нашли... Нас не разъединишь<br />
теперь с русскими побратимами, добрыми и умными людьми, которым и<br />
самим-то живется не сладко, но у которых есть настоящие народные вожаки,<br />
настоящие поводыри по дороге к счастью. Они и нам помогут<br />
превратить долину Баянгола из долины болезней, прозябания, вечной<br />
нужды, голода и холода в цветущую богатую долину... Россия народная,<br />
Россия хребтовых, добромысловых и хлебодаровых - - вот кто наш первый<br />
друг...»<br />
И Баир с теплым чувством к Степану Хребтову сказал себе, что<br />
теперь-то он хорошо знает, где его друзья и где — враги. Конечно, обо<br />
всем этом он расскажет своим сородичам, будет всеми силами помогать<br />
Добромыслову.<br />
Баир поспешил к дому Ивана Хлебодарова, — надо посоветоваться<br />
со старыми друзьями прежде, чем отправляться R родной улус на выручку<br />
Цициг.<br />
10<br />
Как ни сокрушалась Цициг, сколько горьких слез ни проливала она,<br />
а подготовка к свадебному обряду шла своим чередом. И вот, наконец,<br />
наступил день свадьбы.<br />
В избе Дамбы одну стену занимали полки с молоком, у противоположной<br />
стены появился ряд тяжелых сундуков на высоких подставках.<br />
Сундуки были набиты овчинами, одеждой и обувью. Это было приданое<br />
Цициг. А на третьей стене, завешанной халатами и шапками, на отдельном<br />
гвозде повесили выездную сбрую и грузное старинное седло в серебряной<br />
оправе. В этом седле Цициг предстояло проскакать на резвом ко-<br />
Яе до далекого улуса и, рассекая надан — хоровод, прорваться к дому<br />
жениха...<br />
Посередине двора положили три камня, развели между ними костер.<br />
В огромном котле Балма варила неразрезанную тушу годовалого жеребенка.<br />
Весь Баянгол сбежался во двор Дамбы для проводов невесты. С<br />
раннего утра здесь не умолкал веселый шум и говор. Казалось, что<br />
оживленны!'! этот говор перекликается со щебетанием ласточек и ворко-<br />
Мнием голубей. Белогрудые желторотые ласточки — коньки, которые.<br />
По представлению Балмы, приносят в дом богатство, низко пролетели<br />
Стайками над костром.<br />
Немалых трудов стоило Дамбе найти турушу, предводителя свадьбы.<br />
>тим человеком, по обычаю, мог быть только тутут, счастливец—многодетный<br />
почтенный старик, ни в коем случае не вдовец. Такого в Баянгсде<br />
не было. Пришлось поручить обязанности туруши многосемейному<br />
|огачу Цыденжапу из соседнего улуса.<br />
Кроме туруши следовало подыскать человека, который повез бы домашнее<br />
вареное мясо—подарок жениху от родителей невесты. Для этой<br />
^оли не требоватось ни богатства, ни многодетности, ни особого поче-<br />
3*
ЗЬ И. ТУГУТОВ<br />
га, напротив самого захудалого бедняка, недотепу, неудачника, не поль-<br />
(уютегося уважением, приглашали обычно сопровождать мясо в евадебно>м<br />
поезде. Еще на рассвете Дамба побежал к кузнецу Ниме:<br />
— Сегодня свадьба твоей дочери. Думаю, ты не откажешься везти<br />
жениху вареную тушу жеребенка.<br />
Пима отрицательно покачал головой, даже не захотел разговаривать.<br />
- Неужели ты, родной отец, не заинтересован в благополучии твоей<br />
дочери? •— в раздражении закричал Дамба.<br />
Но Нима наотрез отказался не только от малозавидной роли, а и<br />
вообще присутствовать на свадьбе — и выпроводил Дамбу со двора.<br />
У Нимы все больше и больше закипала ярость против Дамбы. Это<br />
был результат длительных разговоров с Добромысловым, который часто<br />
говаривал:<br />
•— Дамбе ваша дочь не нужна. Ему нужны деньги, калым.<br />
Однако у Нимы, ко всем старым обидам на Дамбу, загорелась в<br />
сердце обида свежая, недавняя.<br />
Дело было так.<br />
За последние годы Дамба успешно промышлял скотом. Веснами он<br />
за бесценок скупал у бедняков скотину, истощенную голодной зимовкой,—<br />
некуда было деваться бедноте, нуждающейся в покупках к лету, и она<br />
соглашалась на самые разорительные условия Дамбы. А условия эти<br />
были такие: купив годовалого телка, дошлый скотопромышленник остчвлял<br />
его у хозяина на лето, а то и на слетующую зиму, платил за прокорм<br />
гроши, но зато через год—другой имел уже не телка, а корову ил:;<br />
быка, которых сбывал в городе по настоящей цене.<br />
Дамба таким же образом купил у Нимы перед весенним праздником<br />
телка, которого кузнец потом кормил три '.ими, а получил за это всего<br />
лишь полкирпича чаю.<br />
Чрезмерная жадность возмутила обычно добродушного Ниму. Куда<br />
девалась ei\ добрая улыбка, — глаза округлились, метали молнии, голова<br />
его с исс:п:я-темными растрепанными волосами стала похожа па<br />
грозовую тучу.<br />
— Подавись ты, бома 1 , этим чаем! Пропади ты пропадом!—кричал<br />
Нима, призывая на Дамбу все напасти.<br />
После этого случая Нима вовсе перестал показываться у Дамбы,<br />
обходил его дом за полверсты, и как ни припирала его нужда, он говорил<br />
себе решительно: «Нет! Не поклонюсь ему в ноги... Ни за что!».<br />
С той поры ко всем печалям Цициг прибавилась новая боть,— размолвка<br />
отца с се хозяином не сулила ей ничего доброго...<br />
Озлобленный Дамба направил к кузнецу одного из своих прислужников—Рабдана.<br />
Это был хитрый и опасный человек. Говорили, что в<br />
свое время он был правой рукой шамана-конокрада. Теперь он служил<br />
Дамбе—всюду вынюхивал и подслушивал, потом доносил хозяину.<br />
Батраки сразу раскусили его и ждали \добного случая, чтобы расправиться<br />
с ним.<br />
— Ноги моей не будет в его доме! Поищите другого возчика, —сказал<br />
Нима Рабдану.<br />
Он был тверт Нима, он знал, что говорит. Разве умный и благородный<br />
Виктор Михайлович, увидав во дворе полицейских, не шепнул<br />
ему: «Это дело рук Дамбы»?<br />
1<br />
Бома — (ругательное) язва.
ПОБРАТИМЫ 37<br />
Как ни старался Рабдан, баянгольские бедняки последовали прим<br />
ру кузнеца и наотрез отказались сопровождать свадебным поезд.<br />
Люди суетились, бегали, кричали. Старая Балма шумела гро\ь<br />
всех, бегала быстрее всех, каждого понукая, каждому давая какое-н 1 :<br />
будь поручение. Иногда она покрикивала даже на Дамбу, который, по<br />
мнению, был повинен в том, что до сих пор нет возчика мяса. Но Дамб i<br />
казалось, не слышал голоса своей горластой жены. Некоторое время о<br />
безучастно наблюдал за этой суматохой, потом вышел из дома и «апр i<br />
вился к черной юрте. Здесь его уже дожидался Рабдан.<br />
- Нима, конечно, отказался, -- сразу определил Дамба, ВЗГЛЯНУ;<br />
на своего прихлебателя. — И ты не мог его заставить? Эх ты, Дархагар<br />
Рабдан. Так ведь тебя звали там, среди конокрадов? Вот возьму бич i<br />
отстегаю как поганого козла...<br />
Рабдан стоял против своего хозяина, безвольно опустив руки. К. 1<br />
ответишь своему хозяину? Сказать, что не годится для таких поручениг,<br />
что он может действовать только арканом, ружьем да ножом? Нет, луч<br />
ше промолчать...<br />
А Дамба, заложив руки за спину, изогнувшись в три погибели, пры<br />
гал по юрте, то и дело останавливался против Рабдана и совал свои во<br />
лосатые кулаки ему в лицо. Наконец, он что-то решил, подбежал к c\i<br />
луку, сильным толчком ноги приподнял его крышку.<br />
— Бери, слышишь Хабиг ар'-Рабдан?! Надо проучить эту черную о<br />
баку, отправить его к паршивым предкам! Ха-ха-ха... Дочь Нимы поед^ i<br />
к жениху в свадебном поезде, а тело ее отца будут рвать собаки!..<br />
Рабдан понял, наконец, что от него требуют. Он по бежал к сунд\<br />
ку, выхватил из него обрез и хотел было тот час же выскочить из юрты<br />
Но Дамба успел схватить его за кушак.<br />
— Не торопись!.. Куда скачешь, как жеребенок? Где твоя осмотри<br />
тельность? Эх вы, конокрады... Шалопай ты, вот кто. — Он передохну<br />
ii продолжал: — Чтоб ни одна живая душа не видела, понял? И — нп<br />
повал...<br />
С последними словами Дамба снова сунул под нос Рабдану евпм<br />
волосатый красный кулак.<br />
Тот отшатнулся. В следующее мгновение он уже заталкивал обр>. <<br />
под халат и что-то бормотал Дамбе про свое умение убивать людей так<br />
чтобы даже жена не догадалась, откуда грянул выстрел.<br />
— Ну, ну, расхвастался, — проворчал Дамба. — Придешь — мясо<br />
повезешь... Поторапливайся...<br />
Рабдан вышел из юрты. Пригибаясь к земле, как ползучий гад, о i<br />
скрылся в зарослях хараганы и полыни, что примыкали к задворкам<br />
Дамбы...<br />
А Нима, не подозревая, какую участь уготовил ему Дамба, непо i<br />
вижно стоял возле своей юрты. Он смотрел на дом главы рода и мыс<br />
ленно проклинал его. Как хотелось ему сейчас пойти к Цициг, прижап.<br />
ее к своей груди, сказать слово утешения.<br />
«Бедная Цициг, — думал старый кузнец. — Не цветами будет усi<br />
лано твое брачное ложе, а колючей хараганой. Не веселые песни жд\ i<br />
тебя впереди, а горючие слезы... Прости меня, Девочка-цветок...».<br />
Кто знает, чем кончились 'бы мысли улусного кузнеца, если бы и<<br />
раздался выстрел Рабдана. Но и падая в чахлую рытоптанную трат<br />
2<br />
1<br />
Дархагар — широкоплечий, сильный.<br />
Хабигар — тощий, малосильный.
•W И. ТУ ГУ ТО в<br />
Нима продолжал смотреть на дом, где жил его заклятый враг и где о5игала<br />
его любимая Девочка-цветок...<br />
Вскоре над трупом мужа рыдала обезумевшая от горя Удамбра.<br />
Потом прибежал Аюр, остановился как вкопанный... Он помог матери<br />
перенести убитого в юрту.<br />
С отчаяния Удамбра хотела кинуться в дом Дамбы, схватить Цициг<br />
за руку, увести ее домой. Но разве совладать ей, старой и бесправной,<br />
с Дамбой да с его прислужниками? У нее опустились руки...<br />
Все сборы к отправке свадебного поезда были уже закончены, но<br />
тут обнаружилась беда: исчезла невеста. Исчезла перед самым выездом!<br />
Начались поиски. По приказанию Дамбы батраки обшарили дом,<br />
все углы и закутки двора. Затем разъяренный Дамба поднял на ноги<br />
весь улус. Но и эти поиски ни к чему не привели: Цициг словно в воду<br />
канула.<br />
Баянгольские девушки, подружки Цициг, так хитроумно и умело<br />
прятали ее, что невесту не разыскал бы не только Рабдан, но и сам родниковский<br />
пристав с его полицейскими.<br />
Цициг скрывалась, перебегая со двора во двор. Она таилась в чуланах,<br />
сеновалах, амбарных сусеках. В первые часы она думала, что все<br />
это—прятки, а усиленные ее розыски—лишь исполнение старинного свадебного<br />
обряда. Но потом стала все настойчивее закрадываться мысль:<br />
может, этот обычай старины и прямь окажется дорогой к ее спасению?<br />
Все-таки свадьба задержалась!.. «А кто шает, может и совсем избавлюсь<br />
от этой ненавистной участи?»—так думала она с тревожно бьющимся<br />
сердцем, и пряталась, пряталась...<br />
Цициг никто не говорил, что к старинной церемонии прятания невесты<br />
приложили руки не только подруги, но и се мать, и брат Аюр, и даже<br />
престарелая бабушка Янжима. После гибели Нимы все они — да и<br />
не только они — стали смотреть на готовящуюся свадьбу Цициг совсем<br />
другими глазами: не должно случиться, чтобы убийца мог распоряжаться<br />
судьбою дочери своей жертвы. Не бывать этой кощунственной свадьбе!<br />
— Мы должны спасти тебя от этил хищников. Они погубили твоего<br />
отца!—шептала Удамбра, поспешно заталкивая дочь в большой мучной<br />
ларь.<br />
— Не видать им нашей Цициг, как сноих ушей! — сказал Аюр, г (Чдя<br />
в дверную щель: не заметил ли кто, как сестра легкой тенью скользнула<br />
в родной двор...<br />
Все средства разыскать невесту были исчерпаны, прятание затянулось<br />
гораздо дольше, чем разрешал обычай, и Дамба почувствовал себя опозоренным<br />
перед лицом всего улуса.<br />
Он закрылся с женою в горнице, и оба то яростно ругали друг друг: 1<br />
,<br />
то мирились и вместе ломали голову над тем, как предотвратить нависший<br />
скандал. Ведь жених давно ждет невесту. В сердце Дамбы росл<br />
тревога...<br />
А между тем Удамбра, Аюр и Янжима толкались среди людей и говорили<br />
всем, что они очень обеспокоены исчезновением Цициг и даже для<br />
пущей важности поносили ее за такое легкомыслие.<br />
В небывалой сутолоке и тревоге провели баянгольцы несколько<br />
дней. Только и слышно было в каждом доме то о таинственном исчез<br />
новении Цициг, то о загадочном убийстве ее отца, кузнеца Нимы.
ПОБРАТИМЫ 39<br />
Наконец по улусу разнесся слух, что невеста похищена каким-то<br />
дальним женихом, прибывшим якобы с той стороны Байкала и будто бы<br />
кто-то видел этого жениха на окраине Баянгола. Но тут же люди с сомнением<br />
покачивали головою,—уж не Дамба ли пустил эти россказни,<br />
чтобы хоть как-нибудь извернуться, оградить себя от насмешек?<br />
Но как бы ни судачили баянгольцы, все давались диву,—трудно<br />
найти в улусе девушку более робкую и скромную, чем Цициг, а вот на<br />
тебе: бежала с самой свадьбы!<br />
11<br />
В доме Хлебодаровых были распахнуты окна.<br />
Иван Никитич первым увидел идущего по улусу Баира.<br />
-- Марья, какого нам гостя бог дал! — крикнул он через плечо. —<br />
Заходи, Баир, заходи. Как раз к самовару поспел!<br />
Минут через пять Баир сидел за столом в кругу добрых людей, согревших<br />
его своею добротой еще в годы далекого сиротского детства.<br />
Состарившаяся бабушка Цыренсу не спускала с него внимательных любящих<br />
глаз. Чай разливала жена Ивана Никитича, голубоглазая Марья<br />
Семеновна, та самая, что некогда повстречала его на речке и привела з<br />
этот дом. Глаза ее излучали ласку и тепло. С волнением поглядывал Баир<br />
на женщин. Да и как ему было не волноваться? Разве можно было<br />
забыть об узорчатых унтиках, сшитых ему бабушкой, о голубой чудо-рубашке,<br />
подаренной Марьей Семеновной?<br />
Иван Никитич расспрашивал Баира о холбонской золотой шахте, о<br />
жизни рабочих, о Федуле Горюнове. Баир рассказывал обстоятельно,<br />
подробно. И, видать, его ответы нравились Ивану Никитичу.<br />
- Ты многому там научился, во многом по-настоящему разобра Iся,<br />
— с удовлетворением заметил он.<br />
В избу вошла светловолосая сероглазая женщина, которой до сих<br />
пор Баир в Родниковке не встречал. Она без стеснения, по-свойски потсела<br />
к столу.<br />
— Наша квартирантка, Зинаида Николаевна, — сказал Иван Никитич.<br />
— Свой человек. Не тушуйся, рассказывай дальше... Значит, п.;<br />
имеешь желания возвращаться в Холбон?<br />
Краснея, Баир сознался, что привело его в родные края: у него в<br />
Баянголс любимая девушка и, по слухам, она попала в беду.<br />
- Помогите мне выручить ее! — умоляющим голосом обратился он<br />
к Ивану Никитичу.<br />
— Поможем! — улыбнулся хозяин.<br />
— Мне посоветовали зайти в Баянгол первым делом к Виктору Михайловичу...<br />
Он меня знает, учил когда-то грамоте, — продолжал Баир.<br />
- Виктор Михаилович, к сожалению, сам нуждается сейчас в помощи<br />
друзей, — подняла на Баира затуманенные печалью глаза Зинаида<br />
Николаевна.<br />
- Супруга Виктора Михайловича, — сказал Иван Никитич. - А<br />
самого недавно арестовали...<br />
Баир участливо посмотрел на светловолосую женщину и, волнуясь,<br />
спросил:<br />
— Виктора Михайловича? За что?<br />
—Если вы его знаете хорошо, — ответила Зинаида Николаевна,<br />
ны поймете, за что.<br />
— Я понимаю! — произнес Баир.
К) И. ПГУТОВ<br />
Зинаида Николаевна улыбнулась. Нет, ей положительно начинал<br />
нравиться этот красивый кудрявый юноша-бурят, немного неловкий, но<br />
сердечный и откровенный. Не может быть сомнения в том, что именно<br />
на га«их людей опирался Добромыслов в своей работе среди баянгольской<br />
бедноты.<br />
— Об аресте вашего учителя, по-моему, лучше всего знает глава<br />
твоего рода, баянгольский староста, — иронически заметила она.<br />
Баир сверкнул глазами:<br />
— Он не глава моего рода! Он глава рода ноенов, богачей.<br />
К кунцу чаепития Баир и Зинаида Николаевна чувствовали себя<br />
старыми друзьями.<br />
— Тебе, Баир, лучше остаться у нас до вечера, — выходя из-ьч<br />
стола, посоветовал Иван Никитич. — В сумерках ты неприметно появишься<br />
в Баянголе. Если хочешь, я запрягу коня... А может, и берданку<br />
взять на всякий случай?<br />
— Я думаю, — засмеялся Баир, — коня запрягать не стоит... Копь<br />
на дороге куда приметнее, чем пеший на тропинке. Берданку тоже не<br />
стоит брать, с меня хватит этого острого ножа, — он легонько хлопнул<br />
себя по правому боку.<br />
— О, да вы храбрец! — улыбнулась Зинаида Николаевна. — С таким<br />
отважным парнем и я бы рискнула прогуляться до Баянгола, несмотря<br />
на полицейский запрет. Надо же проведать этих славных людей,<br />
у которых квартировал Виктор Михайлович — кузнеца и его семью.<br />
— Что ж, пойдем... Вдвоем веселее, — согласился Баир.<br />
Они отшагали степными тропами половину пути от Родниковки до<br />
Баянгола, успели уже досыта наговориться, когда Баир заметил вдали<br />
бегущего навстречу человека. Насколько можно было разглядеть в густеющих<br />
сумерках, это была женщина.<br />
Да, это была женщина, точнее девушка, а еще точнее—Цнциг...<br />
Подручные Дамбы в поисках сбежавшей невесты перетрясли весь<br />
Баянгол, и прятаться Цициг с каждым часом становилось все труднее<br />
и труднее. Тогда Уд амбра шепнула ей:<br />
— Беги, доченька, в русскую деревню! Укройся пока у Хлебодаровых...<br />
Они добрые люди, друзья твоего отца, выручали Баира... Они не<br />
выдадут тебя Дамбе!<br />
И Цициг побежала. Она твердо верила, что русские друзья спасут<br />
ее...<br />
Баир первый узнал Цициг, крикнул своей спутнице:<br />
— Это она! Это ее косы развеваются!<br />
Они кинулись ей навстречу.<br />
Заметив бегущих к ней людей, Цициг испугалась, сделала прыжок<br />
в сторону.<br />
— Цициг, не бойся! — воскликнула Зинаида Николаевна, заключая<br />
девушку в объятия. — Не узнаешь?<br />
Страх в глазах Цициг мгновенно погас, сменившись радостью и<br />
удивлением.<br />
— Как не узнать? — откликнулась она. — Вы жили с нашим учителем<br />
у отца...<br />
Ошеломленный, Банр топтался на месте, не зная, что ему летать,<br />
что говорить.<br />
Над степью поднялась луна. При бледном ее свете девушка быстро<br />
подошла к нему, прошептала:
ПОБРАТИМЫ 41<br />
— Баир, это ты?<br />
— Я, я! — в волнении ответил он. — За тобою иду... мне сообщили,<br />
что тебя насильно выдают замуж.<br />
— Не успели! Я убежала... Мать направила меня в Родниковку, к<br />
твоим русским друзьям... Ведь ты не знаешь, кто-то застрелил отца.<br />
— Застрелили нашего Ниму?! — почти враз воскликнули Баир и<br />
Зинаида Николаевна...<br />
— Обратно мне нельзя! И вам нельзя! — шопотом произнесла Цициг,<br />
будто кто посторонний мог подслушать ее в этой безлюдной ночной<br />
степи. — Они всех нас могут убить!<br />
— Теперь ты не бойся, — успокоил ее Баир. — Пойдемте назад в<br />
деревню, Иван Никитич даст нам приют.<br />
— А если погоня? — спросила Цициг.<br />
— Они не найдут нас ночью, — сказал Баир. — Мы не пойдем по<br />
дороге. А если придется защищать тебя...<br />
И он тихо рассмеялся. Это был смех человека, нежданно-негаданно<br />
обретшего свое счастье.<br />
Цициг взяла его за руку и тоже засмеялась: она поняла, что опасность<br />
осталась далеко позади, никто уже не разлучит ее с Баиром!<br />
Она быстро-быстро заговорила по-бурятски... Слушая этот взволнованный<br />
разговор на незнакомом языке, Зинаида Николаевна радовалась<br />
счастью двух любящих молодых людей.<br />
В этот миг Баиру и Цициг казалось, что рядом с ними никого нет,<br />
что и лунная ночь, и затихшая степь существуют только для них одних.<br />
Без устали шагали они и в Родниковку входили, когда над степью<br />
уже забрезжил рассвет.<br />
12<br />
Империалистическая война продолжала уносить сотни тысяч молодых<br />
жизней. На Россию надвигались голод и разруха. Рабочий класс,<br />
трудовое крестьянство, руководимые партией коммунистов, не хотели<br />
мириться с таким положением. Революционный гнев народа становился<br />
все мощнее и мощнее. И тем свирепее—обанкротившийся царизм.<br />
В Восточной Сибири, этом крае каторги и ссылки, жандармерия, охранка<br />
и полиция усилили репрессии. Это было связано с участившимися<br />
за последнее время побегами ссыльных революционеров.<br />
О Фрунзе, который бежал от конвоиров по дороге из Манзурки в<br />
Иркутск, Оёкская пересыльная тюрьма с тревогой сообщала иркутскому<br />
жандармскому управлению: «10 августа 1915 года при отправке арестантов<br />
и проверке их при посадке на подводы не оказалось одного арестанта,<br />
ссыльно-поселенца Иркутской губернии, Верхоленского уезда, Мачзурской<br />
волости, Михаила Васильевича Фрунзе...».<br />
Меньше чем через год с верховьев Лены, из Качуга, бежал Вячеслав<br />
Михайлович. Товарищи так умело устроили этот побег, что полиция<br />
никак не могла напасть на его след. Качугский становой пристав послал 1<br />
начальнику губернского жандармского управления такую бумажку:<br />
«Секретно. Срочно... Довожу Вашему высокоблагородию, что административно<br />
высланный Вячеслав Михайлович Скрябин в первых числах июля<br />
с. г. скрылся из-под надзора полиции из с. Качуга, а потому исполнить<br />
означенное поручение (отправить высланного в Иркутск и г. д.) и
42 И. ТУГУТОВ<br />
доставить его к месту высылки: он ускользнул от них по дороге в одчо<br />
из приолекминских селений.<br />
Вслед ему во все концы Сибири полетело жандармское распоряжение<br />
о его немедленном аресте, где бы он ни появился. Бумажку эту Добромыслову<br />
удалось прочитать в одном из улусов Приангарья, где он с<br />
прежней энергией вел революционную работу среди бурятской 'бедноты.<br />
Он вволю посмеялся над незадачливыми сыщиками.<br />
Теперь Добромыслову было куда легче: он свободно мог изъясняться<br />
на бурятском языке, хорошо знал обычаи степняков-скотоводов. Да и<br />
опыта у него прибавилось.<br />
Слова Добромыслова падали на благодатную почву. Летом шестнадцатого<br />
года царь издал указ о «реквизиции» инородцев на тыловые<br />
работы в действующей армии. Многие буряты были «реквизированы»,<br />
как будто речь шла не о людях, а о лошадях, и отправлены в далекую<br />
Польшу, в Галицию, в Прибалтику.<br />
Виктор Михайлович, зазязав связи с батраками и беднотою улуса,<br />
рассказывал им о целях империалистической войны, о тактике большевиков,<br />
которые призывали превратить воину империалистическую в<br />
гражданскую. Слушая Добромыслова и его единомышленников, многие<br />
буряты, особенно из беднейших слоев, уклонялись от выполнения царских<br />
повинностей, прятались в ближайших горах, чтобы не попасть в чьсло<br />
отправляемых на тыловые работы.<br />
Добромыслов установил связь с Холбоном. Он узнал, что там работает<br />
бывший батрак Содном. который оказывал ему немалую помощь в<br />
Баянголе. Виктор Михайлович послал надежного человека в Холбон, к<br />
Содному. Соднсм должен был вернуться и Баянгол и всячески препятствовать<br />
отправке своих земляков на фронт. А если и его погонят туда<br />
и выкрутиться не удастся, подбивать нлыяков против участия в грабительской<br />
войне..<br />
В воздухе чувствовалось нарастание близкой революционной бури.<br />
ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ<br />
В начале семнадцатого года разразилась февральская революция.<br />
Буржуазные партии стремились к тому, чтобы приостановить на этом<br />
развитие событий, не дать массам включиться в борьбу против всех и<br />
всяких эксплуататоров. Но слишком велика была сила партии коммунистов,<br />
велик был авторитет большевиков среди трудящихся России.<br />
Все честное и здоровое тянулось к большевикам.<br />
В эти дни Виктор Михайлович получил новое задание. Ему предстояло<br />
отправиться в Холбон, где к этому времени снова работал Степан<br />
Хребтов. В Холбоне теперь было занято несколько сот рабочих, п<br />
Верхнеудинский комитет большевиков возлагал на него большие надежды.<br />
Добромыслов встретил здесь старых своих друзей — Степана Хребтова,<br />
Баира и Соднома, который после выполнения задания снова приехал<br />
на рудник.<br />
Холбонские горняки были настроены по-боевом_\. В поселке сущееiвовал<br />
уже Совет рабочих депутатов. Правда, верховодили в нем пока<br />
что меньшевики. Однако. Степан Хребтов, член Совета, говорил шахтерам:<br />
«Не долго протянется эта меньшевистская канитель!» И он создал<br />
вооруженный отряд, первый отряд Красной Гвардии холбонских шахтеров.<br />
1
ПОБРАТИМЫ 43<br />
Добромыслов одобрил решительные действия Хребтова и, пожимая<br />
ему руку при встрече, улыбнулся:<br />
- Молодец, Степан! Революция на полпути не остановится. Это ясно.<br />
Пусть Горюнов пока хозяйничает, но скоро он вылетит отсюда пулей.<br />
Хребтов повел Добромыслова в барак семейных рабочих.<br />
Баир соскочил с койки, где он сидел вместе с Цициг.<br />
— Наш старый учитель!<br />
— Баир? Узнаю. И девушку узнал.<br />
— Она не девушка, а моя жена. Жена с тех пор, как добрые люди<br />
вызволили ее. — сверкнул радостными глазами Баир.<br />
—Добрые люди? И много их было?<br />
— Почти весь Баянгол, — ответил кудлатый красавец. -— Да ведь<br />
Зинаида Николаевна знает об этом. Она шла со мною в Баянгол в ту<br />
ночь... Где она, славная Зинаида Николаевна?<br />
Добромыслов вздохнул:<br />
— Зинаида Николаевна в Иркутске.<br />
Вскоре Добромыслов уехал в Иркутск на ответственную партийную<br />
работу; но он часто наезжал в Холбон и Баянгол. Лицо его озарилось<br />
улыбкой, — с каждым разом он убеждался, как быстро растет революционное<br />
сознание и холбонских шахтеров, и баянгольской бедноты.<br />
Дружески хлопая Баира по плечу, он говорил:<br />
— Товарищ Степан, твой наставник, сообщил мне, что тебя недавно<br />
послали делегатом в Совдеп. Поздравляю! Вижу, что и твоя Цициг меняется<br />
с каждым месяцем. Она уже превращается из степнячки в рабочую<br />
жену. Барак, зто, конечно, не радость, но иногда и он оказывается<br />
полезным...<br />
В Баянголе Добромыслов добился объединения бедноты, которая<br />
отказалась выполнять распоряжения Дамбы. Затаив злобу на непокорных<br />
сородичей, Дамба тайно покинул улус и направился к своему старому<br />
приятелю—ноену Гумпылу в Наран...<br />
Осенью, в октябре, в далеком Петрограде прогремели залпы «Авроры».<br />
Свершилась Великая Октябрьская социалистическая революция.<br />
Через год. когда в Забайкалье пришли японские интервенты, ветя<br />
за собою на поводу предателя Семенова, а на остальной территории Сибири<br />
воцарился другой предатель, адмирал Колчак, —в Саянских горах,<br />
как и всюду, народ начал создавать партизанские отряды, вооружаться'<br />
уходить от карателей в тайгу.<br />
Естественно, что холбонские красногвардейцы, добывающие золото<br />
в шахте Горюнова, очутились в саянской тайге. Кто-то из них метко окрестил<br />
свой партизанский отряд «Золотой сотней».<br />
«Золотую сотню» возглавлял Степан Хребтов. Бок о бок с ним. вис<br />
реди отряда, обычно ехал на пегой монгольской лошадке юноша с вьющимися<br />
черными кудрями, непокорно вылезающими из-под серой папахи,<br />
перехваченной наискось красной лентой. Это был Баир. Поодаль от<br />
него, но тоже впереди других, ехала Цициг, которую, как превосходную<br />
наездниц). Хребтов назначил своим связным.<br />
«Золотая сотня» прибыла в назначенное подпольным партийным комитетом<br />
глухое урочище в саянских горах. И тут холбонцы увидали, что<br />
они не одиноки: в Саяны было стянуто несколько мелких окрестных отрядов.
44 И. Т^ГУТОЗ<br />
Баир и Цициг горячо приветствовали испытанного своего друга Изгна<br />
Никитича Хлебодарова, вожака отряда родниковских мужиков.<br />
У лесного костра, на собрании партизан, решено было послать одну<br />
конную полусотню в сторону Баянгола и Нарана, ударить с тыла по<br />
вооруженной банде Гумпыла, а в это время Хлебодаров нападет на нее<br />
в лоб, рассеет и кинется к Родниковке, где стоит смешанный ятюнскосеменовский<br />
отряд. Тут же постановили назначить бывшего солдата<br />
Ивана Никитича Хлебодарова командиром объединенных партизанских<br />
сил, а его комиссаром избрали авторитетного большевика Степана Хребтова.<br />
Неожиданно для всех Хребтов предложил назначить Цициг вожаком<br />
конной полусотни.<br />
— Она хорошо знает степные дороги в окрестностях Баянгола, -<br />
сказал "он.—А за остальное нам бояться нечего: она ездит верхом лучше<br />
любого ил нас, сообразительная, расторопная... Правда, товарищ связной?<br />
Цициг смутилась от этой неожиданной похвалы.<br />
— А касаемо того, что она будет лихо колотить своих злодеев, можете<br />
не сомневаться, — поддержал Хлебодаров своего комиссара. — 'Л<br />
шаю ее горе. Знавал и се отца, вместе промышляли в тайге. Правильный<br />
был мужик!<br />
Никто, кроме Баира, опасающегося (а жизнь любимой, не стал возражать<br />
командирам. Баир же поднялся на ноги, встат между комиссаром<br />
и командиром и неуверенно заговорил:<br />
— Я что-то не слыхал, чтобы на воине командовала баба, да еще<br />
молодая...<br />
Поляна огласилась дружным смехом партизан.<br />
— Постойте, постойте! — загорячился Баир. — Я правду говорю.<br />
Цициг лучше всех ездит верхом, но сможет ли она перехитрить коварного<br />
ноена Гумпыла? Не заведет ли она своих конников в ловушку?<br />
— Не заведет, — спокойно возразил Степан Хребтов, — ведь с нею<br />
едут опытные солдаты-фронтовики. Они ей помогут.<br />
Однако, Баир упрямо продолжал стоять на своем:<br />
- Ладно! Но если Дамба с Гумпылом узнают, что отряд ведет баба,<br />
они распустят по кочевьям слух... Вот, дескать, вернется советская<br />
власть, она всюду поставит баб над мужиками.... Выгодно это нам?<br />
Он долго еще говорил о том. что темные и забитые скотоводы могут<br />
поверить басне о бабьем верховодстве, испугаются, а это отшатнет их от<br />
большевиков.<br />
Выслушав горячую искреннюю речь Баира, Степан Хребтов сказал:<br />
- Зря ты думаешь так о своих земляках. Народ знает, что женщина<br />
не уступает мужчине ни умом, ни смекалкой. Больше того: ес
ПОБРАТИМЫ 45<br />
пугает вылазка Баира. он бросится в Родниковку, будет перехвачен гг><br />
дороге и разбит. Ни в коем случае не следует давать ему соединяться г<br />
родниковскими отрядами японцев и семеновцев, а то нам придется туго 1<br />
А Иван Никитич успеет в это время расшлепать белых в Родннковке.<br />
- Идет! — согласился Хлебодаров.<br />
Баиру нечего было возражать.<br />
Через несколько часов, с наступлением рассвета, холбонцы под водительством<br />
Баира вступили в Наран, не встретив никакого сопротивления.<br />
Это озадачило партизан: где же враг? Они так долго ждали боя, а ;•><br />
улусе все мирно и спокойно.<br />
- Гумпыл удрал! — воскликнут ободренный неожиданным успехом<br />
Баир.<br />
Наранцы высылали из юрт.<br />
- Партизаны! — кричала молодежь. — Ехор, надан! Кто-то пустил<br />
слух, что на надане будут петь только что родившуюся песню мести<br />
за певунью Дари, замученную сбежавшим из улуса Гумпылом.<br />
Баир и его партизаны окончательно уверились в полной своей безопасности.<br />
У Баира даже мелькнула горделивая мысль: «Это я вызволи!<br />
наранцев из тяжелой неволи! Гумпыл сюда уж больше не вернется!»<br />
Но тут же пришла мысль, что вся Сибирь под властью врага и успокаиваться<br />
еще рано. Однако, он не стал возражать против надана..<br />
Бойцы Баира провели в Наране весь день, а вечером в улусе в ч\<br />
честь действительно состоялся многолюдный надан.<br />
На лужайке, близ извилистой речушки, еще покрытой льдом, собрался<br />
почти весь улус. Зажгли большой костер.<br />
Рос и ширился хоровод, в потемневшее небо летели звонкие голоса<br />
наранцев, радующихся бегству банды Гумпыла. Вместе с наранцами веселилось<br />
и большинство партизан и всем казалось, что власти безжалостного<br />
ноена пришел конец.<br />
Однако, радость наранской бедноты была преждевременной. Извещенная<br />
лазутчиком, черным вихрем ворвалась в улус баода Гумпыла.<br />
Увлеченные песнями, люди не услышали конского топота...<br />
— Попались, холбонские голодранцы! — захрипел Гумпыл, внезапно<br />
возникнув в светлом круге костра.<br />
Он свирепо озирался, ища глазами Баира. Но того здесь не было, он<br />
остался в амбаре, занятом партизанами под квартиру и штаб.<br />
Хоровод надана мгновенно растаял. Визжа и спотыкаясь, девушки<br />
кинулись врассыпную. Партизаны схватились за оружие, никто из ник<br />
не хотел сдаваться бандитам. Началась стрельба. Молодые парни поспешили<br />
на выручку партизанам: бросились домой, хватали топоры, дубнны,<br />
ножи, бежали обратно. В улусе поднялся переполох.<br />
Вокруг костра на лужайке лежало уже несколько убитых партизан<br />
И молодых наранцев, когда на выстрелы примчался Баир с группой пар-<br />
ТИэан.<br />
Схватка продолжалась до рассвета. Во время ее был убит старик<br />
^ отец Соднома.<br />
Г>анда Гумпыла, не выдержав боя, покинула улус. Оказалось, сам<br />
Гумпыл, раненый, не смог уйти с бандой, и его спрятали в одном из б^-<br />
Мтых ломов.
46 И. ТУГУТОВ<br />
Всю ночь тревожно билось сердце Цициг, всю ночь не смыкала<br />
она глаз. А на утро приказала своим конникам подыматься и скакать в<br />
Наран.<br />
К чему эта засада, если за столько часов никто не наткнулся г т а<br />
нее? Видно, враги и не думают убегать из Нарана и, должно быть, уничтожили<br />
и отряд Баира. Конечно, она не имеет права покидать<br />
указанное ей место, свой пост и скакать в Наран. Но до каких же пор<br />
можно здесь сидеть?<br />
И Цициг вовсю нахлестывала коня. Черная ее ушанка, перехваченная<br />
алой лентой, походила на крылья быстрой птицы...<br />
Удручающую картину увидали партизаны Цициг в Наране. На улицах<br />
валялись убитые, почти в каждой юрте стонали раненые...<br />
Цициг указали, где разыскать Баира.<br />
В амбаре, среди уцелевших после ночного боя разведчиков, она<br />
увидела Баира и отвратительного одноглазого наранского ноена. Гумпыл<br />
был бледен, в единственном его глазу читался дикий страх.<br />
— Смотри, какую птицу поймали! - - сказал Баир жене. — Не успел<br />
улизнуть!<br />
— Это хорошо, — обрадовалась Цициг. — Значит, банда разбита?<br />
— Не совсем так, — ответил Баир. -- Скорее рассеяна... Если бы не<br />
помощь наранцев — не сдобровать бы нам. Большинство бандитов бежало.<br />
Они могут появиться здесь вместе с ссменовцами.<br />
— А вот это худо, — подумав, сказала Цицигма. — Нам следует<br />
поспешить на помощь Ивану Никитичу. Кто шает, удастся ли ему выбить<br />
белых из Родниковки.<br />
— Ас этим? — Баир показал глазами на связанного Гумпыла.<br />
— Будем судить... Пусть народ скажет, что полагается ему за Дари<br />
и другие злодейства! — глаза Цициг зажглись ненавистью и гневом.<br />
Она приказала партизанам вывести ноена на улицу, затем вскочила<br />
на свою лохматую лошаденку-монголку, обернулась:<br />
— Я поеду впереди, а он пусть шагает под конвоем за мною... Баир,<br />
возьми одного товарища, — и ведите. Остальные пусть идут позади...<br />
Наранцы высыпали на улицу, и кто с нескрываемой ненавистью,<br />
кто» с простым любопытством разглядывали бывшего своего повелителя.<br />
— Смерть ему! — кричала молодежь.<br />
— Душегуб!<br />
На околице улуса Баир остановился, оглядел собравшихся.<br />
— Кто за то, чтобы расстрелять Гумпыла? — спросил он.<br />
— Все, все мы за это!<br />
— Смерть дарге!<br />
Тогда Баир подозвал одного партизана и приказал ему:<br />
- Народ вынес этому предателю смертный приговор. Приведите его<br />
в исполнение.<br />
Партизан увел Гумпыла за кусты. Вскоре раздался выстрел...<br />
— Вернемся в улус, садимся на коней—и в Родниковку, — предложил<br />
Баир. — Надо торопиться!<br />
— Правильно! — согласилась Цициг.<br />
Когда отряд примчался в Родниковку, семеновцы и японцы, застигнутые<br />
внезапным налетом Хлебодарова, теряя убитых и раненых, кинулись<br />
наутек. Цициг и Баир вместе с партизанами расстреливали и рубили<br />
врага на путях его бегства. Все дороги, ведущие из Родниковки,<br />
были усеяны вражескими трупами...
ПОБРАТИМЫ<br />
После отхода партизан в тайгу, Баира и Цициг пригласили к кома и<br />
диру. Иван Никитич внимательно выслушал рассказы обоих.<br />
Ошибки были у того и у другого. Но главная ошибка твоя, Бл<br />
ир: ты не установил охранения, после того, как занял улус,—сказал он.<br />
Не будь поддержки наранцев — Цициг бы попала в западню. И ешл\<br />
Баир, как старый солдат, я скажу тебе, что ты поспешил убить этого самого<br />
Гумпыла... Ты знаешь, что такое «язык»?<br />
— Нет,—чистосердечно признался Баир.<br />
— Мы у этого проклятого Гумпыла, --с укором произнес Хлс<br />
бодаров, — могли бы выпытать многое... О том, где, например, Дамба,<br />
что он там замышляет с Горюновым. Они ведь давние друзья, не тач<br />
ли? — усмехнулся Иван Никитич.<br />
— Полезная нить была бы в наших руках, — поддержал командир j<br />
Степан Хребтов. — Мы малой кровью, — с сожалением добавил он, -<br />
могли бы поставить наших врагом на колени.<br />
Баир виновато слушал старших товарищей, низко склонив голову.<br />
Он понял — они правы....<br />
У большого костра сидело много людей. Баир поднял голову и<br />
вдруг встретился глазами с Николаем Семибратченко.<br />
— Поперед батьки в пекло не лезь, — улыбнулся усатый украинец.<br />
Все засмеялись.<br />
Когда Иван Никитич иронически назвал Дамбу и Горюнова старыми<br />
друзьями, он был не далек от истины: разбогатевший Дамба давнымдавно<br />
простил Горюнову то, что русский купец в свое время лишил его<br />
выгодной торговли. Горюнов стал золотопромышленником и это окончательно<br />
подняло его в глазах баянгольского дарги. Он был уважаемый<br />
богатый человек, не то, что окружающие его, Дамбу, степняки, — этого<br />
было достаточно, чтобы в грозные дни, когда разбушевался народ, не<br />
вспоминать прежних обид. Они стали действовать совместно.<br />
Однажды Дамба уговорил золотопромышленника направить из<br />
Холбона в Баянгол карательный отряд.<br />
— Ты помнишь, Федул, в давние годы, когда ты был еще молодой<br />
купец, я по дешевке продал тебе покос, выручил. Выручай и ты меня.<br />
Шибко бунтует народ в Баянголе, пора унять его, — говорил Дамба, -того<br />
и гляди кто-нибудь ночью дом спалит. Злой стал нгрод!<br />
— Кто у тебя там на примете? — спросил Горюноз. — Кто мутит?<br />
Неужто мой Баирка?<br />
— Ты угадал, Федул, •— ответил бывший дарга, — Баирка в партизаны<br />
сбежал. В Наране Гумпыла расстрелял.<br />
— Расстрелял? Лихой! — засмеялся, как всегда, пьяный Горюнов.--<br />
Значит, за свою голову побаиваешься?<br />
— Побаиваюсь, — откровенно сознался Дамба, — вот так же налетят<br />
партизаны... Тот же Баирка. У него со мною давние счеты. Больше<br />
дома отсиживаюсь, глаз на улицу без дела не кажу. Хорошо тебе тут, is<br />
Холбоне, у тебя казаки стоят, охрана, а у нас в Баянголе солдат нету...<br />
— Хорошо, да не шибко, — вздохнул Горюнов. — Ну, а еще кто<br />
там из смутьянов?<br />
— Пастух Содном — тоже у тебя в Холбоне на выучке был... Вокруг<br />
него вертятся молодые ребята. Он им такие сказки загибает!.. По
}N и. ТУГУТО ;<br />
y.iycj идет слух, что кто-то из его сообщников по его наущению откозал<br />
нож, а на черенке того ножа отчеканил пятиконечную звезду... Не сговоришь<br />
ли твоего офицера послать в Баянгол отряд для острастки наших<br />
смутьянов?<br />
Получив согласие золотопромышленника, Дамба вернулся в Баянюл.<br />
А через два дня в улус нагрянули семеновцы...<br />
Тоска о дочке Дариме, незаметно подросшей за последнее время,<br />
заставила Соднома покинуть холбонскую шахту, вернуться в Баянгол,<br />
снова приняться за пастьбу скота. Не будь дочки, Содном стоял бы пл -<br />
чом к плечу с Баиром и Цициг. Но если он не стоял с ними рядом, душою<br />
он был с ними.<br />
Это было хорошо известно не только Дамбе, и поэтому каратели в<br />
первую очередь арестовали Соднома.<br />
Семеновцы увезли его, как и других арестованных, с собою, и баянгольцам<br />
осталось гадать, что сталось с Содномом и его товарищами: то<br />
ли их бросили в тюрьму, то ли их расстреляли по дороге.<br />
Крамольного ножа со звездою семеновцам в улусе обнаружить не<br />
удалось.<br />
Наступила суровая зима.<br />
Укрывшиеся в лесистых горах партизанские отряды испытывали<br />
необычайные лишения. Трудно было с продовольствием, одеждой, жильем,<br />
не хватало боеприпасов.<br />
Несколько лучше жилось партизанам Хлебодарова. Опытный таежник,<br />
Иван Никитич выстроил вместительный барак, поставил теплые<br />
юрты, через своих людей наладил пошивку зимней одежды. Комиссар<br />
Степан Хлебодаров связался с оставшимися в Холбоне товарищами, которые<br />
добывали для отряда винтовки, патроны, порох, холодное оружие.<br />
— У нас там целый арсенал! — шутил он, намекая ка то, что семеновские<br />
казаки, охраняющие холбонский рудник, весьма податливы по<br />
винной части: за водку отца родного продадут, а не только винтовки.<br />
Несмотря на белогвардейские призывы вылавливать партизан, которые-де<br />
грабят и терроризируют население, народ всячески помогал им- -<br />
мужики давали коней и фураж, бабы пекли хлеб, жители улусов пригоняли<br />
овец.<br />
Интервенты вкупе с колчаковцами и семеновцами усиливали репрессии.<br />
Они жгли села, убивали и пороли. Но все это не путало, а лишь<br />
ожесточало людей, и партизанское движение все разрасталось.<br />
Большевистское подполье руководило этим движением, призывало народ<br />
оказывать всяческое сопротивление приказам японцев и семеновцев,<br />
пускать под откос воинские эшелоны интервентов, всеми способами вредить<br />
им.<br />
В многочисленных боях и стычках с японцами и семеновцами отряд<br />
Хлебодарова завоевал себе славу одного из самых боеспособных, ловких<br />
и увертливых.<br />
Баир и Цициг пользовались всеобщим уважением партизан, — бесстрашные<br />
и находчивые в бою, они не раз выручали своих товарищей нз<br />
беды, смело приходили им на помощь. И с некоторых пор повелось так.<br />
что Ива}! Никитич и Степан Хребтов стали приглашать Баира на совет<br />
отряда...<br />
Однажды Иван Никитич отправил Баира в глубокую разведку -разузнать,<br />
что творится в селах и городах Забайкалья, установить связь
ПОБРАТИМЫ 49<br />
с подпольщиками, узнать через них о товарищах, томящихся в страшных<br />
семеновских застенках. Следовало также узнать о возможности освобождения<br />
заключенных в Верхнеудинской тюрьме.<br />
Баира обрядили в одеяние богатого ламы, якобы хорошо знавшего<br />
самого Хамба-ламу, что с Тамчинском дацане, на Гусином озере— и оч<br />
пустился в трудный, чреватый неожиданными опасностями, долгий путь...<br />
Через полмесяца Баир добрался до еравнинских озер. Здесь в озерном<br />
крае, он случайно натолкнулся на одного человека, осведомленною<br />
о том, что делается сейчас в тюрьмах Кяхты, Верхнеудипска и Читы.<br />
Это был свой человек, товарищ...<br />
В лесу, за селом Укыр, состоялось специальное совещание партизанских<br />
вожаков, где говорили об освобождении партизан и красногвардейцев,<br />
сидящих в тюрьмах.<br />
На этом совещании Баир высказался за то, чтобы партизаны пооникли<br />
в тюрьмы вражеской контрразведки, во что бы то ни стало освободили<br />
своих товарищей. При этом он говорил, что рисковать крупны ли<br />
силами не следует, надо провести операцию осторожно, подобрав для<br />
этого надежных людей, в основном добровольцев.<br />
— А давайте-ка, — сказал один из руководителей партизанского<br />
отряда, — прикинемся ламами...<br />
Это предложение понравилось партизанам.<br />
— Что же, — говорили они, — семеновцы живут в дружбе с ламами...<br />
И если переодеться, как Баир... может получиться.<br />
Решили достать в соседнем дацане несколько желтых ламских халатов...<br />
И на следующий день пятеро партизан в обычной бурятской одежде,<br />
в остроконечных, с красными кисточками на макушках, шапках, синего<br />
покроя дэгылах, отправились по Старо-Московскому тракту в 1 Верхкеудинск.<br />
Перед самым городом, за улусом Дабатуй, они сбросили с себя эго<br />
пастушеское одеяние и превратились в буддийских монахов-богомольцев.<br />
«Когда-то Виктор Михайлович говорил мне,—переодеваясь, сказал<br />
себе Баир, — что ученый бурят Цыбиков, чтоб проникнуть во дворец<br />
Далай-ламы в Лхассе, переодевался много раз... И много раз он рисковал<br />
своей жизнью...»<br />
Через несколько дней нашим «богомольцам» во главе с Баиром удалось<br />
войти в доверие к семеновской комендатуре в Верхнеудинске, которая<br />
приняла на веру их желание обращать на путь истины вероотступников-большевиков<br />
и разрешила посещать заключенных бурят.<br />
— Не раскаяния добивайтесь от них, а показаний... внимательно<br />
слушайте! — напутствовал мнимых монахов семеновский полковник,<br />
выдавая им пропуска на посещение мест заключения, где содержались<br />
большевики или заподозренные в сочувствии к ним.<br />
Баир выбрал одну из бывших школ, превращенных в тюрьму, справедливо<br />
полагая, что устроить побег из школы легче, чем из тюрьмы.<br />
Они увидели страшную картину. На полу, залитом кровью, лежали<br />
истерзанные полуживые люди. Кто-то слабо стонал, кто-то просил воды...<br />
Д1авно небеленые стены потемнели от пятен крови...<br />
В следующем классе Баир увидел сидящего у окна на корточках<br />
сгорбленного человека. Приглядевшись, он узнал в нем Соднома.<br />
4. «Свет над Байкалом», ,Y° 3
50 И. ТУГУТОВ<br />
Сердце Баира сжалось от сострадания к своему земляку и другу.<br />
До чего похудел он и постарел!<br />
Семеновский сотник сказал:<br />
- А вот еще один ваш единоверец, бурят... из улуса Баянгол.<br />
С трудом сдерживая гнев, Баир спросил, в чем заключается преступление<br />
этого баянгольца.<br />
— Он агитировал и, говорят, отковал для партизан какой-то нож с<br />
советской звездой, — ответил сотник.<br />
Превозмогая боль в суставах — на допросах ему выламывали руки<br />
— Сод ном поднялся, взглянул на монаха и чуть не вскрикнул:<br />
он узнал в нем своего баянгольского друга.<br />
«Неужели Баир переметнулся к белым?» - - тревожным вихрем<br />
пронеслось у него в MOSI у.<br />
Тут к Содному подошел один из спутников Баира, по виду лама,<br />
и прокричал:<br />
— Отрекись от грехов своих, сознайся!<br />
Содном уже хотел было замахнуться на ламу, но, терзаемый сомнениями,<br />
снова глянул на Баира, и тот многозначительно подмигн\л ему,<br />
Содном пошатнулся, но во-время облокотился на подоконник.<br />
Баир шагнул к нему и как бы невзначай, не столько голосом, сколько<br />
движением губ, прошептал:<br />
— Свои...<br />
Пока Баир вместе с сотником обходил других арестованных, четверо<br />
его товарищей неприметно взяли сотника в кольцо. Семеновец зазевался,<br />
с любопытством наблюдая за ламским молитвенным обрядом: Баир<br />
отвешивал низкие поклоны, руки его, сложенные ладонь к ладони, тс;<br />
приближались ко лбу, то плавно отдалялись от головы. Улучив момент,<br />
Баир схватил сотника за глотку.<br />
Семеновец не успел и подумать о маузере, как руки его оказались<br />
крепко стиснутыми партизанами.<br />
— Хватай гада! — крикнул Баир.<br />
И десятки люден, все, кго был в классе-застенкг. навалились па<br />
врага. Сотнику сунули в рот портянку, сняли с него офицерск\ю шубу<br />
с погонами, сапоги, шапку... Баир быстро переоделся, & свое ламское<br />
одеяние огдал Содному.<br />
—Живее! — поторопил он...<br />
Минут через тридцать на улицах города появилась странная процессия:<br />
семеновский офицер с маузером в руке вел куда-то колонну изможденных<br />
людей, за которыми с важным видом плелись пятеро лам. Прохожие<br />
останавливались, провожали арестованных сочувственными взглядами...<br />
Очутившись за чертою города, освобожденные кинулись в разны<br />
стороны...<br />
Через девять суток Баир и Содном предстали перед Иваном HHKS:тнчем.<br />
— Понатерпелся я там, понаслушался! — рассказывал Содном к(<br />
мандиру и комиссару отряда. — Будто чума навалилась на нашу зе^<br />
лю!.. Со мною сидел один мужик из деревни Байкино. Он поведал мне,<br />
как японцы на его глазах зарубили двенадцать захваченных в плен пар<br />
тизан... Недобитых, стонущих людей сожгли в деревенской кузнице... А<br />
как нас истязали эти звери в офицерских мундирах!..<br />
Многое рассказал в этот вечер Содном партизанам о диких раепп
ПОБРАТИМЫ<br />
вах интервентов и семеновцев, — ведь многое слышал он и в той школе,<br />
откуда его освободили.<br />
Партизаны были потрясены этим страшным рассказом и поклялись<br />
мстить, что есть сил, озверелому врагу.<br />
Шла бесконечно долгая суровая сибирская зима, но это не мешало<br />
белым время от времени устраивать облавы на партизан в лесистых<br />
саянских нагорьях. И тогда отряд Ивана Хлебодарова снимался с места<br />
вступал с белыми в схватки, затем отходил вглубь недоступной тайги.<br />
Однажды во время такого отступления пришлось остановиться в<br />
той самой зимовьюшке, где Иван Никитич некогда повстречал баякгольского<br />
кузнеца Ниму.<br />
— Моя собственная избушка, -- не без гордости говорил Иван Никитич,—охотничья...<br />
Выходит, пригодилась теперь для другой охоты—<br />
на двуногих.<br />
Маленькая таежная избушка не могла вместить всех партизан отряда,<br />
людям приходилось ночевать в шалашах, наскоро сделанных из<br />
срубленных сосенок.<br />
Еще в начале зимы Иван Никитич предусмотрел дальние переходы,<br />
ночлеги вдали от жилья, и он приказал Цициг заняться пошивксн<br />
спальных мешков. В окрестных улусах Цициг сговорила женщин заняться<br />
этим—и дело пошло. Отряд имел про запас добротные просторные<br />
мешки, так что ночевка в шалашах не представляла большой трудности.<br />
В этих мешках из оленье;"! шкуры было тепло, и если кому изголовье<br />
казалось слишком высоким, он головою уминал снеговую подушку. Снеговая<br />
перина дозволяла укладываться как можно удобнее, и люди отдыхали<br />
за ночь по-настоящему.<br />
Сон партизанского лагеря охраняли часовые. Они мерзли, но костры<br />
разводить им не разрешалось. По утрам над заиндевевшими мешками<br />
поднимался пар...<br />
После того, как Содном поправился от перенесенных побсев и пыток,<br />
Иван Никитич стал посылать его в ближайшие улусы. Содном, изведавший<br />
семеновских нагаек и шомполов, красочно рассказывал о<br />
пережитых им ужасах, показывал темные рубцы на своей спине... Picсказы<br />
СоднО'Ма передавались из уст в уста по улусам и селам округи, еще<br />
больше возбуждая гнев народа против произвола Семенова и его иноземных<br />
покровителей.<br />
Из этих походов Содном возвращался в лагерь с разными, большей<br />
частью цепными для Хлебодарова и Хребтова, сведениями о передвижении<br />
карательных отрядов, настроениях населения, о том, где и что<br />
люди намерены сделать для таежных заступников народа. Е конце<br />
концов Иван Никитич назначил Соднома главным интендантом отряда,<br />
и тот из каждого похода возвращался с подводой муки или печеного<br />
хлеба, оленьих шкур, мяса, картошки, крупы, чая. Иногда он доставал<br />
сушеную арсу, любимый молочный продукт партизан-бурят и даже медвежье<br />
сало для обмороженных.<br />
В этих хлопотах о своих товарищах душа Соднома заметно для всех<br />
отогревалась, улыбка не сходила с его широкого скуластого' лица, и по<br />
вечерам он долго рассказывал партизанам свои сказки, будто перед ним<br />
4*
и. ТУГУТОВ<br />
были баянгольские ребятишки, а не взрослые люди, суровые воины революции.<br />
Баир тоже не сидел сложа руки. Иван Никитич то и дело посылал<br />
его в разведку, и тогда Баира очень выручала офицерская шуба семеновца.<br />
С некоторых пор деятельным помощником смелого разведчика стал<br />
Ефимка Брянский, бывший холбонский коногон. Иван Никитич не допускал<br />
мальчишку на линию огня, оружия ему не давали, поручая<br />
обычно охранять коней где-нибудь в тылу. Ефимке не нравилась эта, по<br />
его мнению, излишняя опека взрослых, он пожаловался Степану Хребтову,<br />
что его не допускают до «настоящего дела» - - и его прикомандировали<br />
к Баиру.<br />
— Ничего, пусть привыкает, — сказал Степан Хребтов, — иной раз<br />
мальчишка проберется туда, куда взрослому ни за что не проникнуть...<br />
Однажды Баир и Ефимка подошли к таежной заимке, превращенной<br />
Содномом в склад теплой одежды, которую привозили сюда жители окрестных<br />
улусов и сел.<br />
— Ты постереги у ворот... на всякий случай. А я зайду. Может быть,<br />
Содном здесь, — сказал Баир своему подручному.<br />
Содном, действительно, сидел за столом. Но он был не один: напротив<br />
него, на лавке у стены, развалился какой-то незнакомец в добротной<br />
шубе. За стеклами его очков в золотой оправе поблескивали немигающие<br />
светлые глаза.<br />
Содном очень обрадовался Баиру, но скрыл свою радость и даже<br />
сделал вид, что мало знает его. Баир насторожился, пристально поглядел<br />
на неизвестного и что-то знакомое уловил в чертах его лица. Но где<br />
он видал этого человека, Баир не мог вспомнить.<br />
— Охотник... иногда заходит сюда по дороге, — произнес Содном,<br />
переводя взгляд с Баира на своего гостя.<br />
— Охотник? Очень хорошо! — приподнялся неизвестный, протягивая<br />
Баиру руку.<br />
— Я тоже...<br />
И он стал допытываться, где и как добыть живого соболя.<br />
Баир и Содном прикинулись, что не совсем понимают его ломаный<br />
русский язык. Тогда странный охотник за живыми соболями достал из<br />
лежащего рядом с ним рюкзака соболиную, с шелковистым отливом,<br />
шкурку.<br />
— Кого же ты ограбил? — изумился по-бурятски Содном.<br />
Но он попал впросак: его гость понял и, коверкая бурятские слова,<br />
с трудом произнес:<br />
- Нет... не украл, а купил у солдата из Баргузина.<br />
Баир еще раз вгляделся в незнакомца — и вдруг вспомнил.<br />
— А вы не тот ли купец, который приезжал за соболями « Баянгол<br />
во время войны? — в лоб спросил он.<br />
— Откуда вы меня знаете? — нахмурился незнакомец. — Я вас не<br />
встречал.<br />
— Понятно... Я видал вас не в Баянголе, а в Холбоне... у Горюноза.<br />
— Хочешь живого соболя? — вмешался в разговор Содном.<br />
— А вы сумеете поймать? — заинтересовался Дьяк.<br />
— Сумею, да не к чему: наш соболь на вашей земле жить не стзнет!<br />
— неожиданно вырвалось у Соднома.<br />
— Я дам большие деньги, американские деньги!<br />
— Бурятам не нуж'ны американские деньги! — почти крикнул Содном.
ПОБРАТИМЫ 53<br />
— Глупая все-таки Азия!.. Не понимает, что- такое золото, доллар!—<br />
в светлых глазах купца метнулись жадные искры.<br />
— Да на что нам ваши деньги? Что мы с ними станем делать? —<br />
поддержал друга Баир.<br />
— К чему доллар? — искренне изумился купец. — Он дает жизнь...<br />
А жизнь бежит, как ваш соболь в тайге. Быстро, быстро!<br />
— Я еще быстрее могу расправиться с тобою, как со шпионом, —<br />
проговорил по-бурятски Баир. — Через минуту ты будешь на том свете,<br />
а вернешься ли оттуда — не ручаюсь!<br />
Как ни плохо понимал «охотник» по-бурятски, по угрожающему<br />
тону Баира он сообразил, что имеет дело с опасным человеком. Он живо<br />
поднялся, закинул за плечи рюкзак, взял со стены свое ружье.<br />
— Ты никуда отсюда не уйдешь! — грозно сказал Баир, направляя<br />
на него дуло пистолета. — Отдавай сюда винчестер.<br />
«Охотник» тяжело опустился на лавку...<br />
Через час Баир и Ефимка доставили задержанного в штаб своего<br />
отряда.<br />
В штабе 27-го американского пехотного полка, расположенного в<br />
Верхнеудинрке, исчезновение Дьяка, ценного агента, шнырявшего под<br />
видом то купца, то «охотника» )а живым соболем, вызвало тревоп<br />
Командир полка полковник Морроу направил в разные концы Прибайкалья<br />
поисковые группы.<br />
Однако Морроу ни за что не напал бы на след исчезнувшего<br />
агента, если бы не Дамба. Прсведав у болтливых баянгольцев, что<br />
Дьяк захвачен в плен партизанским отрядом Ивана Хлебодарова, Дамба<br />
поспешил в Холбон к Горюнову. Оттуда оба они выехали в Верхиеудинск....<br />
Морроу горячо поблагодарил богатеев за сообщение и заявил. ч:а<br />
приложит все силы, чтобы вызволить Дьяка, разгромит отряд Хлебодарова.<br />
- Вот это было бы дело! — заулыбался Дамба. — Партизаны мам<br />
надоели, житья не дают. На радостях я согласился бы доставить вам даже<br />
баргузинскнх соболей.<br />
- А я, уж так и быть, — сказал Горюнов,—подписал бы с господином<br />
Дьяком контракт па долгосрочную аренду моего золотого рудника.<br />
Только избавьте нас от партизан!<br />
Деловитый янки в полковничьем мундире не удовольствовался словесными<br />
обещаниями, попросил выдать ему соответствующие письменные<br />
обязательства. Горюнов и Дамба с готовностью подмахнули какие-то<br />
бумаги на английском языке и отбыли во-свояси...<br />
Однако Морроу понимал, что ввязываться ему в стычку с каким-то<br />
партизанским отрядом, который шатается чорт его знает где, -- нет никакого<br />
смысла. Правда, этот проходимец Дьяк оказывал ему немалые<br />
услуги... И полковник сообщил о предполагаемой дислокации отряда<br />
командованию семеновцев. Со своей же стороны он выдели i несколько<br />
офицеров, которые должны были сопровождать семеновцев.<br />
Ссменовцы решили окружить отряд Хлебодарова плотным кольцом,<br />
перерезать все дороги, связывающие отряд с окрестными населенными<br />
пунктами. На операцию против Хлебодарова были брошены крупные<br />
силы.<br />
Обнаружив, что белогвардейцы окружают его, Иван Никитич решил<br />
оставить их в дураках.
51 И. ТУ ГУТОЙ<br />
Меньшая часть отряда заняла на сопках оборону, а тем временем<br />
остальные партизаны двинулись в рлубь тайги, где находилась основная<br />
база отряда. Было ясно, что семеновцы дальше не сунутся. Но если бы<br />
они даже и двинулись дальше, то попали бы под губительный огонь засады,<br />
которую оставил Хлебодаров на единственной тропе, ведущей в<br />
глубь тайги.<br />
Важная роль в этой операции отводилась отряду конников, которым<br />
командовал Баир и его неизменная Цициг. Они должны были проникнуть<br />
в тыл противника, захватить «языка», посеять панику среди семакозцев<br />
и соединиться с главными силами отряда.<br />
Ранним утром Баир со своими всадниками тихо подъехал к лесной<br />
заимке. Близ нее паслись две лошадки. На колоде сушились казачьи<br />
седла.<br />
Партизаны бесшумно спешились, оставили коней в густой чаще, а<br />
сами поползли к заимке... Никаких часовых не видать.<br />
Баир приказал Ефимке войти в зимовье и разузнать, что там за люди.<br />
Ефимка смело пошел в избушку и увидал на нарах двух отдыхающих<br />
семеновцев. Это был белогвардейский дозор.<br />
Прикинувшись крестьянским парнем, Ефимка на вопросы семеновцев<br />
ответил, что он потерял в лесу лошадь.<br />
— Как же ты ее потерял, малец?—спросил один из казаков.<br />
— Да и сам не знаю. Я пустил ее, а она, язви ее, побежала и кудато<br />
запропастилась.<br />
— А ехал-то ты куда?<br />
— Отвозил батьке харч, он в лесу дрова пилит.<br />
— Не встречал ли, часом, где-нибудь партизан? — поинтересовался<br />
тот же к а за к.<br />
— Нынче никого не встречал, а три дня назад через нашу деревню<br />
прошел большой отряд красных.<br />
— А куда они шли?<br />
— Да кто их знает... Нам это ни к чему, говорили, кажись, что идут<br />
на соединение с Хлебодаровым, ищут каких-то холбонеких шахтеров.<br />
Вот, дескать, перевалим через сопку...<br />
Казаки многозначительно переглянулись, а затем решили немедленно<br />
скакать к своим с важным донесением. К этому времени заимка была<br />
уже окружена партизанами тесным кольцом, и едва один из казаков<br />
шагнул за порог—Баир накинул на его шею петлю... Партизаны ворвались<br />
в избушку, захватили второго казака.<br />
«Языки» дали ценные сведения. Поняв, что запираться невозможно,<br />
семеновцы сообщили, что им приказано к полудню вернуться в большое<br />
трактовое село Алексеевское, оттуда связаться по телефону с командованием.<br />
После этого начнется решающее наступ шние против Хлебодкрова.<br />
Раздумывать было некогда, отправлять пленных в штаб тоже нехватало<br />
времени, и Баир принял смелое решение — немедленно занять си<br />
лою двадцати шести сабель Алексеевское, а в штаб с донесением отправить<br />
Ефимку Брянского.<br />
Почуяв, что пойманные на заимке казаки-разведчики умышленно<br />
преувеличили силы интервентов и белых, расположенные в Алексеев<br />
ском, Баир тем не менее решил действовать осторожно...<br />
Партизаны спешились за околицей села, приготовили гранаты и, по i<br />
прикрытием морозного тумана, незаметно вошли небольшими группам и
ПОБРАТИМЫ<br />
в Адексеевское. В головной группе шла Цициг, а впереди нее уныло шагал<br />
казак-разведчик, который должен был указать, где находится штаб;<br />
руки казака были связаны тонким шнуром полевого телефона, а рот<br />
заткнут, чтоб он не поднял тревоги.<br />
Заметив издали своего, часовой у штаба не проявил никакого любопытства<br />
к людям, идущим за ним.<br />
— Это- и есть штаб? — толкнула Цициг пленного в бок.<br />
Тот утвердительно кивнул головою...<br />
Цициг увидела в горнице за большим столом несколько офицеров.<br />
Они сидели у самовара и спокойно пили чай.<br />
Все дальнейшее произошло молниеносно, в течение, одной-двух<br />
минут.<br />
Партизаны сняли часового и ворвались во двор.<br />
Цициг быстро подскочила к окну, метнула туда одну за другой две<br />
гранаты. Посыпалось разбитое стекло, раздались взрывы, послышались<br />
крики. Затем партизаны ринулись в дом.<br />
В из»5е была все перевернуто, слышались стоны раненых. В груде<br />
обломков от стола и разбитой посуды лежал еще живой человек в костюме<br />
американского офицера. Цициг нагнулась—да это был американец.<br />
Второй его соотечественник—майор, бледный, трясущийся, с отвислыми<br />
щеками, вышел из-за перегородки, разделяющей горницу. Видимо<br />
взрыв застал его на постели—всклокоченные волосы были в пуху. Широко<br />
раскрытые голубые глаза с ужасом глядели на партизан. Майор<br />
забыл об огромном парабеллуме,, который висел у него на широком<br />
ремне через плечо. Трясущийся американец поднял вверх руки...<br />
Тем временем подоспел Баир.<br />
Вскоре конная группа Баира отправилась в обратный путь к своему<br />
штаб\. Кроме американского майора она прихватила и семеновских<br />
разведчиков.<br />
Между тем бой с наседавшими семеновцами протекал именно так,<br />
как и предполагали Хлебодаров и Хребтов. Теснимый неприятелем, партизанский<br />
заслон медленно отступал по единственной тропе, ведущей в<br />
горы. Семеновцы преследовали партизан буквально по пятам. Но внезапно<br />
они оказались сами зажатыми в тиски: с фланга па них ударила<br />
засада, а прямо в лоб — только что отступавшие партизаны. Поднялась<br />
паника; каратели бежали, теряя убитых и раненых. Получив известие о<br />
разгроме штаба карательного отряда, семеновцы на некоторое время<br />
прекратили операцию, чтобы собрать новые данные о партизанах...<br />
В землянке Хлебодарова, куда доставили пленных, майор-американец<br />
немного очухался; страх его прошел, и он скалил осгрыс зубы и<br />
льстивой улыбке, хотя и чувствовал себя неловко: как-никак его, офицера,<br />
пленила женщина.<br />
— О, эта прелестная ваша азиатка! Она неумолима, — говорил он,<br />
и кривая улыбка на мгновение освещала его длинное лицо.<br />
Он 1 увидел, что партизаны относятся к нему бережно и понял, что<br />
убивать его не будут.
56 И. ТУГ У ТО В<br />
— Надо бы его на месте укокошить! — зло бросил кто-то из стариков.<br />
— Укокошить — дело нехитрое. А выпытать нужные сведения куда<br />
важнее, — оборвал старика Степан Хребтов.<br />
— Выпытать? — вдруг сказал на ломаном русском языке майор.—<br />
А что я знаю?<br />
— Вы знаете многое!— сурово произнес Степан Хребтов.<br />
— Не больше вашего, — живо откликнулся американец. — Вы же<br />
знаете, что мы соблюдаем нейтралитет. Мы только охраняем железную<br />
дорогу и поддерживаем порядок. Мы—друзья России.<br />
— Друзья России находятся сейчас в Америке, а не здесь, — ответил<br />
ему Степан Хребтов. — Мы же вас не просим охранять дорогу.<br />
У нас к вам одно требование—уезжайте домой. А у себя дома мы какнибудь<br />
сами порядок наведем...<br />
Ничего путного не добившись от американца, Хребтов к Хлебодаров<br />
решили отправить его, вместе с остальными пленными, в главную<br />
ставку партизанских сил...<br />
Вою зиму комиссар просвещал своих партизан, читая им в дни затишья<br />
«Тараса Бульбу». «Песнь о Соколе», «Песнь о Буревестнике»,несколько<br />
книжек в его походном сундуке составляли единственную<br />
библиотеку хлебодаровского отряда.<br />
За зиму отряд сильно вырос: из сел и улусов приходили все новые<br />
и новые люди, несли с собою винтовки, обрезы, берданки, длинные охотничьи<br />
ножи.<br />
А к весне пришла долгожданная радостная весть: Красная Армия<br />
перешла в наступление и уже перевалила Уральский хребет. Ни у кою<br />
не было сомнения, что Сибирь скоро будет освобождена от белогвардейцев,<br />
и час соединения партизан с передовыми частями Краской Армии<br />
не за горами.<br />
Надо было активизировать борьбу, оказывать еще более существенную<br />
помощь регулярным частям Красной Армии.<br />
Незаметно наступило лето, но хлебодаровские партизаны все еще<br />
не снимали полушубков и шапок-ушанок. Летнего обмундирования в<br />
отряде не было, и быстро пошить его не представлялось возможным —<br />
с наступлением тепла белые стали все чаще и чаще вторгаться в партизанские<br />
районы. Сильно обносившейся таежной армии Хлебодарова то и<br />
дело приходилось вступать в бои, кочевать с места на место.<br />
Однажды, отступая под натиском семеновцев, отряд переходил через<br />
Тункинскне Альпы. В это время чад гольцами стала сгущаться белая<br />
грозовая туча.<br />
— Как бы град не ударил! — сказал один из всадников, местный<br />
житель. — Тогда нам трудно придется.<br />
Иван Никитич энергичным жестом запахнул полы домотканного, из<br />
черной шерсти, зипуна, которые рвал в разные стороны свирепый порывистый<br />
ветер, сурово насупил брови. — он знал, что ливень или град в<br />
гольцах—большая неприятность для конников.<br />
В вершинах сосен, на перевале, бесновался ветер. Он крепчал с<br />
каждой минутой и вдруг рванул с такой силой, что разогнал тучу, —<br />
она удалилась от хребта.<br />
За хребтом, в таежной деревушке, отряд сделал привал. Белых ни в<br />
деревне, ни где-нибудь поблизости не было.
ПОБРАТИМЫ 57<br />
Командир и военком отряда, а также Баир с Цициг остановились<br />
в большом доме, где квартировала молодая учительница Елизавета Васильевна.<br />
Круглолицая смуглая девушка с большими темными глазами, она<br />
очень приветливо встретила партизан.<br />
— Располагайтесь как у себя дома, — пригласила она гостей прлятным<br />
певучим голосом. — Я сейчас самовар поставлю.<br />
Осенью Елизавета Васильевна была назначена сюда учительницей<br />
инородческого училища, но, приехав в эту деревушку, она увидела, что<br />
никакой школы здесь нет... Всю зиму она учила ребятишек на дому,<br />
мечтала о встрече с партизанами, и вот они сами нагрянули.<br />
Иван Никитич выслушал ее откровенную нехитрую повесть и, отставив<br />
чашку, сказал:<br />
— В партизаны хочешь, дочка? Не торопись. Всегда успеешь!<br />
— Почему? — удивилась учительница.—У вас же есть в отряде женщины<br />
и девушки, — она глянула па Цициг.<br />
Иван Никитич чуть усмехнулся в разросшиеся усы:<br />
— Наша Цициг—жена шахтера, боевая партизанка... А тебя, Елизавета<br />
Васильевна, я приспособил бы к другому делу, если ты хочешь<br />
по-настоящему помогать нам: оставайся здесь и займись шитьем. Нам<br />
летняя одежда до зарезу нужна... И детей учить будешь, и нам поможешь.<br />
— Понимаю! — обрадовалась Елизавета Васильевна. — И ткань, и<br />
мастериц найд^. Да и сама за иглу возьмусь...<br />
Надвинулась ночь, и Хлебодаров решил дать своим партизанам настоящий<br />
отдых, переночевать в деревушке.<br />
Уложив гостей, Елизавета Васильевна обратилась к Степану Хребтову,<br />
который, казалось, не собирался раздеваться:<br />
- А вы, товарищ комиссар, вроде и не желаете поспать?<br />
— Поспать-то оно, конечно, неплохо, — ответил комиссар. — Но<br />
всему свое время. Вы вот что мне скажите, Елизавета Васильевна,<br />
сколько потребуется дней, чтобы обрядить наш отряд по-летнему. Конечно,<br />
не бесплатно...<br />
— Насчет платы, товарищ комиссар, ничего вам не скажу. Не<br />
возьмут платы люди, по-моему. Проходил здесь с полгода тому назад<br />
один партизанский отряд, тоже нуждался кое в чем. Так мужики наши<br />
бесплатно все им доставили — «Вы, говорят, жизни за нас не жалеете,<br />
так что же нам портянки там или зипуны жалеть...». Ну, а насчет срока<br />
прямо сказать могу: дня через три обрядим весь отряд.<br />
— Так быстро?<br />
— За работу сядут все девушки и женщины, за это я ручаюсь. У<br />
меня тут много друзей, вроде полулегальный женский комитет, — улыбнулась<br />
учительница. — Мужчин-то немного осталось, вот мы и верховодим...<br />
- Аи да молодцы, — восхищался Степан Хребтов.<br />
Хребтов решил, что в деревне останется Содном с группой партизан-снабженцев.<br />
Получив все необходимое от населения и расплатившись<br />
с ним, он пойдет на соединение с главными силами отряда...<br />
Учительница вышла из комнаты. Степан собрался уже было прилечь,<br />
как кто-то тихо постучался в дверь.<br />
— Пожалуйста, — проговорил он и приподнялся.<br />
Оказывается, это была учительница. Краснея и заикаясь, она сообщила,<br />
что достала для него у соседей кое-какую летнюю мужскую одежду.
58 И. ТУГУТОВ<br />
— Вы уж, пожалуйста, не сердитесь на меня, — заключила Елизавета<br />
Васильевна, протягивая сверток.<br />
— За что же? — только и успел вымолвить изумленный комиссар:<br />
учительница быстро вышла из комнаты.<br />
С той поры Степан Хребтов часто вспоминал черноглазую учительницу.<br />
Вспоминать о ней было вдвойне приятно: ведь она сдержала слово, —<br />
через три дня отряд получил все необходимое.<br />
Хребтов и Хлебодаров получили известие, что в Баянголе восстала<br />
беднота, арестовала Дамбу и захватила власть в свои руки. Уже создан<br />
Совет, который приступил к переделу пастбищ, принадлежащих улусному<br />
дарге. Начало было хорошим. Пример баянгольцев мог послужить наглячным<br />
уроком для других скотоводов, уроком того, как надо начинать говую<br />
жизнь. По по имевшимся сведениям ссменовцы вот-вот должны были<br />
выступить и; Родннковки и учинить расправу над баянгольцами.<br />
Обсудив полученные известия, Степан Хребтов и Иван Никитич решили<br />
двинуться в Баянгол, а оттуда — на Родпиковку. Надо было, наконец,<br />
окончательно освободить это крупное село, где засели ссменовцы.<br />
Отряд прибыл в Баянгол па рассвете. Под неистовый лай собак, партизаны<br />
проскакали к дому бывшего дарги.<br />
Над крашенными воротами Дамбы реял красный флаг... Первыми на<br />
крыльцо поднялись Иван Никитич, Баир и Николай Семибратченко, прозванный<br />
за свои усы Запорожцем.<br />
— Кажись, никого нет, — сказал Иван Никитич, оглядывая пустынный<br />
двор. Однако, в доме оказались люди. Четверо вооруженных винтовками<br />
дремали на лавке у дверей горницы.<br />
— Что за люди? — спросил Иван Никитич.<br />
— Дружинники... у нас советская власть.<br />
— Вот как! А почему спите?<br />
— Мы не спим...<br />
— А гам кто? — показа,! Иван Никитич па дверь.<br />
— Известно, кто... Дамба со своей старухой. Спят. Они арестованы, и<br />
мы их охраняем.<br />
— Попятно. Разбудить!..<br />
Заспанный Дамба появился па пороге, и, уставившись на Баира,<br />
прошептал:<br />
— И ты с ними?<br />
— С народом! — ответил Баир. — С кем же мне быть? С тобой,<br />
что ли?<br />
Дамба низко' опустил голову.<br />
— Можешь пока спать, а днем мы будем тебя судить, — сказал<br />
Иван Никитич. — Пусть народ скажет свое слово...<br />
Штаб отряда разместился в доме Дамбы.<br />
В тот же рассветный час Цициг в сопровождении Баира поехала к<br />
матери.<br />
У знакомой невзрачной юрты всадники спешились, привязали лошадей<br />
к частоколу. Цициг приоткрыла войлочную, пропитанную копотью<br />
и дымом кошму и первой вошла в юрту.<br />
Удамбра хлопотала у чадящего очага и не заметила, как вошли дочь<br />
и зять. На трех острых камнях, над очагом, на продолговатой жестянке,<br />
журились лепешки. Сидя па корточках, Удамбра вычерпывала деревни-
ПОБРАТИМЫ 5
60 И. ТУГУТОВ<br />
роткой. А как бы хотелось Аюру узнать от Цициг и Баира о партизанском<br />
житье-бытье, о боях с интервентами и белыми,—ведь и он мечтал<br />
податься в партизаны!<br />
Суд над Дамбой не состоялся.<br />
После того, как он проснулся и Балма напоила его чаем, Иван Никитич<br />
распорядился запереть его в амбаре. А через час, когда за ним<br />
пришли из штаба, чтобы увезти на допрос, обнаружилось, чго задняя<br />
стена амбара имеет потайную дверь — арестованный бежал через нее.<br />
Вот почему Иван Никитич срочно вызвал к штабу всех всадников:<br />
Дамба, рассуждал он, видимо, убежал в Родниковку, где стоят семеног;цы<br />
и, конечно, предупредит их о движении партизанского отряда. Те<br />
успеют подготовиться, стянуть все свои силы и напасть на Баянгол.<br />
Отряд занял выгодные позиции в окрестностях улуса. В сторону<br />
Родниковки Хлебодаров выслал разведчиков. Однако до наступления<br />
сумерков никакого движения противника по направлению к Баянголу заметить<br />
не удалось. И только с наступлением темноты Баир острым глазом<br />
степняка увидел на пригорке трех всадников, двигавшихся по проселку.<br />
Заметив партизан, всадники остановились и словно растаяли з<br />
придорожных кустах. Баир тоже остановил отряд, разбил его на две<br />
группы и приказал двигаться в обход подозрительных всадников. Сам<br />
же он с двумя партизанами направился прямо на предполагаемого противника.<br />
— Кто такие?—строго окликнул Баир, подойдя к кустам, за которыми,<br />
по его мнению, скрылись всадники.<br />
— Узнаю знакомый голос! Кажется, Баир? — последовал спокойный<br />
ответ. — Тотчас же Баир увидел бывшею }л\сного учителя.<br />
— Это вы, Виктор Михайлович? — обрадовался Баир неожиданной<br />
встрече с Добромысловым. — Куда вы?<br />
— Пробираюсь в Саяны, к отряду Хлебодарова...<br />
— Он здесь, в Баянголе.<br />
— Вот это здорово! Давно заняли улус?<br />
— Сегодня утром. А что в Родниковке? —- спросил Баир.<br />
— Мы далеко обошли ее стороной и никого не видели.<br />
Баир выделил провожатого для группы Добромыелова, а сам вплотную<br />
подошел к Родниковке. В селе было тихо. Вернувшиеся разведчики<br />
доложили, что семеновцы, видимо, не собираются никуда выступать...<br />
Между тем Добромыслов без особых происшествий добрался до<br />
Баянгола. Здесь состоялась теплая встреча двух старых друзей — Степана<br />
Хребтова и Виктора Михаиловича Дс-бромыслова. Почти до утра<br />
проговорили они. Впрочем, больше говорил Добромыслов. Хребтову.<br />
Хлебодарову и группе коммунистов он рассказал о положении на фронтах,<br />
о близкой победе над белогвардейцами и интервентами. Он передал<br />
также приказ подпольного комитета: партизаны должны теперь перейти<br />
от обороны к наступлению, денно и ношно совершать на неприятеля набеги,<br />
расстраивать его планы, всемерно помогать Красной Армии, наступающей<br />
с Запада...<br />
—• Чтобы действовать энергичнее, вам следует разбиться по крайней<br />
мере на два самостоятельных отряда,—предложил Добромыслов.—<br />
У вас. Иван Никитич, большой, но малоподвижный отряд. Но это еще<br />
не все: внутри каждого отряда должны быть взвода, роты. БОЛЬШУ.С<br />
операции вы будете проводить совместно с другими партизанскими отрядами<br />
и полками.
ПОБРАТИМЫ (И<br />
Это предложение было принято. У Хлебодарова остались главным<br />
образом родниковские мужики, и этот отряд с той поры стал называться<br />
Родниковским. Холбонские шахтеры, бывшая «Золотая сотня», насчитывающая<br />
сейчас триста стволов и сабель, по предложению Степана Хребтова<br />
избрали своим командиром Баира. Степан Хребтов назначался<br />
председателем Реввоенсовета партизанских соединений всего района.<br />
Под его руководством должны разрабатываться оперативные наступательные<br />
планы, согласовываться боевые действия всех отрядов, осуществляться<br />
связь с партийным руководством...<br />
В этот же день был отправлен приказ всем таежным отрядам о совместном<br />
наступлении на опорные базы интервентов и белых.<br />
К вечеру партизанская конница и обозы обеих отрядов покинули<br />
Баянгол.<br />
Никогда еще баянгольцы не видали у себя в улусе такого скопления<br />
вооруженных людей, коней, повозок... Все население улуса высыпало<br />
на улицу провожать партизан.<br />
- Куда же они двинулись? — недоуменно перешептывались баянгольцы.<br />
— А кто их знает... не говорят.<br />
— Будто бы наступать на Родниковку...<br />
Никто ничего достоверно не знал.<br />
Стоя у своей юрты рядом с матерью, Аюр с восхищением глядел на<br />
катящуюся перед ним грозную партизанскую лавину. Конечно, он с радостью<br />
примкнул бы к партизанам, кинулся бы к ним со слезами, просил<br />
бы взять с собою, но Удамбра крепко держала его за руку.<br />
С завистью посмотрел он на сестру, которая ехала в голове шахтерского<br />
отряда рядом с Баиром. В ее руке на коротком древке развевался<br />
алый стяг.<br />
— Как красиво сидит в седле наша Цициг! Какой флаг! — закричал<br />
Аюр, дернув мать за руку.<br />
Но Цициг уже проехала, скрывшись за поворотом улицы. Она успела<br />
лишь улыбнуться и кивнуть матери и брату.<br />
Вскоре степные дороги в окрестностях Баянгола загудели от конского<br />
топота, скрипа колес, от людского говора и боевых песен. За конницей<br />
тянулись обозы и повозки со снаряжением, провиантом, с больными<br />
и ранеными...<br />
Несколько молодых баянгольцев, по разным причинам не су.мснш'не<br />
примкнуть к отряду, быстро оседлали коней и поскакали вдогонку партизанским<br />
отрядам, — не может же быть, чтобы их не приняли и ряды<br />
борцов за народную власть!<br />
8<br />
Семеновская разведка слишком поздно донесла родникоискому гарнизону,<br />
что в Баянголе появился крупный партизанский отряд. В штабе<br />
об этом узнали только тогда, когда отряды выступили в сторону села ..<br />
Семеновцы и японцы в спешном порядке оставили Родпиконку.<br />
Заняв село, партизаны немедленно организовали преследование ирага.<br />
Холбонцы двинулись по Старо-Московскому тракту, а хлсбодаровцы<br />
пошли тайгою — наперерез отступающим.
62 И. ТУГУТОЙ<br />
Холбонцы настигли обоз противника в таежной деревушке близ железной<br />
дороги. В короткой перестрелке они уничтожили часть ездовых,<br />
остальных взяли в плен. Партизанам достались богатые трофеи...<br />
После ухода японцев и семеновцев из Родниковки Реввоенсовет<br />
партизанских соединений отдал приказ — очистить таежные районы от<br />
белых. В соответствии с этим приказом холбонцы продолжали преследовать<br />
врага по удинской дороге, а Хлебодаров начал громить опорные<br />
пункты противника в тайге. Вдоль железной дороги перешли к активным<br />
действиям местные летучие отряды, — они снимали рельсы, пускали под<br />
откос воинские эшелоны интервентов и белогвардейцев.<br />
Удинская долина привела холбонцев в край лесных: озер. В попутных<br />
деревушках жители сообщили Баиру, что семеновцы и японцы круто<br />
повернули к железной дороге, говорили, что их теперь не догнать.<br />
Другие утверждали, что белые где-то спрятались, и тут в два счета<br />
можно нарваться на засаду. Действительно, в этих озерах легко было<br />
заплутаться, и Баир поручил Запорожцу, как наиболее грамотному, начертить<br />
карту-схему, нанести на нее все дороги и тропы, села, улусы,<br />
озера.<br />
- И чтоб против каждого стояло название, — сказал Баир.<br />
Николай Семибратченко почесал затылок и откровенно сознался:<br />
— Не делав я карт, товарищ командир. И места эти плохо знаю...<br />
— Эх ты, «не делав», — дружелюбно передразнил его Баир. — Смекалку<br />
проявлять надо. Перво-наперво пригласи стариков, они все здесь<br />
знаки. Опять же личная рекогносцировка, — последнее слово Баир произнес<br />
с тр\дом.<br />
В помощь Запорожцу Баир отрядил юного грамотея Ефимку Брянского...<br />
В одной рыбацкой деревушке Ефимка раздобыл большой лист<br />
белой бумаги—и началась работа.<br />
По утрам с небольшой разведывательной конной группой Запорожец<br />
и Ефимка рыскали среди озер, делали гарисовки в тетрадях, а вечерами<br />
совещались со стариками и пыхтели над картой.<br />
Запорожец безбожно перевирал местные названия на свой лад. Однажды<br />
рядом с продолговатым озерком он написал «Укор».<br />
С интересом наблюдавшая за его работой Цициг засмеялась.<br />
— Не Укор!.. Это озеро называется Укыр... по-нашему — Бык...<br />
Как-то в одном из сел, на севере о iepnoro края, разведчики Запорожца<br />
натолкнулись ночью на семеновский разъезд. После короткой<br />
схватки на окраине села семеновцы пустились бежать. Преследование<br />
ни к чему не привело: вражеские конники словно в воду канули...<br />
Дождавшись рассвета, Запорожец убедился, что он упустил семеновцев,<br />
дал им возможность скрыться. Покуда, в каком направлении?<br />
Не может жг быть, чтобы поблизости не было крупной белогвардейской<br />
части!.. Расспросы местных жителей, как и усиленные поиски в окрестностях,<br />
тоже не дали никаких результатов, и обескураженный Запорожец<br />
вернулся к своему командиру.<br />
- Да-а, — протянул Баир, — как же вы так прошляпили? Теперь<br />
надо держать ухо иостро: того и гляди, семеновцы неожиданно нападу!<br />
па нас...<br />
Запорожец виновато скреб затылок.<br />
Чтобы избежать внезапного нападения превосходящих сил противника,<br />
Баир решил перебазироваться в другое место. Целую ночь хот<br />
бонцы ехали з полнейшей тишине и к утру раскинули свой лагерь на
ПОБРАТИМЫ 63<br />
берегу укромного лесного озера. Надо было досыта накормить изнуренных<br />
долгим переходом лошадей, да и самим как следует передохнуть.<br />
Но отдыхать особенно не пришлось. С раннего утра стало нещадно<br />
палить солнце, а из травы поднялись тучи мошкары. Ни людям, ни коням<br />
не было покоя от этого назойливого гнуса, который проникал во<br />
все щели палаток и шалашей, лез в глаза и уши, докучал неимоверно...<br />
До обеда стояла тихая жаркая погода, и озеро напоминало собою<br />
светящееся зеркало. Однако, во второй половине дня в небе над озером,<br />
откуда ни возьмись, появилась черная грозовая туча, зеркало разом помутнело,<br />
и хлынул шумный ливень. Сонное и тихое озеро взъерошилось,<br />
забушевало,'—свирепый злой ветер погнал по нему крутую пенистую<br />
волну.<br />
Палаток у холбонцев было мало, и Баир приказал части отряда<br />
разместить в четырех рыбацких, стоящих у самого берега, лачугах.<br />
Устроив жену в такой лачуге, Баир не сомкнул глаз всю ночь. Ему казалось<br />
подозрительным, почему в этих хижинах партизаны не застали<br />
ни одного рыбака.<br />
«Кула ж они делись?» — ломал он голову и не находил ответа.<br />
Десятки различных предположений и догадок приладили ему в голову,<br />
но он тут же отвергал их. Баир вызвал Запорожца и поделился с<br />
ним своими сомнениями. Но тот не смог ответить на его вопросы...<br />
Восход солнца Баир встретил на берегу успокоившегося озера.<br />
Вихревой ливень уже отшумел, и над озером снова плыла тишина.<br />
Обмакивая огрызок химического карандаша в воду, Баир писал на<br />
серой оберточной бумаге донесение Степану Хребтову. После завтрака<br />
донесение это должен был увезти председателю Реввоенсовета Содном.<br />
После ночного дождя яркая зелень травы казалась ослепительной,<br />
дождевые капли сверкали на листьях, как плавленое серебро, и Баир<br />
невольно залюбовался этой игрой красок в лучах утреннего солнца.<br />
С озера веяло прохладой, и поверхность его стала по-вчерашнему<br />
прозрачной, как стекло.<br />
Прикрыв ладонью глаза, Баир пристально вгляделся в противоположный<br />
берег, ко там ничего подозрительного не было. Лишь лениво<br />
наползали на прибрежный песок затихающие бледнозгленые волны. Л<br />
дальше, в туманной дали, вздымались невысокие, покрытые синими лесами,<br />
горы.<br />
«И все-таки нужно вдоль и поперек разведать всю эту вереницу<br />
озер. — решил Баир, шагая по берегу. — Сдается, что белые побывал 7<br />
;<br />
здесь до нас и угнали рыбаков с собою. Не стали бы рыбаки уходить<br />
во время лоза по> доброй воле...».<br />
К вечеру сомнения Баира разрешились самым неожиданным образом:<br />
к своей лачуге, на земляной кровле которой сидел с винтовкой дозорный,<br />
вернулся один из исчезнувших рыбаков. Что это был именно рыба];,<br />
не вызывало сомнений: пришедший был в резиновом плаще, а на его<br />
ичигах поблескивала засохшая чешуя.<br />
Рыбака привели к Баиру.<br />
•— Здешний? — спросил Баир.<br />
— Как есть... На этом озере ловлю уже пятнадцать лет<br />
— А как называется ваше озеро?<br />
— Исинга называется.<br />
— Почему же вы убежали?
и. ТУГУГОЗ<br />
И тут рыбак поразил Баира любопытным признанием. Оказывается,<br />
шестеро рыбаков, ютящихся в этих жалких лачугах, были сектантамископцами.<br />
Проходя мимо Исинги два дня назад, семеновцы объяви.';;<br />
темным сектантам, что за ними по пятам идут красные, которые-де верующих,<br />
особенно из сектантов, не щадят, а запросто рубят им головы.<br />
Рыбаки поверили и, проклиная свою судьбу, ушли с семеновцами,<br />
— Куда же подались белые? — спросил Бапр, с интересом вглядываясь<br />
в безбородое и безусое лицо скопца.<br />
Тот махнул рукою в сторону северо-востока.<br />
— И много их было?<br />
— Много... не считал, но много, — неопределенно ответил скопец.<br />
•— А все ж? Рота, две?<br />
— Мы этого ничего не знаем.<br />
— Ну, а если на штуки считать? Копей сколько?<br />
— Солдат— сотни три...<br />
— Семеновцы были одни?<br />
— Нет, японцы с ними шли. Десятка, кажись, два...<br />
— А почему ты вернулся один, бросил своих товарищей?<br />
Рыбак покосился на Баира, помолчал:<br />
—• А не убьешь, коли всю правду скажу?<br />
— За что ж тебя убивать? — улыбнулся Баир. — Красные партизаны<br />
за правду не убивают.<br />
Рыбак расплылся в широкой улыбке:<br />
— А они нам наговорили... Так вот... Уволокли они нас с собою, а<br />
по дороге зачали насмехаться. Я терпел терпел да и стал потихоньку<br />
подбивать единоверцев: пора, дескать, поворачивать оглобли назад. Они<br />
испугались, не пошли, а я удул один...<br />
— Ну что ж, и за это спасибо. Живи дома, никто тебя не тронет.<br />
— Спасибо на этом.<br />
— Лови рыбу, нас рыбкой угостишь. Снасть и лодка у тебя, конечно,<br />
есть?<br />
— Все, как полагается. Какой же рыбак без лодки? — улыбнулся<br />
скопец. — Вон там, в тех камышах запрятана. — Он обернулся к озеру<br />
и протянул вперед руку...<br />
Баир отпустил рыбака и глубоко задумался. Если рыбак не соврал,<br />
белые и впрямь могут повернуть обратно и внезапно нагрянуть сюда.<br />
Он, Баир, должен принять все меры предосторожности, чтобы не повторилась<br />
наранская история. О Наране он всегда помнил...<br />
Собрав разведчиков, Баир рассказал им о своей беседе с рыбаком..<br />
На совещании был разработан план активных разведывательных действий<br />
на ближайшие сутки в районе Исинги.<br />
Поздним вечером, с наступлением темноты, Николаи Семибратченко<br />
уплыл с рыбаком-сектантом на его парусной лодке в ночной поиск, а<br />
Цициг с Ефимкой Брянским еще до заката солнца отправились в коиную<br />
разведку по побережью Исинги и двух ближайших озер...<br />
За ночь Запорожец избороздил на лодке все озеро, сделав не менее<br />
двадцати-тридцати верст. Было ветрено, и лодка с надутым парусом быстро<br />
летела с волны на волну.<br />
— Згэ! — с опаской сказал Запорожец. — Однако, штормит?<br />
— Ничего, не бойся! — ответил рыбак, ловко управляя лодкой.—<br />
Нам не впервой.<br />
•— Вижу!..<br />
Близился рассвет. Запорожец приказал причалить к темному лесистому<br />
берегу:
ПОБРАТИМЫ 65<br />
— На воде никого не встретили, может, в лесу встретим.<br />
Шагах в пятидесяти от берега рыбак убрал парус.<br />
— Силен ветер! В щепы разобьет, коли не успеешь снять эту штуку,<br />
— объяснил он...<br />
Вместе с рыбаком-проводником Запорожец исходил весь прибрежный<br />
лесок, но нигде не нашел признаков человеческого пребывания.<br />
— И здесь никого! — с досадой сказал он, устало опускаясь на валежину.—<br />
Кажись, все обошли... Отдыхай...<br />
Рыбак присел рядом. Запорожцу смертельно хотелось курить, но<br />
как назло табак кончился. Он нервно покусывал поднятую с земли веточку.<br />
— Скоро поедем? •— спросил рыбак.<br />
— Подождем малость и...<br />
Ветер не утихал. До валежника, где сидели рыбак и партизан, доносились<br />
глухие удары волн о корму лодки, — будто кто ладонью сильно<br />
шлепает по воде...<br />
Взошла поздняя луна, и они поплыли обратно к стоянке отряда.<br />
Встречный ветер не позволил поставить паруса, за весла сел Запорожец.<br />
— А ты правь как следует,—приказал он рыбаку. — В этом деле<br />
ты способнее.<br />
Рыбак покорно взялся за кормовое весло...<br />
Однако примерно на середине озера, непривычный к гребле, Запорожец<br />
почувствовал, что у него отнимаются руки, и ему не дотянуть до<br />
берега... В конце-концов о« не выдержал и попросил рыбака сменить<br />
его.<br />
Когда они менялись местами, на лодку налетела большая волна,<br />
круто повернула, свирепо ударила в борт, и Запорожец едва не свалился<br />
в воду.<br />
— Это наш девятый вал, — спокойно сказал рыбак, садясь за весла;<br />
он тут же поставил лодку поперек следующей, уже меньшей, волны<br />
и добавил: —Вода, брат, сильнее всего на земле...<br />
На рассвете они причалили к рыбацкому поселку.<br />
Запорожец явился к Баиру хмурый, недовольный собою: снова он<br />
вернулся из разведки с пустыми руками.<br />
Баир успокоил старого друга:<br />
— Ничего! Ты сделал все, что мог. Будем дальше искать следы<br />
врага.<br />
— А долго? — мрачно спросил Запорожец.<br />
Неуемный в преследовании противника, смелый и храбрый, он был<br />
явно обескуражен своей неудачей.<br />
— Пока не найдем и не уничтожим их! — взмахнул рукой Баир.<br />
— Разреши, товарищ Баир, пожать тебе руку за шахтерский характер,<br />
— повеселел Запорожец, расправляя пышные свои усы.<br />
— Когда бандиты окажутся на дне озера, жми хоть сто раз! —<br />
.улыбнулся Баир.<br />
От молодого командира Запорожец ушел окрыленный.<br />
«Молод, а какой орел!»— с восхищением думал он.<br />
10<br />
С места в карьер Цициг и Ефимка пустили своих лошадей галопом<br />
— шутка ли, обследовать за короткую летнюю ночь берега трех озер!<br />
,Но они не только погоняли коней, а и зорко глядели по сторонам.<br />
5. «Свет над Байкалом», № 3.
66 И. ГУГУТОВ<br />
Вот они очутились на опушке тощего березового перелеска. Но куда<br />
ехать дальше? Ведь проселочные дороги разбегаются здесь в разные<br />
стороны.<br />
— Как бы не заблудиться! — шепнула Цициг своему юному спутнику.<br />
— Ничего, едем вон по той! — решительно ответил Ефимка.<br />
Они тронулись дальше. Густели сумерки, густела и тайга. Изредка<br />
на их пути попадались пустующие лесные зимовьюшки охотников. Они<br />
то и дело останавливали коней, чутко прислушивались, но ни людские<br />
голоса, ни даже щебет птиц не доносились до них...<br />
Давно уж село солнце. Их окружала молчаливая загадочная тайга.<br />
После заката стало довольно прохладно.<br />
И вдруг впереди замаячил одинокий огонек.<br />
• — Что это может быть? — настороженно прошептала Цициг.<br />
Разведчики тихо двинулись на огонек, который казался далеким.<br />
И в самом деле они проехали не меньше часа, прежде чем оказались на<br />
противоположной опушке леса, близ костоа.<br />
Убедившись, что возле тусклого костоа, кроме старика-чабана никого<br />
нет, — поблизости темнело шевелящееся пятно большой отары, — разведчики<br />
приблизились к нему.<br />
— Эй, дедушка! — вполголоса окликнула его Цициг.<br />
Услышав возглас на родном языке, старик встрепенулся и недоверчиво<br />
оглядел подъехавших всадников: такой девушки не встречал он н:<br />
у себя в улусе, ни в его окрестностях.<br />
— Откуда будете, кто такие? — уставился старик на незнакомку.<br />
Цициг молчала, и старик, по-своему поняв ее молчание, стал тороп<br />
либо объяснять, как найти дорогу до ближайшего улуса.<br />
Сообразив, что старик хочет отвязаться от нежелательных ночных<br />
всадников, Цициг просительно произнесла:<br />
— Неужели нам нельзя погреться у твоего огня, дедушка? Мы да;,<br />
но в пути и продрогли.<br />
Пугливый чабан смолчал, качал озираться по сторонам. Белая ег><br />
борода тряслась.<br />
Между тем Ефимка сошел с седла, и Цициг последовала его прим:<br />
ру. Подхватив поводья обоих коней. Ефимка остался с ними, а Цици;<br />
подошла к костру.<br />
Делать нечего, надо было принимать таинственную гостью: стари*<br />
шевельнул сырые и гнилые березовые сутунки, и костер разом вспыхнл.<br />
метнув в ночное небо длинный столб искр.<br />
Цициг пристально посмотрела на старика,— по ее открытом,<br />
взгляду он, наконец, понял, что перед ним не разбойница с большой ; ;<br />
роги, что у этой женщины нет никаких враждебных намерений.<br />
— Насколько я догадываюсь, дедушка, тебя зовут Барбадай... '1'.<br />
— пастух дарги-богача? — мягко спросила Цициг.<br />
— Откуда ты меня знаешь? — удивился старик и добавил уж м<<br />
нее подозрительно:—Ты ведь не здешняя?<br />
— Не здешняя, — искренне призналась Цициг,— но я все знаю, >п<br />
у вас тут делается.<br />
Старик, которому не раз доводилось иметь дело с партизанской p.i<br />
ведкой, догадался, кто перед ним, и он сказал примирительно и дов. |<br />
чиво:<br />
— Давай-ка, доченька, лучше потушим огонь, а то ненароком кп<<br />
нибудь набежит....
ПОБРАТИМЫ 67<br />
— А зачем в таком случае ты разводишь по ночам костры? — лукаво<br />
спросила Цициг.<br />
— Волков отпугиваю, — в тон ей хитровато ответил Барбадай,<br />
разные тут нынче бродят волки... — Помолчав, старик добавил: —Ну,<br />
ладно, идем ко мне в избушку... тут близко.<br />
Ефимка остался с конями у затухающего костра, и Цициг пошагал .<br />
за чабаном.<br />
Войдя в темную приземистую халупу, старик зажег огарок сальной<br />
свечи.<br />
— Думаю, что дед Барбадай от народа правду не скроет? — спросила<br />
Цициг, садясь на лежанку.<br />
Старик уклонился от прямого ответа.<br />
— Чую, дочка, что ты из далеких краев, — сказал он.<br />
— Почему так думаешь?<br />
— Я не думаю, а знаю, — усмехнулся Барбадай, — у тебя на унтах<br />
не здешняя грязь присохла... еще у костра увидал.<br />
— Вот ты какой, все примечаешь! — засмеялась Цициг, ощупывая<br />
за пазухой сталь нагана: ей вдруг стало жутко в этой темной избушке<br />
наедине с продолжающим хитрить хозяином.<br />
«Кто знает, может в кути притаился семеновец», — подумала она.<br />
Барбадай словно разгадал ее мысли:<br />
— Зря ты сунула руку за пазуху. Я не враг тебе...<br />
Цициг недоумевала. По данным недавней разведки, чабан Барблдай—<br />
свой человек. Так почему же он боится прямо сказать об этчм.- 1<br />
Или он все еще сомневается в том, что она партизанка? Все мож-^г<br />
быть...<br />
Цициг молчала, не отнимая руки от нагана...<br />
Долго испытывал старый Барбадай свою гостью, так долго, что<br />
Ефимка забеспокоился и тихо подвел коней к слуховому окну избушки.<br />
— А парень-то, который с тобой... заботливый, — с усмешкой заметил<br />
старик, прислушиваясь к неясному шороху за стеною.<br />
— Ой и дед! — воскликнула Цициг.—Да скажи ты, наконец, с<br />
японцами ты или с нами?<br />
— Конечно, с вами! — засмеялся Барбадай. •— Мы с тобой бурята,<br />
а бурятам заморские пришельцы-насильники не по нутру. Буряты векими<br />
в дружбе с русскими, простыми мужиками.<br />
— Ну, вот так бы сразу и сказал! — просияла Цициг. — Говори вс
С8 И. ТУ ГУ ТО В<br />
сюда, — во весь опор гнали они своих коней берегами озер, и глазам их<br />
предстала живописная, утопающая в зелени, степь. Здесь было столько<br />
ярких цветов, что у Цициг не раз возникало желание остановиться,<br />
спрыгнуть на землю, нарвать большой букет.<br />
Но надо было спешить: может быть, отряду удастся настигнуть грабителей<br />
и расквитаться с ними за горе жителей маленького улуса.<br />
И<br />
Тщательные трехдневные поиски японо-семеновского отряда, предпринятые<br />
Баиром, увенчались успехом: партизанам удалось с помогщю<br />
местных жителей выследить врага, установить его численность.<br />
Это был сводный пехотно-конный батальон, и укрылся он в узкой долине,<br />
похожей на ущелье. Один выход из долины был прикрыт широкой<br />
кочковатой топью и не охранялся противником, уверенным, что партизанская<br />
конница не сможет преодолеть этот зыбкий клочок заболоченной<br />
земли.<br />
Баир решил воспользоваться этим. Спешившись на краю болота,<br />
упирающегося в лесок, отряд дождался ночи и бесшумно пополз через<br />
топь... Впереди полз сам Баир с Николаем Семибратченко, а за ними —<br />
все остальные.<br />
В стремительной ночной атаке холбонцы уничтожили почти весь<br />
вражеский батальон... Только немногие из них сдались в плен.<br />
Обширный озерной край был полностью очищен от врага.<br />
Наутро весть об этом разлетелась по всем поселкам и улусам. Ликование<br />
парода было безгранично. Радовались рыбаки, получившие<br />
возможность спокойно ставить в озерах свои сети, радовались жители<br />
ограбленного улуса, которым партизаны вернули угнанную отару, радовался<br />
старый белобородый чабан Барбадай, извечный батрак, освобожденный<br />
от ноенской кабалы. Вместе со всеми радовались и победители...<br />
А через три дня к холбонцам пришел связной из Реввоенсовета,<br />
принесший приказ Степана Хребтова и Добромыслова о том, чтобы все<br />
таежные отряды, в том числе холбонский и родниковский, стягивались<br />
к железной дороге: с запада подходят передовые части Красной Армии...<br />
Час освобождения Прибайкалья от бсло1 вардейцев и интервентов,<br />
от гнета ноенов и кулаков приближался.<br />
Конец
Из книги о счастливом внуке<br />
В ОЖИДАНИИ ГОСТЕЙ<br />
В воздухе летает паутина.<br />
С каждым днем густеет неба просинь.<br />
Незаметно к нам пришла в долину<br />
Тихая, задумчивая осень.<br />
Вот уже на поле, за стогами,<br />
Фыркнул и умолк усталый трактор,<br />
И ЗИСы с высокими бортами<br />
К элеватору ушли по тракту.<br />
А в улусе бойкие девчата,<br />
Как ведется осенью багряной,<br />
Ждут уже — когда ж приедут сваты?<br />
И гадают — где он, гость желанный?<br />
Скоро ли подъедет он степенно<br />
Да на коновязь повесит сбрую,<br />
И хадак — подарок драгоценный,<br />
Свежий ветер ласково раздует...<br />
А в иных домах в такое время<br />
Ожидают дочерей замужних.<br />
Слушают — не звякнуло ли стремя?<br />
Почему не едут? Почему же?.. *\<br />
Вот и угощения готовы. I<br />
Дочка с мужем задержались что-то1<br />
Час пройдет, и с нетерпеньем снова<br />
Мать с отцом выходят за ворота.<br />
Это чувство каждому знакомо,<br />
Но зачем так сильно волноваться?<br />
Чамат ЦЫДЕНДАМБАЕВ<br />
Рис. А. Окладникова
70 Ч. ЦЫДЕНДАМБАЕ8<br />
Лучше ждать, чем провожать из дома,<br />
Радостней встречать, чем расставаться.<br />
Гости к нам летят на самолетах.<br />
В поездах неутомимых едут<br />
По шоссе, гудя на поворотах,<br />
Мчатся на стремительных «Победах».<br />
Едут из Москвы и Ленинграда,<br />
Из Саратова и Старой Руссы.<br />
Всех гостей мы бесконечно рады<br />
Повидать в своем родном улусе.<br />
Едут к нам из Индии посланцы,<br />
Югославы, немцы из Берлина.<br />
Приезжают к нам и мексиканцы<br />
И друзья из знойной Аргентины.<br />
Как радушно мы гостей встречаем.<br />
Белоснежный войлок с уваженьем<br />
На почетном месте расстилаем,<br />
И подносим чашу с угощеньем...<br />
Со своим товарищем — Галданом<br />
В этот вечер я сижу за чаем.<br />
Скоро должен гость придти желанный<br />
Только кто он — мы пока не знаем.<br />
Мы с Галданом знаем очень мало<br />
И пока еще совсем не ясно,<br />
Для кого купили одеяло<br />
И пододеяльничек атласный.<br />
У кого же нам узнать с Галданом<br />
Кто он, все же этот гость желанный?<br />
Может, дочка его — озорная девчонка,<br />
Что покоя не даст по ночам никому.<br />
Будет плакать она голосисто и звонко<br />
И не сможешь узнать: отчего? почему?<br />
А быть может, сынишка — крепыш круглолицый<br />
В этот дом как законный хозяин войдет.<br />
От него и слезинки не сможешь добиться.<br />
Будет спать он спокойно всю ночь напролет.<br />
Закричит только утром, весь дом оглашая,<br />
Чтоб досыта кормила «разбойника» мать.<br />
А потом в колыбельке, себя забавляя,<br />
Долго пухлыми ножками будет играть...<br />
Впрочем, что ж бесполезно рядить и гадать<br />
Поживем и увидим. Пока — будем ждать!..
КОЛЫБЕЛЬ<br />
ДАЮТ ИМЯ...<br />
Очень рады Дулма и Галдан:<br />
В доме слышится детский крик.<br />
— До чего же хорош мальчуган!<br />
Восхищается внуком старик.<br />
Долго думали, споря вдвоем,<br />
Над ребенком отец и мать:<br />
—Как же мы малыша назовем?<br />
— Кто бы имя помог подыскать?<br />
Муж с женой истомились от дум.<br />
Разве имени мы не найдем,<br />
Чтоб и сила, и смелость, и ум<br />
В нем искрились, сверкая огнем?<br />
К ним соседи пришли и шумят<br />
Возле сына со всех сторон;<br />
Подарить малышу каждый рад<br />
Целый ворох прекрасных имен!<br />
Назовите его Бэлэгтэ!<br />
Дайте имя ему Омогто!<br />
Разве плохо назвать Гэрэлтэ?<br />
А по-моему, лучше Согто!<br />
Трудно имя одно подобрать.<br />
Если все имена хороши...<br />
Дед Морхой начинает ворчать:<br />
— Чем'же имя плохое — Доржи?<br />
Побрякушки, что я смастерил,<br />
Все хвалили, не хаял никто,<br />
Ну, а имя старик предложил,<br />
То уж сразу сказали: «не то...»<br />
— Я б ребенка Булатом назвал,<br />
•Объявляет сосед — кузнец,<br />
Чтобы крепок он был, как металл...<br />
Но опять не согласен отец.<br />
И дает им учитель совет:<br />
Эрдэмтэ нужно сына назвать,<br />
Лучше этого имени нет...<br />
Не согласна с учителем мать.<br />
—Вы со мной согласиться должны, —<br />
Заявляет геолог Ринчин, —<br />
Не имеет Эрдэни цены,<br />
Пусть же будет — Эрдэни ваш сын!<br />
Предлагает танкист — капитан:<br />
— Не иначе как Зоригто<br />
Должен звать ты сынишку, Галдан,<br />
И его не обидит никто!
72 Ч. ЦЫДЕНДАМБАГБ<br />
Нужно все-таки что-то решать<br />
Так предложено много имен!<br />
Чем же имя плохое — Галша?<br />
А Базар? А Бардан? А Одон?..<br />
И как будто широкой рекой<br />
Имена к колыбели текут.<br />
А тебе, наш малышка родной.<br />
Все равно, как тебя назовут.<br />
...Как вершины заснеженных гор,<br />
У Холхоя седа голова.<br />
Долго слушал старик этот спор:<br />
Иль отец или мать не права?<br />
— Коль уж спорам не будет конца, —<br />
Пошутил тут наш прадед седой,—<br />
Назовите его, сорванца,<br />
Моим именем лучше — Холхой!..<br />
Но на шутку раскатистый смех<br />
В нашей комнате не прозвучал.<br />
Потому что Морхой раньше всех.<br />
Громким голосом людям сказал:<br />
— Тех, кто много свершил добрых дел.<br />
Честно брался за всякий труд,<br />
Справедлив был, отважен и смел,<br />
Люди в долгих столетиях чтут!<br />
—Наш Холхой, самый древний де£<br />
Им в улусе гордится народ...<br />
Пусть и внук мой столько же лет<br />
Как и он на земле проживет!<br />
Потрудился на благо людей<br />
Наш Холхой, как умел и как мог...<br />
Спи, малыш, в колыбельке своей,<br />
Это славное имя, сынок!<br />
Как ребенок, доволен Морхой:<br />
— Отвечайте-ка, дети, кому<br />
Не понравилось имя Холхой?<br />
Говорите скорей — почему?<br />
И сказала довольная мать:<br />
— Наконец-то, нашли! Наконец!..<br />
— Лучше имени нам не сыскать, —<br />
Согласился с Морхоем отец.<br />
МАСТЕРИТ СТАРЫЙ ДЕД<br />
Эти руки недаром зовут золотыми:<br />
Как ни глянешь—они за работой всегда.<br />
Сколько разных вещей переделано ими<br />
Терпеливо за долгие годы труда!
КОЛЫБЕЛЬ<br />
Пусть порой по бумажице с круглой печатью<br />
Кое-где узнают, изучают людей,<br />
Но из данных анкет никогда не узнать им<br />
О мозолях на твердой ладони твоей.<br />
В летний день я к Морхою иду любоваться,<br />
Как он что-то тихонько мурлыча под нос,<br />
Чуть овальные спицы, как тонкие пальцы,<br />
Подгоняет на ступицы легких колес.<br />
Изготовит старик и такие кадушки.<br />
Что из них не проступит и каплей вода.<br />
Точит шахматы, делает чудо-игрушки,<br />
Что приснятся во сне, да и то не всегда!<br />
Ну а ложки причудливо хитрой работы<br />
Я бы сам напоказ по улусам носил...<br />
Говорят, с малых лет он добился почета,<br />
С малых лет он в улусе умельцем прослыл.<br />
Обойдите нарочно селенье родное,<br />
И такого парнишку не сыщите мне,<br />
Чтоб в седле, изготовленном старым Морхоем,<br />
Не скакал бы он в степь на лихом скакуне!<br />
Я и девушки в нашем колхозе не знаю,<br />
Чтобы летом, горячею страдной порой,<br />
Ароматное сено проворно сгребая,<br />
Не хвалила б граблей, что сработал Морхой.<br />
Он сегодня с утра с колыбелькой хлопочет.<br />
Колыбелька красива, прочна и крепка!<br />
Будто мир необъятный заботливо хочет<br />
Уложить в колыбельку рука старика.<br />
Молоток, словно дятел железный, проворно<br />
Безумолку стучит: тук да тук, тук да тук...<br />
И на тонких перильцах рисунок узорный<br />
Дед Морхой вырезает любовно вокруг.<br />
Вот четыре кольца привинтил к колыбели,<br />
Привинтил аккуратно и прочно в углах.<br />
Только вдруг почему у него заблестели<br />
Две слезинки в прищуренных добрых глазах?<br />
Может, вспомнил он детство и думает: — Мне бы<br />
В этот мир появиться ребенком опять,<br />
И как прежде, весной, под безоблачным небом,<br />
В колыбельке уютной спокойно дремать.<br />
Мне бы ножками снова нетвердо, несмело<br />
По родимой степи сделать первый свой шаг...<br />
И любуется мастер работой умелой:<br />
До чего ж колыбелька его хороша!<br />
73
74<br />
ПЕРВАЯ УЛЫБКА<br />
Сорок летних безоблачных дней,<br />
Промелькнуть незаметно успели,<br />
Сорок ласковых звездных ночей<br />
Наш мальчонка проспал в колыбели.<br />
Будто только вернувшись домой<br />
С кропотливой и трудной работы,<br />
Он так тянется, словно большой...<br />
По утрам его долит зевота!<br />
Ты ручонками любишь играть,<br />
Кулачки свои к личику тянешь.<br />
Над тобой беспокоится мать:<br />
Как же — вдруг ты царапаться станешь...<br />
С каждым днем, с каждым часом твой взгляд<br />
Все яснее; глазенки сверкают,<br />
И недаром соседи твердят:<br />
—Что за батор у вас подрастает!<br />
Утром солнце встает над тобой,<br />
И лучами, как часто бывает,<br />
Прежде матери, ранней порой<br />
Осторожно тебя обнимает.<br />
У твоей колыбельки отец,<br />
Лишь угаснет дневное светило,<br />
Говорит: «Ты когда ж сорванец<br />
Улыбнешься нам нежно и мило?<br />
Ты заботою нашей согрет,<br />
Что ты хмуришься, сын, без причины?..»<br />
Но пока только папе в ответ<br />
Улыбается мама за сына.<br />
Ждет улыбку твою и Холхой,<br />
Что тебе подарил свое имя:<br />
— Как живет мой малыш дорогой?<br />
Улыбнулся ли тезка любимый?..<br />
Шепчет мать: — Ровно сорок два дня<br />
Ты на свете живешь уже с нами,<br />
Погляди, мой родной, на меня<br />
Улыбнись же скорее ты маме...<br />
Ждет отец твоей первой улыбки,<br />
Дед и прадед ее не дождутся...<br />
Показалось вдруг всем будто в зыбке<br />
Попытался малыш улыбнуться.<br />
Ч. ЦЫДЕНДАМБАЕВ
КОЛЫБЕЛЬ 75<br />
Весь улус взбудоражил Галдан,<br />
Скрыть отцовское счастье не в силах:<br />
— Посмотрите, как мой мальчуган,<br />
Мой Холхой улыбается мило.<br />
А Дулма всех соседей зовет:<br />
— Собирайтесь, идите скорее!<br />
Посмотрите — он нас узнает,<br />
Он уже улыбаться умеет!<br />
...Проживи свою жизнь до седин,<br />
В твоей памяти ввек не сотрется<br />
День, когда в первый раз улыбнется<br />
Неумелой улыбкой твой сын...<br />
Все соседи наперебой,<br />
Восхищаются маленьким нашим.<br />
Не найдет себе места Морхой:<br />
Чуть от радости старый не пляшет!<br />
Золотистым сияньем лучей,<br />
Смотрит солнышко в наше оконце.<br />
Не поймешь, чья улыбка теплей:<br />
Сына нашего или же солнца?..<br />
ВЕСНА<br />
В степи весна... Журчат ручьи лукаво,<br />
То выглянут, то спрячутся в снегу,<br />
И наполняя старые канавы,<br />
Вливаются бурливо в Селенгу.<br />
Уже размыт большими полыньями<br />
На речках вздутый ноздреватый лед.<br />
И солнце светит яркими лучами:<br />
— Идет весна! Идет на полный ход!<br />
Пусть вечерами корочкою звонкой<br />
Оковывает воду в ручейках,—<br />
Подснежники, как детские глазенки,<br />
Уже цветут в степи на бугорках.<br />
В своих атласных праздничных кафтанах,<br />
Иззябнувшие за ночь на ветру,<br />
Два неразлучных щеголя-турпана<br />
Гуляют на болоте поутру...<br />
Но сумрачен и очень недоволен<br />
В чудесный день один лишь Абида:<br />
Родился у овцы ягненок в поле,<br />
А мать не кормит первенца—беда!<br />
А тут еще баран черноголовый<br />
Повел отару—и нивесть куда!<br />
И вслед за ним, бранясь обидным словом,<br />
Помчался с длинной палкой Абида.
76 Ч. ЦЫДЕНДАМБАЕВ<br />
...Ягненок сыт. Отара вся на месте.<br />
Хрустят овечки шелковой травой.<br />
И сочиняя радостную песню,<br />
Шагает чабаненок молодой!<br />
А как Холхоя встретила весна?<br />
Чем занят наш малышка в день весенний?<br />
Смотрите — это он же у окна<br />
Достать ручонкой хочет куст сирени!<br />
Но на пути — оконное стекло!<br />
Стучать в него не разрешает мама.<br />
А ветки — далеко и как назло<br />
По-зимнему еще закрыты рамы!<br />
И мать выносит малыша во двор,<br />
Усаживает сына на колени,<br />
Он видит в первый раз степной простор:<br />
Где ж потолок? Куда исчезли стены?..<br />
Степи не видно края и конца,<br />
А небосвод — безоблачен, как в праздник.<br />
Тлядит Холхой, как ветку у лица<br />
Раскачивает ветерок — проказник.<br />
Заметил почку наш Холхой. Сорвал.<br />
Поднес ко рту проворною ручонкой...<br />
Но только вкус ее не разобрал:<br />
Мать отобрала почку у ребенка.<br />
И губы дрогнули у малыша,<br />
Хотел заплакать, но забыл обиду:<br />
Шла через двор собака Булгаша —<br />
Таких зверей Холхой пока не видел!.<br />
А мать его с задумчивым лицом<br />
В тени прохладной, малыша качая,<br />
Сидела на скамейке под кустом,<br />
Рукою почку клейкую сжимая.<br />
И говорила сыну: — Мой Холхой!<br />
Еще ты очень мал, глупышка милый.<br />
Но все ж сорвать листочек небольшой<br />
Сегодня у тебя хватило силы!<br />
Пройдут года и, чтоб тебя обнять,<br />
Придется наклоняться мне немного<br />
Ты будешь землянику собирать,<br />
И песни петь, идя лесной дорогой.<br />
Пройдут года. Ты вырастешь большой,<br />
Пойдешь ты смело в глухомань лесную...<br />
И наклоняться к матери родной<br />
Придется уж тебе для поцелуя.<br />
Ты будешь строен и широкоплеч,<br />
Пойдешь ты в степи по тропинке дикой
КОЛЫБЕЛЬ 77<br />
И будет избегать с тобою встреч<br />
В тайге медведь — седых лесов владыка.<br />
Полюбишь ты ходить по выходным<br />
В тайгу, забрав с собою колотушку,<br />
И бить с плеча по кедрам вековым<br />
Так, чтобы шишки сыпались с макушки.<br />
Как много будет у тебя друзей—<br />
Учись у них, как жить и как работать...<br />
И очень много матери своей<br />
Ты принесешь и славы и почета!..<br />
УДИВИТЕЛЬНЫЕ ИГРУШКИ<br />
Под кустами, на узенькой тропке,<br />
След ребяческой ножки босой.<br />
Кто шагал тут по склону сопки?<br />
Кто здесь бегал? Конечно, Холхой!<br />
Мать как будто задумала в прятки<br />
Поиграть с малышом у плетня.<br />
Быстро спряталась, смотрит украдкой:<br />
— Ну куда ж ты пойдешь без меня?<br />
Потихонечку переступая,<br />
Он идет по тропинке с трудом,<br />
Как он птенчика напоминает,<br />
Что впервые расстался с гнездом!<br />
Зацепился за ветку; и звонко,<br />
Лишь упал, начинает реветь...<br />
Что ж никто не подходит к ребенку?<br />
Не целует? Не хочет жалеть?<br />
Даже мамочка, милая мама<br />
Хоть она подошла бы к нему...<br />
Встал и дальше затопал упрямо—<br />
— Утешаться пришлось самому!..<br />
Видит — шишка лежит: что за чудо?<br />
Сам такую игрушку нашел!<br />
Унести ее нужно отсюда.<br />
Взял... и пальчики вмиг уколол!<br />
Не везет тебе нынче, глупышка!<br />
Ты о ветку споткнулся — упал,<br />
Уколола сосновая шишка..<br />
До чего ж ты, мой родненький, мал!<br />
Твоим первым хорошим знакомым<br />
Был цветок, что взглянул на тебя;<br />
Как ты долго играл им, за домом<br />
Осторожно его теребя!<br />
Наигрался — шагает несмело,<br />
Каждый шаг у Холхоя — с вершок!
78 Ч. ЦЫДЕНДАМБАЕВ<br />
Спотыкается он то и дело.<br />
Поднимается на бугорок...<br />
Засмеялся, подходит к собаке.<br />
Булгаша хвост крючком закрутил.<br />
Словно встретились два забияки,<br />
По -Холхой к воробьям поспешил.<br />
Прилетели они на дорожку,<br />
Разбрелись шаловливой гурьбой,<br />
Ищут зернышки, хлебные крошки,<br />
Шумно ссорятся между собой.<br />
У канавки сухой так упрямо,<br />
Долго, долго сопел и кряхтел, —<br />
И такую глубокую яму<br />
Все ж без помощи он одолел!<br />
И пошел, как начальство большое,<br />
Важно руки сложив за спиной:<br />
«Кто там следует рядом со мною?»—<br />
Тень впервые увидел Холхой.<br />
Замахнулся Холхой хворостинкой:<br />
Тень не прячется от малыша.<br />
Что же делать?.. К нему по тропинке<br />
Приближается пес Булгаша.<br />
Перекатываясь комками,<br />
Скачут около малыша,<br />
Шаловливо меняясь местами.<br />
Он же смотрит на них, не дыша.<br />
Будто думает: — Эти игрушки<br />
Унести б не мешало домой!..<br />
К воробьям, растопырив лапушки,<br />
Спотыкаясь, затопал Холхой.<br />
Потянулся он к птичкам несмело,<br />
Вот воробушка схватит совсем!..<br />
Но вся стайка шумливо взлетела,<br />
И остался Холхой наш ни с чем.<br />
ВОЛНУЕТСЯ МОРЕ ЦВЕТОВ<br />
Кто так быстро бежит по полянке лесной?<br />
Чей же это мальчишка такой долговязый?<br />
Посмотрите получше — ведь это Холхой,<br />
Он подрос, вы его не узнаете сразу!<br />
Он—шалун. Он поет и кричит без конца.<br />
Громче всех — его голос задорный и звонкий,<br />
И цветов полевых золотая пыльца<br />
Запорошила голые ножки ребенка.<br />
Вот спугнул он нарядных пугливых стрекоз.<br />
Вот он к бабочкам тянется смуглой рукою
КОЛЫБЕЛЬ 7')<br />
Но они улетели. Обидно до слез:<br />
«Хоть бы ближе к себе подпустили Холхоя!»<br />
А когда удается схватить мотылька<br />
Как доволен Холхой... Но бедняжку жалея,<br />
Вдруг сама по себе разожмется рука:<br />
«Улетай-ка, дружочек, домой поскорее!»<br />
Он летит. А Холхой, закружившись волчком<br />
По полянке, к товарищам мчится навстречу.<br />
Лишь цветы быстро-быстро мелькают кругом<br />
Да щекочет трава загорелые плечи.<br />
А в траве всем цветам, похваляясь, твердят<br />
Одуванчики важно: — Скажите скорее,<br />
Кто богаче нас золотом? Чей же наряд<br />
По сравнению с нашим светлей и пышнее?<br />
Колокольчики низко согнув стебелек.<br />
Смотрят грустными глазками так утомленно,<br />
Словно скоро наступит назначенный срок,<br />
И они зазвучат золотым перезвоном.<br />
Распустив парусами свои лепестки,<br />
Пламенея, как будто рубин драгоценный.<br />
- 1 Выше всех над травою поднявшись жарки.<br />
То и дело головкой качают смиренно.<br />
Суетливо и важно среди лепестков,<br />
Деловито хлопочут проворные пчелы,<br />
Жадно пробуют первые соки цветов<br />
И летят себе дальше с жужжаньем веселым!<br />
Сколько разных цветов на полянке лесной!<br />
Сосчитай-ка, попробуй; вот розы, кувшинки...<br />
Восхищенно глядит на цветы наш Холхой,<br />
Осторожно кусая зубами травинку.<br />
Но опять завертелся проворным волчком.<br />
Словно рад, что на вкус он былинку отведал...<br />
Догоняют его одногодки бегом<br />
И не могут догнать шалуна-непоседу!<br />
Вот упал сн в траву, осторожно ползет,<br />
Как по коврику ползал малюткой когда-то...<br />
Кто ж из сверстников первым Холхоя найдет?<br />
Он же смотрит на них из цветов хитровато.<br />
С громким визгом вспорхнул, как птенец озорной-<br />
Разбежалась мальчишек шумливая стая...<br />
Только вдруг, почему же заплакал Холхой?<br />
Сел на травку и ноги рукой потирает.<br />
Что случилось? Быть может, Холхой нездоров?<br />
Но ведь только сейчас он резвился игриво...<br />
Знай, Холхой: средь веселых весенних цветов<br />
Попадается жгучая злая крапива!
80 Ч. ЦЫДЕНДАМБАЕВ<br />
ТАЧКА<br />
Как рад, как доволен сегодня Холхой:<br />
Он тачку откуда-то тащит домой.<br />
Она так мала, что ребенку подстать:<br />
Кому ж надоело тележкой играть?<br />
Кто бросил за домом ее и забыл,<br />
И кто, интересно, ее смастерил?<br />
Тележку за ручки толкая вперед,<br />
Холхой «на работу» как взрослый идет.<br />
Колесико вязнет в сыпучем песке:<br />
Малыш призадумался на бугорке<br />
Ползет на коленях. Подъем очень крут:<br />
Нелегок твой первый «рабочий маршрут!»<br />
По трудной дороге и мимо ручья<br />
Провозит он к дому кусок кирпича!<br />
Сгрузил возле дома и с тачкой пустой<br />
Обратно спешит за поклажей Холхой.<br />
Колесико дробно стучит по камням:<br />
Холхой наш настойчив, Холхой наш упрям!<br />
Он с тачкой готов обойти весь улус.<br />
Смотрите: он возит «ответственный» груз!<br />
Вот круглые камушки, щепки, песок,<br />
Вот глины застывший шершавый комок...<br />
Он носится с тачкой и взад и вперед<br />
На лбу выступает росинками пот.<br />
Смотрите все люди: он занят трудом,<br />
Он что ни найдет, — все везет к себе в дом!<br />
Привез даже пару ненужных калош,<br />
Но мама смеется: — зачем их везешь?<br />
Привозит бараний изодранный мех,<br />
Но вновь слышит матери радостный смех:<br />
— Помощник мой маленький! Глупый малыш<br />
Ты мусором этак весь двор захламишь!<br />
Подумал Холхой: слишком много вещей<br />
Привез я во двор на тележке своей.<br />
И если смеется довольная мать,<br />
То значит их некуда больше девать!<br />
Решает Холхой: что ж, немного добра<br />
Придется опять увезти со двора.<br />
Берет он полено и в сопки везет,<br />
Но мать догоняет его у ворот.<br />
И в шутку ему говорит:—Мой Холхой!<br />
Без дров мы замерзнем суровой зимой!..<br />
Попробуй-ка взрослых понять—не поймешь:<br />
Привозишь — смеются: зачем, мол, везешь?
КОЛЫБЕЛЬ 81<br />
Увозишь — опять недовольны, беда!<br />
Нет. Взрослым его но понять никогда!<br />
Пусть руки черны, как осенняя ночь,<br />
Рубашку измазал, .хоть выброси прочь.<br />
Работой своею он так увлечен.<br />
Что даже мозоли ему нипочем!<br />
Он с тачкой своею спешит на обед,<br />
И сколько съедает горячих котлет!<br />
А раньше осилить не мог и одной.<br />
Хорошим работником будет Холхой!<br />
И как ни торопится вечером мать —<br />
Кроватку ему не успеет постлать.<br />
Устав заниматься «полезным» трудом,<br />
Холхой засыпает уже за столом.<br />
Во сне, улыбаясь, он тихо ворчит:<br />
- Не трогайте в тачке мои кирпичи!<br />
В СТЕПИ<br />
Ночь ушла неслышными шагами.<br />
На востоке зорька заалела.<br />
Солнце золотистыми лучами.<br />
Пробудившись, принялось за дело.<br />
А навстречу солнцу заскрипели<br />
У домов калитки хлопотливо,<br />
Солнце гонит лежебок с постели:<br />
— Ну-ка, пошевеливайтесь, живо!<br />
У степной извилистой речушки,<br />
На заросшем васильками поле<br />
С дедушкой Холхой пасет телушку<br />
И резвится па аепном приволье.<br />
Убежит v, кусты—и не отыщешь.<br />
Где мелькнет сейчас его рубашка.<br />
Дед с улыбкой скоблит топорище<br />
хМаленькою острою стекляшкой.<br />
Смотрит дед Морхой на непоседу,<br />
Как цветы мальчишка собирает.<br />
А Холхой поет на радость деду.<br />
Но о чем — он толком сам не знает!<br />
Лишь бы пелось что-нибудь, и ладно.<br />
Слушают Холхоя дед и телка...<br />
6. «Свет над Байкалом», ,V> 3
82 Ч. ЦЫДЕНДАМБАЕВ<br />
Как она красива и нарядна:<br />
Лучше телки нет у нас в поселке!<br />
Белый лоб. На шее, как колечко,<br />
Шерстка отливает сединою.<br />
Что она задумалась над речкой —<br />
Пьет или любуется собою?<br />
Ткнулась мордой. Облизала руку,<br />
Малыша всего водой окапав,<br />
А язык у телки — вот так штука!<br />
Как щека небритая у папы...<br />
Очень непонятная скотина!<br />
Интересно бы узнать Холхою,<br />
Как она без мамы по долине<br />
Ходит и питается травою?<br />
Дед Морхой находит серп горбатый,<br />
Ржавчиной покрытый, как корою.<br />
Кем он был оставлен здесь когда-то?<br />
Кто им жал пшеницу над рекою?<br />
— Дедушка, а это что за штука?<br />
Расскажи, зачем она кривая?<br />
И погладив по головке внука,<br />
Дедушка Холхою объясняет:<br />
— Тонок серп. И этими серпами<br />
Из упругой и певучей стали<br />
Твои деды долгими веками<br />
Хлеб насущный в поле добывали.<br />
Самый мирный изо всех орудий,<br />
Был он грозен в огненные годы —<br />
Вместе с ним ходили в битвы люди,<br />
Добывая для себя свободу!..<br />
Оглядев простор степи бескрайней,<br />
Дед сказал с улыбкою лукавой:<br />
— Даже самоходные комбайны<br />
Не затмили их былую славу!<br />
Неспроста у нас на всех знаменах<br />
Серп и молот золотом сверкают...<br />
И находку дед Морхой влюбленно<br />
Доброй старческой рукой ласкает...<br />
Перевел с бурят-монгольского В. Кузнецов.
С Е Н О К О С<br />
Рассказ<br />
Цыден-Жап ЖИМБИЕВ<br />
пади Хонгойн Хул ночь всегда наступала раньше, чем в долине.<br />
Вот и сейчас никто не успел заметить наступления сумерек:<br />
темнота разом нахлынула на балаган косарей.<br />
В поле и в балагане было так темно, что лежи с закрытыми<br />
глазами или открой их — все равно ничего не различишь, не увидишь.<br />
Темна ночь, и не светлее на душе сейчас у Соднома. Мысли тяжелые,<br />
непослушные, и все они о том, что произошло в этот вечер после<br />
работы.<br />
Критика и самокритика! Что скажешь — нужное дело, сильное<br />
средство, помогает лучше работать. Но кому она по душе, когда падает<br />
на его голову? Хотел бы Содном посмотреть на человека, который будет<br />
этому радоваться да улыбаться! Вот сегодня друзья взяли в оборот его,<br />
Соднома, да еще как накинулись! Кричат: бездельник, спишь на сенокосилке...<br />
Не выбирали ласковых слов его ровесники, не щадили его самолюбия.<br />
И сейчас еще Содному кажется, что их слова кружат над его головой<br />
и жалят, как осы. Жалят, до боли жалят. Не укрыться, не спастись.<br />
Содном лежит один в балагане на жестком топчане. С лугов доносятся<br />
запахи свежескошенного сена, увядающих трав.<br />
А звеньевой Зоригто сидит за балаганом, возле потухшего очага, и<br />
Посасывает угасающую трубку. Ему не хочется заходить в балаган. Он<br />
;шает — Содном еще не спит, и вряд ли уснет после той «бани», что устроили<br />
ему на собрании. Зоригто сочувствует Содному, но вместе с тем<br />
Понимает всю справедливость жесткой критики, обрушенной на дружка.
84 Ц. ЖИМБИЕВ<br />
Зоригто зашел в балаган, чиркнул спичкой и на цыпочках прошел к<br />
своему топчану.<br />
— Друг, спишь?!—тихо позвал Соднома звеньевой.<br />
Содном не ответил, прикинулся спящим. Зоригто не тревожил больше<br />
его. Он бесшумно разделся и только успел коснуться головой подушки,<br />
как сразу заснул мертвецким сном.<br />
В душе Соднома все кипело. Он злился на своих товарищей, ил<br />
звеньевого и особенно на нее, Дулму. Уж очень единодушно осуждали<br />
его. Да хотя было бы за что... Подумаешь, не выполняет норму на конной<br />
сенокосилке!.. Били с плеча, а сейчас, как ни в чем не бывало, словно<br />
ничего плохого не сделали человеку, храпят на своих койках. Но<br />
где же она. Дулма? Где? Ясно, что спит. Только подумал об этом Содном,<br />
как за балаганом послышались чьи-то шаги, а потом донеслось<br />
знакомое предупреждающее покашливание. Содном мгновенно забыл о<br />
своих'бедах и подозрениях. Он вскочил с топчана, но опять грузно сел<br />
на него: все, что он пережил на собрании и за этот час в темном балагане,<br />
— все это снова свалилось на него, свалилось подобно тяжело;"!<br />
ноше.<br />
Пойти или не пойти? Но желание бьпь возле любимой взяло верх.<br />
«Будь, что будет» — вслух подумал он и, пошарив в темноте вокруг<br />
коек, нашел сапоги, обулся и вышел.<br />
Небо было выткано звездами. Их легкое мерцанье успокаивало<br />
растревоженную душу. С заречных, далеких лугов прилегал влажный<br />
ветер, он освежал разгоряченную голову. Откуда-то доносился призывный<br />
перезвон бот ал на лошадях, пущенных в ночное.<br />
Содном вгляделся в темноту. Дулмы не было. «Куда же она делась?<br />
-- удивился он. — Может быть, пошутила, издевается, смеется?!.><br />
Но все-таки он шагнул от балагана к потухшему очагу. Внимание его<br />
привлекло белое пятно, резко выделяющееся в непроницаемой тьме.<br />
Наверное, ьто бревно. Его вытесал звеньевой для каких-нибудь целей.<br />
Но странное дело — оно шевельнулось и Содном...<br />
- Что, испугался? — раздался тихий девичий голос.<br />
Дулма ждала его неподалеку от очага. Она стояла, прислонившись<br />
к старой лиственнице. На ее плечах лежала белая шаль.<br />
Содном подошел.<br />
— Прохладно, — сказала девушка и стянула концы шали па грудч.<br />
— Кажется, — сухо ответил Содном.<br />
Они молча пошли по знакомой тропинке, к реке. Ни он, ни она не<br />
находили слов. Темнота помогала им обоим: она скрывала их смущение.<br />
На этот раз Содном не коснулся ее руки, они не сцепили пальцев, кал<br />
делали зто всегда при встречах и прогулках. Словно напроказившие дети,<br />
они чувствовали неясную вину друг перед другом. Никто не решайся<br />
заговорить первым.<br />
Тропинка была узкой. Вдвоем по ней можно было идти только плечо<br />
к плечу. Он уступил ее Дулме, она—ему. Тропинка разделяла их. И<br />
этом неуклюжем, взволнованном молчании они подошли к березовои<br />
роще, потом к сонному берегу речки. В ней отражались звезды. Девуц:<br />
ка присела на сухое, старое бревно. Обычно они сидели на нем, плот:<br />
прижавшись друг к другу. Сейчас же Содном прилег на влажную о:<br />
росы траву.<br />
-- Простудишься, -- почти одними губами сказала Дулма.<br />
Он не ответил. Заложив руки пол голову, Содном глядел в неб.<br />
Падали редкие звезды, первые вестники далекой осени.
СЕНОКОС 85<br />
У всех влюбленных есть свои, только ими облюбованные заветные<br />
места. Для Соднома и Дулмы таким уголком был этот конец тропинки,<br />
сбегающий с косогора к речке. Они любили смотреть, как при лунном<br />
свете листья берез кажутся серебряными. Они любили слушать,<br />
как ведут таинственный разговор маленькие речные волны. Похоже<br />
было, что они подслушивают биение сердец влюбленных. Сколько раз<br />
березы и речка слышали слова любви и согласия — но в этот ночной<br />
час загадочно шелестящая листва и маленькие речные волны были свидетелями<br />
молчания и горьких слов.<br />
— Почему ты молчишь? — девушка нагнулась и кинула камешек в<br />
темное зеркало воды. Ей очень хотелось заглянуть в лицо Содиома, в<br />
глаза его.<br />
— О чем говорить?.. Хватит, поговорили на собрании. Наслушался.<br />
Сыт по горло... — Он повернулся на бок, оперся на локоть. — Тебе<br />
смешно? Добилась своего!.. Радуешься, что мне выговор закатили? Хоть<br />
на этом спасибо! — Голос Соднома был жестким. Обида охватила его с<br />
новой силой.<br />
Дулма вновь склонилась с бревна и кинула камешек в темную<br />
воду.<br />
— Значит, ты думаешь, что не виноват? Содном. ведь я тебе говорила:<br />
стыдно, что ты хуже других... Ты—смеялся...<br />
— Смеялся... — повторил он. -- Но ты-то зачем змешатась? Уж<br />
от кого-кого, но от тебя не ожидал...<br />
— Содном, — Дулма протянула в темноту руки, но не достала до<br />
его головы. — Пойми же. я комсорг. Как мне было молчать?<br />
— Подумаешь, комсорг! Ну, в чем моя вина?<br />
— Вот и снова ты оправдываешься. Опять ничего не понял.<br />
— Нет, это вы все не хотите понять. Вы какой мне участок для<br />
косьбы дали? Какой, я тебя спрашиваю? Запущенный покос подсунули.<br />
Что ни круг, то поломка. Никогда же с этого луга камней, кольев не<br />
убирали. Там вручную и то не пройдешь.<br />
— А Зоригто?..<br />
— Что Зоригто? — Содном сел на траве.<br />
— Поучнсь у него, вот что.<br />
— Сравнила. У него же самоходная косилка.<br />
— Это верно, машина лучше твоей, но и человек...<br />
— Что, тоже лучше?<br />
— Не кипи. Да, он добросовестнее тебя работает.<br />
— Ну, что. же, поздравляю,- с деланным спокойствием заключил<br />
Содном и опять лег на спину.<br />
— С чем ты меня поздравляешь? - - не скрывая боли, спросила<br />
Дулма.<br />
— С новой симпатией поздравляю! Хорошего, добросовестного человека<br />
нашла.<br />
— Эх, Содном... Ничего ты не понимаешь... - - Она встала.<br />
Разговор иссяк. Словно недовольная темнотой, билась о камни и сердито<br />
урчала река. Дулма еще плотнее укуталась шалью и резко пошла<br />
по тропинке в гору. Содном не окликнул ее. В горьком раздумье он смотрел<br />
на звезды. Шаги девушки удалялись. Ну что же,—не удивительно: Зоригто<br />
добросовестный, хороший, лучший... Что же, пожалуйста. Значит,<br />
и со-брание она затеяла для того, чтобы просмеять его, Соднома, а потом<br />
отдалить от себя...<br />
Ему стало жалко самого себя, потом обидно и, наконец, он осердился<br />
на себя. Что же, выходит, я действительно так себе человек, ху-
86 Ц. ЖИМБИЕВ<br />
же всех работаю? Может она думает, я не могу работать лучше? Может<br />
быть я слабый, болен? Ерунда!.. Так кто же виноват? Дулма, Зоригто,<br />
комсомольцы? Они причем? Значит, я сам, сам...<br />
Он стал неприятен самому себе. Ему захотелось сделать для себя<br />
что-то злое, чем-то наказать себя. И он чисто по-мальчишески решил<br />
остаться ночевать не в постели, а под открытым небом, на сырой траве.<br />
Но и этому желанию помешали: из-за хребта наплыли тучи, и пошел<br />
теплый июльский дождь. Содному явно не везло. Даже природа посмеялась<br />
над ним. Но в балаган он все-таки решил не идти. Он не хотел<br />
слушать храп Зоригто, не хотел утром встречаться с ним.<br />
Содном поднялся и неподалеку от тропинки отыскал копну просохшего<br />
сена. Он разворошил ее. Оттуда дохнуло заманчивым душистым<br />
теплом.<br />
В эту ночь ему приснилось нехорошее. По бескрайней степи идет<br />
самоходная косилка. На ней, касаясь друг друга плечом,—они... Дулма<br />
и Зоригто. Содном вглядывается—да они же обнялись!.. Они поют, поют<br />
веселые песни!.. И он видит все это, но не может догнать их, не может<br />
даже на гнедом скакуне...<br />
На заре его разбудил звон железных ведер. Это старая Тэхэну, повариха<br />
на их стане, пришла к реке за водой. Содном испугался — неужели<br />
проспал?.. Вот еще беда! Наверное, все уже работают.<br />
Когда старая Тэхэну возвращалась с полными ведрами, Содном<br />
стал вылезать из копны. Она заколыхалась, и перед испуганной поварихой<br />
предстало странное чудовище...<br />
Старуха вскрикнула, ведра сорвались с коромысла. Узнав Соднома,<br />
она зло обругала его, обозвала бездельником и вернулась к речке.<br />
И эта кричит «бездельник»... Смущенный, пристыженный, он побежал<br />
на стан. Со степи уже пригнали лошадей. Не. дожидаясь завтрака,<br />
он запряг их в косилку и по росистой траве поехал на свой участок.<br />
Дымились туманом луга. В такую пору степь очень неуютна, она<br />
угнетает своей непроницаемостью, глухотой. Словно вязкая влажная<br />
паутина заткала все. В двух-трех шагах ничего не видно. Содном не<br />
сразу отыскал свой утуг. С ходу он пустил ножи сенокосилки, взмахнул<br />
бичом и гикнул на лошадей. Легко пошли отдохнувшие за ночь кони. Но<br />
Соднома это не обмануло: отлично знал он поров своей правой пристяжки—горбатого<br />
Серко. Серко хитрый, он делает вид, что натягивает<br />
постромки, а на самом деле только горбапп свою неуклюжую спину.<br />
Вот Буланка—другое дело. Она не прикидывается работящей. Она тянет<br />
постромки равномерно и сильно. Ее соловый, тонконогий жеребенок<br />
вначале устремился за матерью, потом ра $думал и преспокойно улегся<br />
посредине загона.<br />
Туманную степь наполнил#шрвный стрекот сенокосилки. Полотно<br />
стремительно врезалось в густую 1<br />
, 1<br />
высокую траву. Звук походил на при-<br />
глушенный визг. Из-под копыт коней, из-под кованых колес машины<br />
летели брызги. Никли подрезанные травы и рядами валились на землю.<br />
Содном знал, что этой ночью он несправедливо ругал перед Дулмой<br />
свой участок. Чего душой кривить — он работает на знаменитом утужном<br />
разнотравьи, где из года в год брали самые высокие по их колхозу<br />
урожаи сена. От машиниста, конечно, здесь требуется глаз да глаз.<br />
Надо вести машину с умом, осторожно. Не мудрено, что на таком неровном<br />
лугу врежешься в кочку, вон их сколько по берегу речки. Вовремя<br />
надо придержать коней возле кустарника, поднимать полотно нал
СЕНОКОС 87<br />
встречающимися камнями и остатками прошлого—столбами и кольями,<br />
глубоко вбитыми в землю.<br />
Содном всегда сердился: почему до сих пор не очистили луг? Почему<br />
не вытравили здесь, как он называл, этот «кулацкий дух». Ведь только<br />
вчера он сломал здесь шатун, напоровшись на предательский кол.<br />
Разве его разглядишь — трава по колено. Сегодня он вел машину с<br />
особой осторожностью, не снимая левой руки с рычага, то и дело поднимая<br />
полотно: он берег время и машину.<br />
Круги шли за кругами. Пока все благополучно. Содном все настойчивее<br />
подстегивал лукавого Серко, все злее шлепал вожжей по его запотевшим<br />
крутым бокам.<br />
Туман -рассеивался, но день выдался пасмурный. От реки ветер приносил<br />
прохладу. Это было славно: не докучали мошки и комары. Работа<br />
спорилась, и рассеивались тучи над душой Соднома...<br />
Круг, еще один, вновь поворот—и незаметно летело время, а с ним<br />
все росли и росли валки свежей кошенины. Содном подстегивал коней.<br />
Он уже засучил рукава шелковой рубашки. Он даже на сиденьи сегодня<br />
сидел по-особенному, лихо, словно в казачьем седле, этак немного боком.<br />
Голова с непокорным ежиком горделиво откинута назад. Глаза зорко<br />
следят за лугом.<br />
Еще круг, еще один, вновь поворот... Весело и жарко. Захотелось<br />
петь:<br />
Ах, широки луга необозримые,<br />
Но на машине их легко косить,<br />
Не можег быть, чтоб ты, моя любимая,<br />
Сумела мне так просто изменить.<br />
Песня вольно поднялась над долом. Никто кроме трав и лошадей<br />
не слышат певца. Что же из этого—хорошо петь, когда спорится работа,<br />
ой как хорошо!..<br />
Горбатый Серко, кажется, и тот прислушивается к песне. Вон как<br />
он мотает головой. Но, чорт!.. Почему он, лукавый, остановился? А, Серко<br />
слово «просто» принимает за «тпру». Ох, и хитрый мерин: зарычит<br />
собака, и он даже от ее «р-р-р» остановится — лишь бы не двигаться.<br />
Содном рванул правую вожжу, кнутом вытянул Серко вдоль спины. И<br />
когда вновь запел, то слово «просто» выдохнул только вполголоса.<br />
Не может быть, чтоб ты, моя любимая,<br />
Сумела мне так просто изменить.<br />
Высокие травы колышутся от ветра. Бегут по ним волны, и яркая<br />
зелень луга горит от солнца. Кажется, травы кланяются косарю. Хороши<br />
родные луга, ой хороши!.. Ложатся за машиной ровные ряды укосов, и<br />
все шире и шире становится поле отавы.<br />
И все же беда подстерегла Соднома. Столбик стал на его пути. Столбик<br />
предательски спрятался в густой траве. Содном слишком поздно его<br />
заметил. Он растерялся, не успел остановить коней, а только нервно<br />
нажал на рычаг, по поздно... Машина покосилась на бок, и Содном<br />
чуть не свалился с сиденья. Злосчастный столбик — наследие прошлого<br />
вклинился в край режущего аппарата. Содном с озлоблением пнул ногой<br />
столбик. На счастье машина осталась целой. Он подтянул гайки, осмотрел<br />
шестерни и подлил масло.<br />
Даль очистилась от тумана. Солнце занимало свое место на разъяснившемся<br />
небе. Кони запотели, надо дать им отдохнуть. Содном со !<br />
на траву, закурил. Тишина, добрая мягкая тишина на полуденном; лу<br />
гу. И зачем эти ненужные колья в таком густотравьи? Давным-давно in 1
88 ц. ЖИМБИ;:В<br />
стало единоличников в родном улусе, а о кулаке Содном знает только из<br />
книг, да еще по этим кольям. Почему бы не выдернуть их, как больной,<br />
прогнивший зуб? И почему на самом деле ему достался этот трудны»<br />
утут? Наверное кто-то нарочно, чтоб посмеяться, послал Содиома сюда.<br />
И вдруг парень снова обозлился на товарищей, на Дулму, на Зоригто.<br />
«Не буду больше здесь работать и все. Пусть Зоригто ломает свою<br />
самоходку об эти камни». -- Содном поднялся, бросит окурок и затоптал<br />
его. И только сейчас заметил, что обут в разные сапоги: один—черный,<br />
его, а другой—коричневый, Зоригто. Значит, вчера ночью, в темноте,<br />
он...<br />
Неприятности преследуют его. На самом-то деле - - вечером ему<br />
намылили голову на собрании, потом поссорился с Дулмой, утром напугал<br />
старуху Тэхэну и, наконец, словно клоун обулся в разные сапоги. Наверно<br />
над ним уже вся бригада смеется. Ну и пусть. Не буду больше работать,<br />
Уйду или просто лягу в траву и стану смотреть в небо. К тому<br />
же, кажется, коричневый сапог жмет ногу. Ей-богу жмет, невыносимо<br />
жмет. Может быть, поехать к Зоригто и обменяться сапогами? Легко<br />
сказать—потеряешь полдня.<br />
Содном стянул сапоги с ног, а коричневый даже пнул.<br />
Босой, нахохлившийся, он снова сел на машину. Подумаешь, передовики<br />
труда, а он что—хуже? Ишь ты: им почет, а ему—головомойка<br />
Шалишь, мы еще померяемся, мы еще посмотрим!..<br />
Тучи вновь заволокли небо, закрыли солнце. Который же час? Пожалуй,<br />
далеко за полдень, вон как приморились кони, да и у него в желудке...<br />
Прибежал жеребенок Буланки, видно проголодался. Пришлось ос<br />
тановиться. Мать с радостным и тихим ржанием подпустила свое детчще.<br />
Серко утолял голод свежим сеном. Жеребенок насытился, отошел от<br />
матери, взбрыкнул топкими ножками и, счастливый, понесся по оголеьному<br />
лугу.<br />
Содном тронул коней, но Серко яростно мотнул хвостом, словно давал<br />
знать, что подошло время смены. На этот раз даже не помог бич.<br />
Правда, Буланка натянула подстромки, но Серко, безразличный к ее<br />
усилиям, только мотал головой. Буланка повернула к ленивцу оскаленную<br />
морду с явным намерением укусить его. Содном резко> дернул вожжи.<br />
Серко устало лягнул задом и стал пятиться. Вон как — характер<br />
показываешь! И Содном остервенело хлестнул кнутом ленивого мерила.<br />
Буланка присоединилась к хозяину и укусила Серко в шею. Но он и не<br />
думал им подчиняться.<br />
И неожиданно Содному припомнилось вчерашнее собрание. Ведь<br />
ребята тоже говорили, что он артачится как и его Серко. Говорили, что<br />
Содном показывает свой характер, и этот характер надо поломать,<br />
потому что он «не для ноль ш дела».<br />
Пришедшее на ум сравнение вконец испортило настроение Содному.<br />
Он ударил бичом и по Буланке и по Серко. Косилка медленно двичулась<br />
вперед, застрекотали ножи. Серко остановился. Содном спрыгнул<br />
с сиденья и лег на траву. К чорту, хватит!..<br />
Он не заметил, как подош ia учетчица Дулма. На ней был брезентовый<br />
плащ, а ноги обуты в кожаные лапти. Ступала она бесшумьо.<br />
Дулма вела сменных лошадей.<br />
— Здравствуй, — как всегда, тихо сказала девушка. — Зачем же ты<br />
мучаешь коней?..<br />
Содном вскочил на ноги.
СЕНОКОС 8!)<br />
— Лежи, лежи, я сама перепрягу. — Она взгляну та на его боськ 1<br />
ноги и прыснула. — Лежи уж. конь ногу отдавит.<br />
Маленькая, она с трудом расхомутала высокого Серко. Тяжелые<br />
косы ее растрепались, стали пушистыми. Содном почувствовал, что<br />
краснеет и теряется.<br />
- Ты только не подумай, что я нарочно сюда пришла. Утром ты<br />
напугал старую Тэхэну, и она не захотела нести тебе обед. Пришлось<br />
заменить ее. Заодно захватила сменную пару.<br />
Дулма перепрягла коней, села на машину и. не :кязав больше пи<br />
слова, начала работать.<br />
Содном раскрыл кастрюльку. Аппетитный запах супа с лапшой напомнил<br />
ему, что он действительно здорово голоден. Он быстро опорожнил<br />
манерку, запил молоком. Дулма к этому времени начала второй<br />
круг. Он проследил за ее работой. Неплохо! Пожалуй, не уступит и мужчине.<br />
Вишь, как ровно ведет машину и коней не дергает. Все-таки очень<br />
она хорошая девушка. Дулма поравнятась с ним.<br />
— Давай. Хватит тебе, слышишь! — голос его дрогнул.<br />
Девушка послушно остановила лошадей, спрыгнула с сиденья.<br />
- Работай. — Она не взглянула на него, собрала посуду и ушла.<br />
Содном заметил, что, ведя в одной руке лошадей, она смотрит себе<br />
под ноги.<br />
Случилась в этот день с ним еше одна беда. В кочкарнике он paeiревожил<br />
шмелиное гнездо. Они основательно отомстили за свою тревогу.<br />
Особенно досталось босым ногам Соднома. . Он подъехал к реке,<br />
умыл ужаленные лицо и ноги, обулся. На столбике, о который сегодня<br />
задела его косилка, он обнаружил сложенную птичкой записку. Рукой<br />
Дул мы химическим карандашом было написано: «Содном. разве так<br />
трудно тебе выдергивать эти столбики, эти пережитки прошлого. Если<br />
бы каждый косарь выдернул по одному колышку, убрал по одному камню—участок<br />
давно был бы чист. Этот столбик я сама хотела вытощить—не<br />
хватило силенок. Надеюсь, ты уничтожишь на нашей дорос<br />
ненавистные остатки прошлого, не так ли?»<br />
Когда же она успела ее написать? Должно быть в то время, пока я<br />
оседал. Понятно. Хитрая она, но очень умная и очень чистая девушка.<br />
Чудесный товарищ. И Содном возненавидел не только эти столбики, камни<br />
и колья. Он понял тонкий намек любимой. Да, надо, надо вырывать<br />
эти пережитки не только на поле, но и в душе своей. Содном быстро<br />
раскачал столбик, вырвал его и бросил на середину реки.<br />
После обеда время летело совсем незаметно. Только запоздало выглянувшее<br />
из-за туч солнце напомнило о близости вечера. Солнце катилось<br />
к западному хребту Улхаты. Золотистые стрелы его гасли на<br />
скошенных травах.<br />
Содном прикидывал в уме, сколько копен сделают из его кошенины<br />
колхозники. Да, пожалуй, не менее тысячи станет их на этом участм<br />
И все сработал он, своими руками! Кажется, сегодня он скосил мною<br />
больше, чем вчера и в другие дни Что же, это -- корм для целого гурта<br />
на зимовку. И все чаще и чаще Содном останавливал коней, чтобы<br />
убрать с луга камни, вырвать колья, словно он расчищал дорогу буд\щему<br />
косарю, а может быть—самому себе.<br />
Вдруг за его спиной послышался стрекот самоходной сенокосилки.<br />
Содном оглянулся, Зоригто въезжал на его луг. Звеньевой направил<br />
свою мощную машину на узенькую полоску. Это был последний saron.
Ц. ЖИМБИЬВ<br />
Содном хотел крикнуть: «Без твоей помощи обойдусь!» Но Зоригто издали<br />
улыбался ему, и злые слова застряли у Соднома в горле.<br />
В конце загона косари встретились, закурили.<br />
— Содном, смотри...—И Зоригто протянул свои ноги и весело засмеялся.<br />
Они слезли с машины и обменялись сапогами.<br />
— Содном, это верно, что ты поругался с комсоргом, с Дулмой?<br />
— Тебе сорока на хвосте эти новости принесла?<br />
— Опять ты злишься, Содном. Не надо из-за пустяка терять дружбу.<br />
— Ладно, не учи. Что было, то прошло, что будет — увидим. —<br />
Раздражение Соднома гасло.<br />
— Дуришь, парень. Она же любит тебя, такая девушка любит. По<br />
совести скажу—завидую. Счастливчик ты.<br />
Темная мысль шевельнулась в голове Соднома, но он отогнал се.<br />
Смешно ревновать. Зоригто и Дулма — честные, открытые души.<br />
— Смотри, она сама идет к тебе, — радостно воскликнул Зоригто и<br />
сел на свою машину. — Пусть она измерит твои успехи. Желаю удачи.—<br />
Покачиваясь на кочках, ушла и потерялась вдали самоходка Зоригто.<br />
Дулма пришла с двуножником. Она пришла замерить работу Соднома.<br />
На ней была праздничная цветастая кофта. Она походила на нескошенный<br />
луг, полный золотых и голубых цветов. Девушка улыбалась.<br />
Она замерила его работу.<br />
— Содном, ты же сегодня выполнил три нормы! — Сияющая, светлая,<br />
как утренняя зорька, она стояла в цветастой кофте, залитая светом<br />
солнца, уходящего за горы.<br />
— А ты думала, что только они могут, да! — Он хотел проехать<br />
мимо нее. Но бесконечно милые глаза Дулмы остановили Соднома. Ее<br />
глаза говорили: «Неужели ты проедешь мимо, неужели оставишь одну<br />
на лугу?»<br />
Содном подвинулся на сиденьи.<br />
— Садись, поедем, Дулма!<br />
К закату небо снова прояснилось. Солнце заходило без туч. Полыхал<br />
алым пламенем весь горизонт и вершины далекого хребта Улхаты.<br />
Все предвещало, что новый день будет ясным.<br />
Перевел с бурят-мингольскогп Семен Метелица.
Сцена из спектакля «Первый год» в постановке Б>Р ят "Монгольского театра драмы<br />
ПЕРВЫЙ ГОД<br />
Пьеса в 3-х бейстеиях<br />
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА<br />
Цырен ШАГ Ж И Н<br />
ЗОРИГТО ЭРДЫНЕРВИЧ ЭРДЫНЕЕВ, председатель колхоза 30 лот<br />
САРАН ДОРЖИЕВНА, его жен.к 28—29 лет.<br />
МУНСА БУХАЕВ. ;.чмсститель председателя колхоза. 52 года.<br />
ПЭЛХЭНДЭЙ. колхозник, 40 лет.<br />
БАТА НАИДАНОВ. пмрторг колхоза. 65 лет.<br />
ЦОКТО, комсорг 2Ь лет.<br />
ДУГАР, счетово \, 35 лет.<br />
ТЭЭХЭР ДАРМА] ВИЧ. районный уполномоченный, 30 лет.<br />
НАНЗАТ ДАЛАЕВ, бригадир, 48 лет.<br />
ГАРМА ГАТАПОВ. старшин чабан, 38 лет.<br />
ГАЖАД. чабанк.1, 39 лет.<br />
ДОЛГОР. доярка, 23 лет.<br />
БАЛЖИ, птичниц!. 70 лет.<br />
Д Е Й С Т В И Е П Е Р В О Е<br />
Обстановка обычного деревенского дома. В доме — стол, два стула, скрэмн я<br />
односпальная кровать. В одном углу сложены два чемодана, л на верхнем из них<br />
два стакана, две чашки, ложки, вилки. На столе лежат несколько книг, медицин<br />
скип стетоскоп, ученическая чернильница-непроливайка.<br />
Раннее >тро. За столом — Зоригто, он что-то пишет. Саран полулежит на неприбранной<br />
кровати По всемх видно, что она не в духе.
92 ц. ШАГЖИН<br />
3 о р и г т о (делая пометки на бумаге \. Пшеницы в Урда-Тале 730<br />
гектаров, в Барун-Губэ — 825, в Саган-Шулутае—1560 гектаров. Куку-ру-зы...<br />
кукурузы в Шандын Эхине 121 гектар...<br />
Саран. До чего все это надоело!.. С утра только и слышишь: кукуруза,<br />
кукуруза. И вечером—та же песня. Газету возьмешь — и тут<br />
все та же кукуруза...<br />
3 о р и г т о. Саран, милая... прошу тебя, пойми!..<br />
Саран. Мет, пойми ты прежде сам. Сколько мне еще быть молодой?<br />
Каких-нибудь десять-пятнадцать лет... В эти годы только и жить.<br />
А что мы с тобой делаем? Пропадаем в деревне, кругом навоз...<br />
3 о р и г т о. Эх, Саран, Саран! Неужели ты так и не поймешь, в<br />
чем настоящее человеческое счастье?<br />
Саран. Понимаю не хуже тебя. Не забывай, что и у меня вузовский<br />
диплом.<br />
3 о р и. г т о. Не забываю. Как же забудешь об этом. Но кроме диплома,<br />
я думаю, еще кое-что надо иметь...<br />
Саран. Опять! Остается тебе заговорить о чести, о совести — и<br />
твой портрет закончен.<br />
Стук в дверь. Входит Мунса Бухаевич. Саран закутывается в одеяло, притворяется<br />
спящей.<br />
Мунса. С добрым утром. Зоригто Эрдынеевич! Не ко времени<br />
что ли зашел? Извините...<br />
Зоригто. Ничего. Присаживайтесь.<br />
М у и с а. А что... Саран Доржиевна больна?<br />
3 о р и г т о. Кажется...<br />
My не а. Да, трудновато вам будет к деревенской жизни привыкать.<br />
Все надо делать самому, не то что в городе: повернул краник — вода<br />
потечет, воткнул вилку в розетку—чайник запоет... Эх. Зоригто Эрдынеевич,<br />
какая же у вас хорошая квартира была в городе!.. (Саран тяжз-<br />
.ю вздыхает на кровати.) О чем вы, Саран Доржиевна, вздыхаете? Видать,<br />
нездоровится? Ну, да вы—врач, сами лекарство найдете...<br />
Сара и (приподнимаясь). А это вы, Мунса Бухаевич? Здравствуйте!<br />
М у н с а. Здравствуйте, здравствуйте. Как себя чувствуете?<br />
Сара н. Ничего. Немножечко, кажется, просквозило меня.<br />
М у н с а. Просквозило? Это может быть. У нас в деревне легко<br />
простыть—ветры.<br />
Зоригто. Мунса Бухаевич, я познакомился с вашим планом.<br />
Мунса. Ну, как? Неплохо составлен?<br />
Зоригто. У вас тут, в Урда-Тале. запланирован подъем целины<br />
на двухстах гектарах. Это — неверно, мне кажется.<br />
Мунса. Это что же, выходит, сентябрьски!! Пленум неверно<br />
решил?<br />
Зоригто. Я не говорю этого... Считаю неверным распашку<br />
самых лучших покосов. Можно ведь начинать с худших. И мы распашем<br />
малопродуктивные луга...<br />
Мунса. Не знаю. Советовать не могу. Я — фленький человек<br />
В аймаке все-таки спросят, цумаю, почему вы не подпили целину?<br />
Зоригто. Целипч — поднимем... В плане надо еще предусмотреть<br />
строительство коровника и овчарни.<br />
Мунса. И когда же вы думаете их построить?<br />
Зоригто. До начала зимовки.<br />
М у и с а (смеется). Смело загадываете... чересчур смело!
ПЕРВЫЙ ГОД 93<br />
Зориг! о. Tyi пичею смешною нет. Пади сейчас же создавать<br />
строительную бригаду. Готовиться к механизации ферм — заказывать<br />
автопоилки, подвесные дороги...<br />
My не а. Гляжу на вас: молоды вы еще, Зоригто Эрдынеевич. Ра:><br />
ве кто возражает против овчарников, коровника? Можно их понастроить<br />
много — на все поголовье. Но денежки, денежки-то где?<br />
3 о р и г т о. Деньги? Найдутся.<br />
My не а. Несерьезный разговор! Сначала людей накормите досыта<br />
хлебом, а потом...<br />
Зоригто (встает, подходит к Мунсе). Вот послушайте, Мунса<br />
Бухаевнч. У нас в колхозе сотни лошадей. Какую пользу они сейчас<br />
приносят хозяйству? Пятьдесят-шестьдесят лошадей — хватит для на<br />
ших нужд. Кстати, на столько же голов имеем и сбрую, и упряжь. А ос<br />
гальные? Только корм переводят да людей отвлекают на уход. Оставим<br />
семьдесят лучших коней, а остальных продадим. Выручки хватит и на<br />
то, чтобы покрыть расходы по строительству, и выдать аванс на трудо<br />
дни. На правлении надо решить.<br />
Мунса. Распродать столько лошадей? Как же то1да будем управляться<br />
с хозяйством? На нашей старой полуторке далеко не уедем.<br />
А что люди скажут? Ведь буряты издавна неразлучны с лошадьми. Недаром<br />
же в народе говорят: «Твой конь—твое сокровище». Нет, я ничего<br />
не могу посоветовать вам на этот счет. Вдруг аймак обвинит нас в растранжиривании<br />
этих лошадей? И что тогда?<br />
Зоригто. Аймак... Значит, вы воздерживаетесь от советов?<br />
Мунса. Делайте, как хотите, но если что случится после — я не<br />
ответчик. Вы -- председатель колхоза, а я что... я только заместитель.<br />
Зоригто. Вот как! Понятно мне теперь.(Пауза.) Ну, а на сеноуборку<br />
вышли люди?<br />
Мунса. Можно сказать: и да, и нет.<br />
Зоригто. Как изволите понимать?<br />
Мунса. Сорок девять человек вышло, а двадцать семь наотрез<br />
отказались.<br />
3 о р и г т о. Отказались?<br />
Мунса. Да, да, отказались.<br />
Зоригто. Почему?<br />
Мунса. Одни говорят—есть, нечего, другие—одежды, обуви нет,<br />
третьи—справки какие-то показывают. Есть и такие, которые пьянствуют.<br />
Зоригто. Пьянствуют в эту пору? Почему?<br />
Мунса. А вы бы их спросили — почему. Вы — председател ..<br />
вам знать.<br />
Зоригто. Бунса Бухаевнч! Я думал: вы — бывший председатель.<br />
• знаете людей, надеялся на вас. Потому и поручил вам руководить сеноуборкой<br />
пока не вылечится бригадир Дамбаев.<br />
Мунса. Да, и председателем был, и другую руководящую дол/;<br />
ность занимал. Но вас прошу не забывать: я сейчас не председатель, .:<br />
только заместитель. Вас не для тою поставили на мое место, чтобы я<br />
вам указывал. Наоборот, указывать теперь должны мне вы. Это вы мне<br />
должны растолковать, почему люди пьют в страду. Я годами не \mi ни<br />
нять, отчего это получается. Такие уж у нас люди, товарищ председатель.<br />
Попробуйте, поработайте с ними — на то и образование \ нас<br />
Зоригто. Понятно.<br />
М у н с а. Что понятно?<br />
Зоригто. То, что вы обижены и даже озлоблены. II я. кажется.<br />
догадываюсь о причине.
94 Ц. ШАГЖИИ<br />
М у н с а. Зоригто Эрдынеевич!.. Вы, пожалуйста, не передергивайте.<br />
Ничего такого у меня и в мыслях нет. Я прошу вас понять меня<br />
правильно. А если что не так сказал, так вы это близко к сердцу не<br />
принимайте. Я буду вам помогать. Обязан это делать. Да, я действительно<br />
обижен, Зоригто Эрдынеевич. Но не вами. Надеюсь, вы не<br />
пойдете жаловаться в аймак за мою откровенность? Надеюсь!..<br />
Зоригто (рассмеявшись). Вы, кажется, не любите, когда на зас<br />
жалуются.<br />
М у н с а. А кто это любит? Беда моя — откровенный я человек!<br />
Чувствую, наговорил тут много лишнего. Постарел, видать, болтлив<br />
стал. Эх, Зоригто Эрдынеевич!.. Попробую, похожу. Может, как-нибудь<br />
удастся еще кого-нибудь на сеноуборку послать. (Возвращаясь). Еще<br />
раз хочу вам сказать, Зоригто Эрдынеевич, буду вам помогать. И прежде<br />
всего, мне кажется, должен хорошо познакомить вас с колхозниками.<br />
Нанзат'Далаев да кузнец Бата Найданов и им подобные — это длинные<br />
языки. Остерегайтесь их. Очень плохие люди. Ну, пошел. Саран Доржиевна,<br />
быстрее выздоравливайте. До свиданья.<br />
Саран. Баяртай! (Мунса уходит. Саран встает с кровати.) Ну,<br />
слышал? Люди отказываются выходить на работу. Как вам это нравигся,<br />
товарищ председатель?<br />
Зоригто. Очень не нравится. А еще больше мне не нравится вот<br />
что. Ты видишь, отлично видишь, какую трудную, ответственную работу<br />
поручили мне. Хорошо знаешь и состояние колхоза. Ни хлеба, ни денег.<br />
Засуха да проклятый дзут. падеж скота, тысячные убытки — все это<br />
видишь и знаешь. Я, кажется, имею право на то, чтобы ты была мне<br />
другом. А ты?.. Вместо помощи — только насмехаешься, да строишь<br />
капризы. Ты же мне др\г!<br />
Сара н. Капризы, говоришь? Смотри сам — ни воды, ни даже<br />
дров, чтобы вскипятить чай. Что это за квартира? Я зачем институт кончала?<br />
Чтобы тебе воду таскать, дрова колоть? Вспомни, как мы жили в<br />
городе. А тут?.. Даже и поработать тебе негде—нет кабинета.<br />
3 о р и г т о. Контора ремонтируется...<br />
Саран. Чахотку тут заработаешь. Еще засудят тебя. Говорила я,<br />
не соглашайся. И сейчас не поздно. Как-нибудь освободись. Не забывай,<br />
я врач, справку достану. Надо торопиться — может нашу городскую<br />
квартиру не заняли. Вещи не привезли еще...<br />
Зоригто. Сколько раз я тебе говорил: не хочу, не желаю и никогда<br />
не соглашусь тебя слушать на такие темы!..<br />
Саран. Умник! Твои друзья, небось, остались в городе, а ты забегал<br />
с заявлением: — «Хочу стать председателем колхоза». И что ты<br />
получил? Что получил, скажи? Что принес семье? Ни в кино, ни в театр<br />
не сходишь. Ни бани, ни путного магазина...<br />
Зоригто. Хватит! Я не тоскую об уютных кабинетах. И обо мне.<br />
прошу тебя, не смей ни думать, ни говорить в этом плане. Я никогда не<br />
воспользуюсь твоей фальшивой справкой. Стыд, срам, что такие гнусные<br />
советы дает мне жена!<br />
Саран. Тебе стыдно!.. (Встает с кровати. Открывается дверь, заходит<br />
Пэлхэндэй. Саран снова ложится в кровать).<br />
Пэлхэндэ й. Доброго здоровья!<br />
Зоригто. Здравствуйте. Присаживайтесь.<br />
Пэлхэндэй. Ничего. Что-то у меня здесь, в боку, неладно. Покалывает.
ПЕРВЫЙ ГОД 95<br />
3 о р и г т о (пододвигая стул). Садитесь.<br />
Пэлхэндэй. Ничего... гм-гм-м. (Садится осторожно на пол).<br />
3 о р и г т о. Что с вами?<br />
П э л х э и д э й. Здоровье пошаливает. Уж такой я, хилый.<br />
3 о р и г т о. Почему не лечитесь тогда?<br />
Пэлхэндэй. Когда же лечиться-то, работа! Конца и края ей<br />
нет.<br />
3 о р и г т о (берет со сто.ш список). А кто же вы будете?<br />
Пэлхэндэй. Гомбоев Пэлхэндэй.<br />
Зоригто (пои:кав в списке). Гомбоев Пэлхэндэй? Значит, вам<br />
некогда полечиться? Вы за последние три месяца заработали всего семнадцать<br />
трудодней. Чем же вы занимались остальное время?<br />
П з л х э н д э й. Сложа руки я, конечно, не сидел. Есть у меня и<br />
свое личное хозяйство...<br />
Зоригто. Значит, работать у себя — здоров, а на колхозную работу<br />
— болен. Хитрая болезнь!<br />
Пэлхэндэ й. Товарищ председатель, вы ко мне не придирайтесь.<br />
У меня справка есть (вытащив из кармана платок, а из платка бумауску,<br />
протягивает Зоригто.) К тому же есть колхозный Устав, и он не запрещает<br />
работать в личном хозяйстве. Так ведь, товарищ председатель?<br />
Скажите—так?.. Молчите, Устав вроде не читали? А люди толкуют—<br />
председатель грамотный у нас. Что касаемо меня, то я так Устав понимаю:<br />
трудись в личном хозяйстве, создавай себе зажиточную жизнь...<br />
Зоригто. Интересно вы поняли Устав: развивать личное хозяйство<br />
в ущерб общественному. Рекомендую еще раз хорошенько прочесть<br />
его. А эта бумажка—не справка, а рецепт. Выдан десятого мая прошлого<br />
года... Вам были прописаны таблетки от головной боли. Возьмите.<br />
Пэлхэндэй. Не без огня дым, не без болезни — лекарство. Так<br />
ведь? Вы верно говорите, справка написана в прошлом году. Но тем<br />
хуже: с тех пор и болею... Оп-ой-ой! (Стонет, ухватившись за бок.)<br />
Зоригто. Но ведь у вас болела голова? Чего же за бок хватаетесь?<br />
П э л х э н д э й. Сперва голова болела, а теперь—бок. Видно, из<br />
головы в бок перескочило.<br />
Зоригто (смеется). Так, понятно.<br />
Пэлхэндэй. Что же понятно?<br />
3 о р иг т о. Что в прошлом году у вас голова болела, а теперь в<br />
бок перескочило.<br />
Пэлхэндэй. Верно, верно... то бишь... Отечго же вы смеетесь,<br />
товарищ председатель? В самом деле болит. Мм... мм... (хватается за<br />
бок.)<br />
Зоригто. Сейчас мы проверим вашу болезнь. Саран Доржиевна!<br />
Саран (приподнимаясь с кровати). В чем дело?<br />
Зоригто. Осмотри Пэлхэндэй Гомбоевича — установи диагно;.<br />
На! (Протягивает ей 'о стола стетоскоп. Пэлхэндэю.) Это моя жена —<br />
врач Саран Доржиевна.<br />
Пэлхэндэй (пораженный). Здравствуйте.<br />
Саран. Здравствуйте. Заболели?<br />
Пэлхэндэй (все удаляясь от Саран). Так... было дело... но ничего.<br />
Кажется, продуло в правый бок. Покалывает. Но вы не беспокоитесь.<br />
Вот-вот полегчает.<br />
Зоригто. Значит, уже полегчало? Очень хорошо. Сейчас же выходите<br />
на работу!<br />
Пэлхэндэй. Да уж придется. Но знайте, товарищ председатель,
Ц. ШАГЖИН<br />
работать не интересно в вашем колхозе. Ничего не получаешь.<br />
Зоригто. А вот сейчас заведем новый порядок, будем выдавать<br />
авансы на трудодни. Кто хорошо поработает—тому будет что получать.<br />
Пэлхэндэй. (мнется). Аванс? Оно бы хорошо. Но ведь врешь.<br />
обманешь ведь? Я, товарищ председатель, не лентяй, вы не подумайте.<br />
Я даже люблю работать. Только у меня нет обувки, босиком не пойдешь<br />
на работу. Смотрите! (Показывает рваную обувь.)<br />
Зоригто (достав аз-под кровати кирзовые сапоги). Вот. Обуй<br />
гесь—и на работу!<br />
Пэлхэндэй (сильно удивлен/. Нет. что вы, зачем это? Разве<br />
можно так?! Как-нибудь сам обойдусь. (Зоригто ставит сапоги на прежнее<br />
место. Пэлхэндэй жадно смотрит на сапоги, наклоняется вместе с<br />
Зоригто.) Ладно, товарищ председатель, ладно уж, так и быть — дайте<br />
мне эти ваши сапоги. А то как же мне в этой обуви работать? (Показывает<br />
на ноги. Зоригто снова достает сапоги, вручает их Пэлхэндэю. Toi<br />
обрадованно хватает сапоги.) До свиданья! (Уходит, но потом возвращается.)<br />
Так не обманешь, товарищ председатель? Будете выдавать<br />
деньги, продукты?<br />
Зоригто. Будем, обязательно будем. Сперва через три месяца, а<br />
потом и на ежемесячное авансирование перейдем.<br />
Пэлхэндэй. Что ж, увидим. До свиданья! (Саран.) И вы — до<br />
свиданья! (Уходит.)<br />
Зоригто (после ухода Пэлхэндэя). Видела, что творится?<br />
Саран. Да, видела, как ты лодырю свои сапоги подарил. А ог<br />
еше на смех тебя поднимет. И\ много, а ты один. Если всем будешь ра;даривать<br />
сапоги, то с чем сам останешься?<br />
Зоригто. Саран... Я чувствую, мне надо вот так с каждым находить<br />
общий язык. Эх. ничегошеньки ты не понимаешь. Вот увидишь,<br />
через несколько лет — каким станет наш колхоз! В центре улуса раскинется<br />
пышный зеленый сад. а квартиры колхозников будут похожи па<br />
городские. В них загорится электричество, заговорит радио. У всех будет<br />
достаток. Саран, друг ты мой! Бороться за это — разве не счастье?..<br />
Саран. Эх, Зоригто, сам еще толком не знаешь, что к чем,.<br />
Вспомни тех двух, которые были у нас. Один из них даже в твоих заместителях<br />
ходит... Поднимешь ли — колхоз с такими людьми?<br />
Зоригто. Не надо видеть в людях одно плохое. У каждого есть<br />
что-нибудь хорошее. Хорошее труднее обнаружить, чем плохое. Оно<br />
обычно прячется далеко, в самом сердце. Надо ключ найти к сердцу<br />
каждого — и непременно найдешь в человеке хорошее.<br />
С арап (смеется). Красиво говоришь, Зоригто. Ну скажи,<br />
где у зтего Пэлхэндэя это самое хорошее и как думаешь перевоспитать<br />
его!<br />
Зоригто. Это трудно, конечно, но нужно перевоспитать. Пэлхэндэй<br />
— лентяй, большой лентяй. Его болезнь будем лечить тем, от чего<br />
он отлынивает — трудом. И вы, медики, по-моему, поступаете так.<br />
Алкоголика, вы, кажется, иногда лечите водкой. Пэлхэндэя мы заинтересуем<br />
и втянем в работу. Увидишь, он еще познает радость труда —<br />
творческого, настоящего труда. Знаешь, почему я говорю с ним об авансировании?<br />
Люди здесь годами ничего не получали за свой труд. Ты<br />
смеешься над Пэлхэндэем. А ты бы сама пошла работать бесплатно?<br />
Чтобы работать—и годами ничего не получать?<br />
Саран (вздохнув). Я вижу, ты выпросил самый плохой колхоз не<br />
только в районе, но и в республике. Другие-то, поопытнее тебя, небось,<br />
выбрали хорошие колхозы — близко к городу, с машинами и с доста;-
ПЕРВЫЙ ГОД 97<br />
ком. А тут — одни убытки... (Вздыхает.) Что ни говори, но я никак не<br />
поверю, что этот твой колхоз станет на ноги.<br />
Зоригто (в сердцах). Да пойми же?!<br />
Саран. Ладно, хватит. Пока не зашел кто-нибудь, попьем хоть<br />
чаю. Мечты у тебя!.. Ты бы лучше решил сначала проблему, как нам<br />
кипятить чай. Десять дней живем здесь, а ты даже не распорядился,<br />
чтобы нам дров подвезли. Думай тут о каких-то дурацких дровах. Нет<br />
больше моего терпения. В конце концов на земле живешь раз. Ты не<br />
знаешь даже, что я вот уже несколько дней хожу голодная. Слышишь?..<br />
Ты боишься попросить в колхозной кладовой. Ведь боишься? А я не<br />
боюсь. Сегодня же пойду и выпишу от твоего имени, слышишь?.. (Стуке<br />
дверь.) Что за надоедливый народ! Ни минуты, ни часа покоя нет.<br />
(Опять ступ в дверь.)<br />
Зоригто. Войдите, войдите. (Входит Бата Найданов. Саран,<br />
даже не поздоровавшись, выбегает и сердито хлопает дверью.<br />
удивлением смотрит ей вслед. Пауза.)<br />
Бата L<br />
Бата. Здравствуйте.<br />
Зоригто. Здравствуйте, садитесь.<br />
Бата. Это — ваша жена?<br />
Зоригто (неловко). Да.<br />
Бата. Поговаривают, будто доктор она?<br />
Зоригто. Да, врач.<br />
Бата. Значит, v, колхозе будет свой доктор.<br />
3 о р и г г о (неуверенно). Разумеется...<br />
Бата<br />
везлись?<br />
(осматривая дом). Видать, вы еще окончательно не пере-<br />
Зоригто. Нет...<br />
Бата. Смотрю я на вас и хочу спросить, только не обижайтесь.<br />
Вот мы выбрали вас председателем. Но вы-то понимаете, что за колхоз<br />
у нас?<br />
3 с; р и г i о. Понимаю. Вот потому-то и согласился С1ать председателем.<br />
Бата. Правильно. До вас было туг много председателей. Оказались<br />
неудачниками. А ведь все они хотели и пытались поднять колхоз.<br />
Были и такие, которые, подобно вам, имели высшее образование. Знаете,<br />
в чем беда была у этих председателей? Они не умели работать с людьми,<br />
не знали местных условий.<br />
3 о р и г т о. Да, местные условия знать надо... Мне давно хотелось<br />
поговорить с вами по душам. Рад встрече. Вы—старый коммунист, много<br />
лет сами руководили колхозом. Ваши советы будут очень кстати.<br />
Бата. Да, в свое время был председателем колхоза. Это ведь —<br />
тридцатые годы. Тогда мало было грамотных люде!!. Колхозами рукозодили<br />
такие, как я.<br />
Зоригто. Скромничаете. Почти двадцать лет руководили соседним<br />
колхозом. Ведь он при вас стал передовым в республике?<br />
Бата. Не приписывайте, пожалуйста, это мне. Поработали колхозники<br />
и сделали свою артель передовой.<br />
Зоригто. Вы, кажется, основатель и нашего колхоза?<br />
Бата. Да, первые два года здесь действительно председательст<br />
вовал я. Годы, к счастью, оказались дождливыми, урожайными. Колхоз и<br />
пошел в гору. Как раз меня в это время направили в соседнюю артель.<br />
7. «Свет над Байкалом», № 3
98 [[. ШАГЖНН<br />
С тех пор здесь ежегодно менялись председатели. В прошлом году направили<br />
Мунсу. Довел on колхоз до ручки.<br />
Зоригто. А вы в прошлом году ушли из Шпберты?<br />
Б а т а. Да. Постарел — трудновато стало. Вам, молодым, дорогу<br />
уступил. Заявление подал. И вот сейчас — в родном улусе. Работал<br />
кузнецом, работаю им и сейчас, в меру сил, как говорят, по-стариковски.<br />
А я ведь вас знаю. С вашим отцом Б свое время у богача Хэшэггэ<br />
сено косили. Прямой, честный был человек, отец ваш. Слышал — уже<br />
его нет в живых...<br />
Зоря г го. Да, в позапрошлом году похоронили.<br />
Б а т а. Так и слышал... (Пауза. На дворе шум, возня. Вскоре<br />
входит пьяный Нанзат и заместитель председателя Мунса Бухаев.)<br />
My и с а. Входи, говорю, входи!.. Перед председателем будешь<br />
ответ держать.<br />
Г! а и з а т. Ну и буду держать ответ... Думаешь, тебя испугался?!<br />
М у н с а. Зоригто Эрдынеевич, смотрите, любуйтесь—вот один из се<br />
нокосчиков!..<br />
И а и з а т. Да, смотрите, любуйтесь — это я и есть.<br />
Мунса. Вот кто срывает нал: сенокосную кампанию. Его судить,<br />
судить надо!<br />
На и за 1. Иди-ка подальше от меня... Не меня, а тебя надо под<br />
суд. Будто ты не пьешь. Не тебя ли это пьяного подобрали доярки на<br />
скотном дворе?<br />
Мунса. Видели?! Как он клевеще! на меня!... Это я не оставлю<br />
так. Вы слышали? Свидетелями будете. Срывает сенокос, а еще меня<br />
оскорбляет, пьяная собака!<br />
Н а н з а т. Это я — собака? Если я собака, то ты кто? Я не пропиваю,<br />
как ты, .колхозное добро. На свои пью!..<br />
Б а т а. Что с тобой, Нанзат? В такое время—а ты пьешь? Не д) -<br />
мал, что ты так можешь?!.<br />
Нанзат. Бата-ахай, пойми меня. Нутро выворачивает, обидно!<br />
В жизни не пил никогда, не выдержал! До чего довели колхоз? Работа;]<br />
не работай — все на одном счету. Таким, как Пэлхэндэй, в нашем колхозе<br />
хорошо. Слышишь? Тому хорошо, кто увиливает от колхозной работы,<br />
кто раздувает личное хозяйство! Подсчитайте, сколько у Пэлхэндзя<br />
овец, коров! А какой у него дом! А у меня? Ничего! Эго потому, что я<br />
все время на колхозной работе. Это правильно? Скажите, правильно? А<br />
ты, Мунса, пока был председателем, что полезного сделал? .Ничего!<br />
Знал только, как переводить колхозное добро... Пьянствовал да покрикивал<br />
на людей! На что ты способен? Что я за свой честный труд получил<br />
при тебе? Вот что получил! (показывает кукиш.) Раньше быт председателем,<br />
а сейчас заместитель - - видите ли, тоже начальник, тож
ПЕРВЫЙ ГОД 04<br />
собрании против руководства людей восстанавливает. Он подрывает основу<br />
колхозного руководства. Тут с политической точки зрения подходить<br />
надо, Зоригто Эрдынеевич. Он и против вас выступает. Кто первым<br />
саботирует сенокосную кампанию? Кто напился в стельку? Его мало<br />
гнать из колхоза, надо под суд его. Прокурора поставить в известность.<br />
Он — враг колхоза!<br />
Н а н з а т. Что!? Я — враг колхоза? Я всю жизнь проработал в<br />
колхозе! Я тебе голову размозжу! (Порывается ударить Мунсу табуреткой.<br />
Входит Саран.)<br />
Саран (кричит). Перестаньте!.. (Роняет хлеб, масл< , мясо.)<br />
Зоригто (ударив кулаком по столу). Хватит! (Нанзат склонил<br />
голову. Пауза.)<br />
Зоригто. Вы, Мунса Бухаевич, сейчас же ведите людей на сенокос.<br />
Всем, отказавшимся выйти на работу, — скажи, пусть зайдут ко<br />
мне. Поговорю сам. И вы, Нанзат, протрезвитесь, заходите ко мне.<br />
М у н с а. Зоригто Эрдынеевич, пьяниц, саботажников щадите? Сегодня<br />
он кулаком грозит — завтра за ружье возьмется. Я — председатель...<br />
заместитель председателя, с этим не примирюсь. Если вы так оставите<br />
это — я не выйду на работу!<br />
Зоригто. Не время спорить, надо сено убрать в срок. Каждый<br />
час дорог. Кто из вас прав, кто виноват — разберем. Сейчас работать<br />
надо.<br />
М у н с а. А-а-а, значит, вы еще не разобрались, кто из нас прав,<br />
кто виноват? Ну, ну узнаете — время придет. Еще поговорим, посмот<br />
рим... (Выходя, увидел на полу масло, мясо, хлеб.) Уй! колхозные продукты<br />
и — на полу? У нас эти продукты едят, у нас ими не сорят. Во!<br />
что вы за люди! Все видели, кажется? Запомним! (Уходит.)<br />
Бата (встав с места). Эх, как некрасиво! (Вздыхает.) Зоригто<br />
Эрдынеевич, я пойду в кузницу, до свиданья.<br />
Зоригто. Бата Найданович, в райкоме недавно шел разговор о<br />
секретаре нашей парторганизации. Коммунисты хотят выбрать вас.<br />
Бата. Постарел я, да и здоровье по балует. Сколько мог работал,<br />
долг свой выполнял...<br />
Зоригто. Правильно. Это я знаю. Но, Бата Найданович, нужно<br />
ведь колхоз поднять, на ноги его поставить. А я молод, опыта у лепя<br />
нет. Кое-чего еще не знаю. Вы мне очень помогли бы.<br />
Бата. Подумать придется. (Уходит.)<br />
Саран (раздраженная ходит по комнате). Крики, ругань, хамство!<br />
(Поднимает продукты с полу). Слышал, что говорит твой заместитель?<br />
Еще корит! Колхозное мясо, колхозное масло!.. Выходит, и кило<br />
масла не смеем купить... на свои деньги купить! В какое проклятое<br />
место ты завез меня?<br />
Зоригто. Что случилось? Зачем ты так много масла принесла?<br />
В кладовой его четыре—пять килограммов всего. Для колхозников на<br />
сенокос. Ты, значит, забрала? Сейчас же отнеси!<br />
Саран (разрыдавшись). Значит, я не должна есть? Мале тою, чш<br />
завез в эту дыру, голодом морить хочешь? А?<br />
Зоригто. Не кричи, слышишь! (Бьет кулаком по столу. Сараи ..и<br />
молчала. Пауза.) Неси, говорю, обратно! Сейчас же!.. Не сделает,<br />
сам отнесу. (Уходит.)<br />
Саран (вслед). Еще покричи! (Пауза. Стук в дверь. Нспнч;<br />
быстро вытирает слезы, пудрит лицо.) Войдите! (Bxodia Цо\ > )<br />
7*
Ц. ШАГЖИН<br />
Цокто. Здравствуйте, Саран Доржиевна, вам письмо, газеты.<br />
Зоригто Эрдынеевич где?<br />
Саран (быстро взяв пи:ьмо). Не знаю, куда-то ушел.<br />
Цокто. Как жаль. Очень нужно было. До свиданья. (Уходит.)<br />
Саран (раскрывает конверт, взволнованно хватается за грудь,<br />
оглядывается и читает). «Дорогая! Милый, бесценный друг мой Саран!<br />
Шлю тебе горячий привет из Улан-Удэ. Чудесным стал наш город в эти<br />
летние дни. Все пышно расцвело. Каждый вечер играют ехор... Одним<br />
словом — наш Улан-Удэ цветет, шуми г. Я слышал, что ты уехала в мой<br />
родной улус. Полагаю, что на селе тебя разбирает грусть да тоска. Очень<br />
жалею тебя, моя дорогая Саран. Но что поделаешь, если твоя доля такова.<br />
Несмотря на это, я не перестаю думать о тебе — ни днем, ни<br />
ночью. Часто я вижу тебя во сне. Будь я вместе с тобой — жили бы<br />
счастливо. Милая Саран, какие бы трудности ни встречала, какое бы<br />
горе ни переживала, не забывай, что на земле есть человек, который<br />
любит тебя от всего сердца! Как Ромео Джульетту, как Тристан Изольду,<br />
как Эпхэ Ариюн-Гохон, как Баир Булаган — так я люблю тебя!<br />
Не забывай те милые вечера на береп Селенги. С ожиданием радосг<br />
ных встреч Тзэхэр...» Еще приписка: «Мой дядя заместитель председателя<br />
колхоза, зовут его Мунса Бухаевич. Передайте ему привет. В последнем<br />
номере эстрадного сборника прочти мои первые стихи «Верная<br />
любовь». Говорят, что я растущий молодой поэт. Могу зарабатывать на<br />
этом деньги. (Саран, прижимая письмо к сердцу.) Ах, Тээхэр!.. Душка!<br />
А Зоригто поднимал его на смех: «Легкомысленный, говорил, беспутый<br />
человек. Конечно, он немного легкомысленный!.. (Пауза. Вздыхает. Читает<br />
письмо.) «Не забывай, помни, что на $емле есть человек, который<br />
любит тебя от всего сердца... (Паузи.) Улан-Удэ, Улан-Удэ... В саду<br />
танцы... Ехор... в театрах — опера, драма... (Вдруг вздрагивав!, слоено<br />
от неожиданной мысли. С минуту стоит, раздумывая. Потом с решительным<br />
видом nuutei записку и, положив медицинскую трубку в чемодан,<br />
спешит с чемоданом к двери, навстречу ей идет Цокто.)<br />
Цокто. Зоригто Эрдынеевич еще -не вернулся? (Вдруг заметив<br />
у нее чемодан.) Это куда вы собрались, Саран Доржиевна?<br />
Саран. Выхожу на доро1у. А это передайте Зоригто. (Вручает<br />
ему записку.) До свиданья!<br />
Цокто (удивленно). Так быстро соскучились по городу? Что ж,<br />
всего хорошего! (Саран идет к выходу. Навстречу Нанзат.)<br />
Н а н з а т. Здравствуйте.<br />
Сара н. До свиданья! (Уходит. Нанзат удивленным взглядом провожает<br />
ее.)<br />
Нанзат (Цокто). Здравствуй.<br />
Цокто (шутя). До свиданья! (Как и Саран, спешит к двери.)<br />
А про тебя, Нанзат, что-то страшное говорят: будто напился ты в стельку.<br />
Кажется, напрасно говорили? Голова что-то у тебя вся мокрая...<br />
Н а н з а т. Выкупался в Шибертупке.<br />
Цокто. А. тогда понятно. С чего же гы в такое время запил?<br />
Нанзат. Будто не знаешь, с чего. Трудишься, трудишься в этом<br />
колхозе, — а толку мало. Муторно стало па душе и...<br />
Цокто. Это говоришь ты, Нанзат? И ты разуверился? В колхоз<br />
свой не веришь? Да он теперь совсем другим станет. Ты знаешь, какой<br />
к нам человек приехал?<br />
Н а н з а т. Что это еще за человек такой?<br />
Цокто. Новый председатель, Зоригто Эрдынеевич.
ПЕРВЫЙ ГОД 101<br />
Н а н з а т. Что из этого?<br />
Ц о к т о. Как — что? Да ты ничего, Нанзат, не понимаешь! Теперь-то,<br />
наконец, хороший председатель у нас. Вот увидишь - - колхоз<br />
наш теперь в гору пойдет, в гору!<br />
Нанзат. Не дошел до реки и уже снимаешь унгы.<br />
Ц о к т о. Да ты послушай. Это человек, я вижу, настоящий! Ках<br />
приехал к нам, можно сказать, ночей не спит. Вечерами до поздна — у<br />
них огонь, зайди на рассвете—застанешь уже на ногах. Когда спит? Не<br />
пойму. А как знакомится с колхозниками? С каждым: кто, откуда, возраст,<br />
здоровье, сколько детей, как живет, даже какой характер. Все колхозные<br />
угодья — пашни, огороды, сенокосы, пастбища — обходил, осмотрел.<br />
Говорит: «Надо было кукурузу не в Шанде сеять, а в Урдл-<br />
Тале». Вес замечает, соображает, прикидывает. Узнал, что озимую рожь<br />
посеяли на засоленных местах. Как он возмутился! Почему, говорит,<br />
здесь сеете озимь? Кто, мол так поступает? Говорит, орес здесь на зеленку<br />
надо было сеять.<br />
Нанзат. Это правда? Да ведь я об этом постоянно твердил.<br />
Помнишь, еще на прошлом собрании?..<br />
Ц о к т о. Побывал на всех гуртах, на всех отарах. Поговорил с<br />
животноводами. На иных гуртах ты ведь сам знаешь, как животноводы<br />
наши живут. Он и говорит: «Плохо живете, надо чтобы все доярки, чабаны<br />
у нас жили хорошо». Тем, которые на дальних гуртах, пообещал<br />
купить радиоприемники.<br />
Нанзат (вздохнул). Мне еще отец, помнится, говорил: «Хороших<br />
людей надо по их делам узнавать».<br />
Цокто. Дальше слушай. Вчера он познакомит со своим планом<br />
Нет, это сильный человек. С потолка не хватает. Все учел: и состояние<br />
колхоза, и почвы наши, и ручейки даже, все обошел. Я — молодой человек,<br />
он и со м"ной делится. Так растрога.ч он меня... Нанзат, представляешь,<br />
каким будет наш колхоз через четыре—пять лет? Богатым,<br />
красивым станет! Я верю в Зоригто Эрдынеевича. Мы должны помочь<br />
ему. Правильно говорю?<br />
Нанзат. Поживем, увидим... (Шумно входят Гарма и Гажад.)<br />
Г а ж а д. Видела, видела такого начальника, как ть:! Поди прочь!<br />
Г а р м а. Вот непонятливая! Ведь сказано: два человека под моим<br />
началом. Я за них отвечаю. У меня пусть отпрашиваются, если хотят<br />
отлучаться с работы...<br />
Г а ж а д. Смотри-ка, большой начальник! Гарма Гатапов — начальник<br />
над двумя женщинами? (Нанзат и Цокто смеются.)<br />
Цокто. О чем спор?<br />
Гажад. Гармашка наш большим, большим начальником стал. Не<br />
отпускает меня в город. Такие дела у нас председатель всегда решает.<br />
Гарма. А вот председатель и дал мне такое указание. Не разрешу<br />
— никто никуда не поедет. Скажу, посоветую председателю •—<br />
отпустит он вас.<br />
Гажад. Ты? Советчик? (Смеется.) Слышали? Как будто нуждаются<br />
в твоем совете. Как ты глуп. Гарма! (Смеется.) Гляди ка уже нос<br />
задрал: большой начальник над двумя женщинами!<br />
Гарма. Чего смеешься-то? Он сам мне сказал: гы $а них епт*чаешь,<br />
ты над ними командир...<br />
Гажад. Командир... (Смеется.) Смотрите на этою «командира».<br />
Цокто. Гажад-абгай, вы не правы. Гарма-ro ведь и в самим дол»<br />
ваш бригадир.
102 ц. ШАГЖИН<br />
Г а ж а д. Бригадир??<br />
Г а р м а. Вот они какие, смеются, не слушаются.(Входит Зоригто.)<br />
Зоригто. Здравствуйте! Ну как, Гарма Гатапович, дела?<br />
Г а р м а. Вот, Гажад...<br />
Г а ж а д. В нынешнюю осень старшего отправляю учиться в город.<br />
Надо его одеть, обуть. Хотела барана заколоть да в город съездить дня<br />
на три. Пришла просить у вас разрешения... Можно?<br />
Зоригто. Спросите своего бригадира Гарму Гатаповича.<br />
Гарма (обрадованно). Слышала?<br />
Гажад (удивленно). Не понимаю... С чего это мне у Гармы<br />
спрашиваться?<br />
Зоригто. Не у Гармы, а у Гармы Гатаповича.<br />
Гажад (ошеломленная). Мы раньше спрашивались только у<br />
председателя колхоза...<br />
Зоригто. А отныне — у бригадира. И это еще не все. Теперь и<br />
продукты, и деньги, и все другое — будем отпускать только по совету<br />
бригадира.<br />
Г а ж а д. И даже у такого бригадира, у которого в подчинении<br />
всего двое?<br />
Зоригто. Все равно.<br />
Гажад (удивленно). Гарма...<br />
Г а р м а. Не Гарма, а Гарма Гатапович!..<br />
Г а ж а д. Ну, хватит уж. Гарма... Отпусти в город.<br />
Гарма. Пошли. (Уходят. Нанзат тоже идет к выходу.)<br />
Ц о к т о. Куда спешите?<br />
Нанзат. На сенокос. (Входит Мунса Бухаевич.)<br />
Мунса (Нанзату). А, это ты? Оскорбил меня перед председателем,<br />
думаешь, это тебе пройдет? Думаешь, сухим выйти из воды,<br />
пьяная морда!<br />
Нанзат. Я не оскорблял, а говорил правду.<br />
Ц о к т о. Мунса Бухаевич, за что обругали человека?<br />
Мунса (Цокто). Молчи, сопляк! Не тебе меня учить!<br />
Зоригто. Хватит ругаться, товарищи! (Молчание, пауза.)<br />
Цокто. Саран Доржиевна эту записку просила передать. (Протягивает<br />
записку).<br />
Зоригто. Что? (Прочитав письмо, вначале сник. Потом вз?.л<br />
себя в руки.) Мунса Бухаевич, людей на работу отправили?<br />
Мунса. Вы еще спрашиваете? Я вам, кажется, на бурятском<br />
языке сказал: если этого Нанзата не выгоните из колхоза, я не выйд\<br />
на работу.<br />
Зоригто (Нинзату). Проспались? (Нанзат молча смотрит вниз,<br />
гладит голову.) Это что же получается: напиться в такое время и еше<br />
шум устраивать? Придется обсудить вас на правлении.<br />
М у н с а. Исключить его из колхоза, отдать под суд, доложил<br />
прокурору следует.<br />
Зоригто. Значит. Мунса Бухаевич, отказываетесь выходить и<br />
работу?<br />
Мунса. Да!<br />
Зоригто. В таком случае, Нанзат, сейчас же соберите всех и вы<br />
ходите на работу. Раз Мунса Бухаевич отказывается работать моим за<br />
местителем, берите и его временно в свое подчинение. Хорошо будем<br />
работать, Нанзат, — смягчится ваша вина. Может статься, что и бршм<br />
диром назначил! вас. Плохо будете работать — пеняйте на себя.
ПЕРВЫЙ ГОД 103<br />
Нанзат (испуганно). Что вы, что вы, Зоригто Эрдынеевич! Такую<br />
ответственную работу... Я не смогу, не сумею.<br />
Зоригто. Сумеете, сумеете. По мелочам не обращайтесь ко<br />
мне — сами решайте. Поняли?<br />
Нанзат (по-солдатски). Ясно! Можно идти?<br />
Зоригто. Идите. (Нанзат уходит.) Вы, Мунса Бухаевич, берите<br />
двух лошадей, запрягайте сенокосилку, что возле кузницы, и выезжайте<br />
на сенокос.<br />
Мук с а. Что. что? Ослышался... Повторите!<br />
Зоригто. Садитесь на сенокосилку и выезжайте на сенокос!<br />
Мунса. Может еще скажете, берите веничек и подметите мою<br />
квартиру?<br />
3 о р н г т о. Я не шучу с вами. Я не умею шутить.<br />
Мунса. Значит, я не ослышался? Так, так... Мало того, что место<br />
мое занял, хочешь еще и поиздеваться? Хочешь посадить на сенокосилку?<br />
Но дудки, милейший! Не бывать этому, чтобы пьяницу назначали<br />
бригадиром, а заместителя председателя — на сенокосилку. Всю жизнь<br />
я па руководящей работе, а он — садитесь на сенокосилку! Посмотрим,<br />
поговорим еще с тобой в райкоме партии! (Уходит.)<br />
Цокто (горячо). Вы правильно поступили, Зоригто Эрдынеевич.<br />
Этот человек всю жизнь только и делал, что ругал, шумел. Многих людей<br />
погубил. Он на все способен. Опасный и гадкий он!..<br />
3 о р и г т о. Ты сейчас же отправляйся к шефам, что копают силосную<br />
траншею. Поговори с их бригадиром, как дела идут, что им<br />
надо, может с продуктами плохо. Только запомни: поговори с толком. Я<br />
сейчас соберу строительную бригаду, а вечером вместе — на сенокос.<br />
Цокто. Хорошо. (Уходит.)<br />
Зоригто (читает записку Саран). «Твое счастье в колхозе, з<br />
мое — в городе. Саран». (Садится и со стоном роняет голову на руки.)<br />
Занавес.<br />
ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ<br />
Колхозная контора Кабинет председателя Дверь из него ведет в бухгалтерию.<br />
Мунса и Дугар вдвоем.<br />
Мунса. Удивляюсь, с чего это наши расшумелись: хороший-хороший<br />
у пас председатель! Что он сделал такого?<br />
Дугар. Да, по-моему — ничего! Народ ведь любит пошуметь...<br />
Мунса. Вот и хлебоуборка подоспела, а мы все возимся с сенокосом.<br />
Вот увидишь до белых мух будем косить.<br />
Дугар. Луга уже убраны. Он заставляет выкашивать граны па<br />
лесных поляках, на болотах, даже камыш на озерах.<br />
Мунса. Разве мало земли? Будут жадничать — десяп, .нч иг<br />
кончат сенокос.<br />
Дугар. Занялись еще этим... силосом. Режут крапину, pauiuii<br />
сорняк, кукурузные стебли.<br />
Мунса.Пустая затея! Я всю жизнь на руководящей рапою II i<br />
разу не видел, чтобы польза была от этого силоса. Быка.то, нажимаю:<br />
сверху—собираем всякую дрянь — сорняк, бурьян, режем нес ли п чо<br />
роним, гноим в земле. Вот на этой самой бесплодной раГкпс мумкн
104 Ц. ШАГЖИН<br />
массу людей. Зачем, спрашивается? Чтобы выслужиться, чтобы отчитаться<br />
перед аймаком!<br />
Дугар. Они еще яму цементируют, красоту наводят.<br />
М у н с а. Не все ли равно, где гноить этот самый силос: в простой<br />
яме или в каменной? Мудрит, новый-то!..<br />
Д у г а р. Наше дело — сторона. Как говорится, наша юрта в другой<br />
степи, так ведь, Мунса-ахай.<br />
My не а. А мне все э:о — вот где сидит!.. (Показывает на горло.)<br />
Я ему не кто-нибудь. Я с ним еще разделаюсь. Он имеет дело с Мунсой,<br />
с сыном Бухая. Радуется поди, что заставил меня семь дней сено косить.<br />
Этого идиота, этого неграмотного мужика Нанзата Далаева ?н<br />
поставил надо мной... Начальником поставил!..<br />
Д у г а р. Это уж он через край хватил!<br />
М у н с а. Больно уж ты грозен, председатель. Но мы еще с тобой<br />
померяемся! (Входит Пэлхэндэй.)<br />
Пэлхэндэ й. Доброго здоровья, Мунса Бухаевич! (Отвешивает<br />
поклон.) И вам, Дугар Доржпевич. Мунса Бухаевич, я к вам по важному<br />
делу — за защитой. Все знают, что я слаб здоровьем. Когда вы<br />
были председателем, учитывали, не посылали на работу. А этот, новый,<br />
покоя не дает. Целое лето на сенокосе был — здоровье подорвал. Кроме<br />
того, у меня ведь кое-какая домашняя живность — три коровы, с десяток<br />
овец, пять чушек, сорок семь несушек — где им на зиму кормсв<br />
достану? Когда я это сделаю? Ну, я последние три дня не выхолил ча<br />
сенокос. А что я делал? Я косил себе. Что тут особенного? А вот поди ж<br />
ты: вызвали меня парторг Бата Найданов с новым председателем и<br />
дали разгон!..<br />
Дугар. Да, дела твои неважные. За эти два месяца ты шесть<br />
раз оштрафован. С тебя списано более двадцати трудодней.<br />
Пэлхзндэй. Плевать мне на ваши трудодни! Есть трудодни, не т<br />
их — все равно ничего не получишь на них. Не помню, чтобы в этом<br />
колхозе распределяли что-нибудь. Правда, сулил новый председатель:<br />
будем давать аванс на трудодни. Ты мне скажи, Дугар, а чем этот<br />
новый расплачиваться будет? Где доходы?<br />
Дугар (уклончиво). Обещанное три года ждут.<br />
Пэлхэндэй. Так я и знал.<br />
Мунса. Дугар, ты слышал? Вот на что пошел этот Зоригто! Товарищи,<br />
что же это происходит? Наобещал три короба: деньги вам буду<br />
распределять. Жулик он, вот кто! Без ведома начальства сотню самых<br />
лучших коней распродал. Где эти деньги?<br />
Дугар. Могу сказать. На них закупили с пивзавода две тонны<br />
отрубей, на них же купили у соседей пятьдесят поросят. Перед сенокосом<br />
выдали аванс некоторым нуждающимся колхозникам, купили автомашину,<br />
автопоилки для скота и подвесную дорогу для фермы. Сейчас<br />
собираемся купить пилораму за десять с лишним тысяч — уже есть<br />
распоряжение выписать чек.<br />
Пэлхэндэй. До чего дожили — стали скот почть... за деньги!-<br />
Мунса. Умничаем! Лентяям потакаем! До речки рукой подать, а<br />
видишь ты, выдумали: воду на ферму! А самим-то жрать нечего, хлеб;:<br />
не видят!<br />
Дугар. Верно, Мунса Бухаевич. И я говорил: не к чему корож<br />
эти автопоилки и железные дороги. Но его не отговоришь — упрямын,<br />
как козел. (Входит Нанзат.)<br />
Н а н з а т. Здравствуйте!..
ПЕРВЫЙ ГОД 105<br />
My не а (нехотя). Здравствуй. (Зло.) Ну, Нанзат, помнить, когда<br />
напился, как свинья, и ни за что ругал меня—сам плакался: «Ни<br />
одежды, ни обуви... Всю жизнь тружусь в колхозе, а хожу босой-нагой,<br />
мало попадает мне в рот». Ну, а сейчас, при новом председателе, богатым<br />
ходишь? Сыт, обут, одет? Обещал он—будем авансировать. Ты<br />
член правления, бригадир. А знаешь ты, где эти доходы, где деньги?<br />
Много денег получишь на трудодни? Куда только денешь все деньги?<br />
Нанзат. А вы же заместитель председателя. Разве не знаете, где<br />
эти деньги? Если не знаете, — спросите у Дугара.<br />
My не а. Я не у Дугара, а у тебя спрашиваю. Он не плакался, как<br />
гы. Ведь тот, кто без обуви, без штанов, первым должен дожидаться<br />
денег. Не так ли?<br />
П э л х э н д э и. Продали сто лошадей—выручили сто двадцать тысяч.<br />
А этих денег — как не бывало! Какую-то машину купили скот<br />
поить и корм возить свиньям. Образованный наш председатель — о<br />
свиньях заботится больше, чем и людях.<br />
Н а ч з а т. Что ж. люди-го ведь разные бывают. О свиньях иногда<br />
полезнее позаботиться, чем об иных людях— они хуже чем свиньи...<br />
(Пауза.) Дугар Доржиевич, поручили мне от вас чек получить на двенадцать<br />
тысяч рублен для покупки пилорамы в сельхозснабе.<br />
Дугар. Минуточку...<br />
М у н с а. Дугар Доржиевич, подождите, никому никакого чека кг<br />
давайте. Видишь ты: «Мы—ученые, мы •— образованные люди!..» А<br />
того они не понимают, что партия учит нас повышать материальную заинтересованность<br />
колхозников. Нет. не выйдет тратить деньги на не<br />
нужные нам машины! Я как член правления, как заместитель председателя<br />
колхоза должен стоять на защите интересов колхозников. Я никому<br />
не позволю обманывать наших тружеников! Всю жизнь я стоял и<br />
буду стоять за интересы колхозников. Интересы их — превыше всего.<br />
Н а и з а т. Но ведь эти же деньги идут на благо колхоза! Ни председатель,<br />
ни я, ни кто другой не берет их в карман. Покупать машины<br />
надо. И завтрашним днем надо жить. А вы, кажется, отказываетесь<br />
выполнять указания председателя колхоза?<br />
Дуга р. Я—маленький человек. Здесь главнее меня Мунса Бухаевич<br />
— с него и спрашивайте.<br />
М у н с а. Я все сказал.<br />
Н а н з а т. Так и доложить Зоригто Эрдынеевичу? (Выходит.)<br />
Мунса. Видел? Каков все-таки этот Зоригто: не успел приехать, а<br />
уже окружил себя подхалимами. Бату Найданова протащил в парторги,<br />
Нанзата Далаева—в бригадиры. Подбирается уже ко мне, хочет посадить<br />
и на мое место своего человека. Но меня не так-то легко свалить.<br />
Пэлхэндэй. Конечно, конечно! Наш Мунса Бухаевич стреляный<br />
волк. Не так-то легко его свалить.<br />
Дуга р. Что верно, то верно. Вы—настоящий мужчина, закален<br />
ный руководитель.<br />
Мунса. Ну, хватит, товарищи. Что-то уж вы чересчур хвалите.<br />
Шапку соболью надеваете.<br />
Пэлхэндэй. Мунса Бухаевич, это заслуженная шапка! Вы ^а<br />
колхозников — горой. Потому я к вам и пришел—защитите меня, т.идюшка<br />
Мунса. Скажите им, чтобы меня, больного, не гнали на работу.<br />
(Входит Гарма.)<br />
Г а р м а. Здравствуйте!(Все здороваются.) Где Зоригто Эрдынеевич?
108 Ц. ШАГЖИН<br />
Д у г а р. Почему это вы все «Зоригто Эрдынеевич, да Зоригто Эрдынеевич»?!<br />
Здесь же его заместитель есть Мунса Бухаевич.<br />
Г а р м а. Хотел поговорить с Зоригто Эрдынеевичем. Что ж, можно<br />
и с Мунсой Бухаевичем.<br />
Мунса (передразнивая). «Можно и с Мунсой Бухаевичем»... Какой<br />
ты бойкий стал! Что хотел сказать?<br />
Г а р м а. Я насчет того дела, помните, еще говорил ва.м...<br />
Мунса. Какого такого дела? Перестань мямлить.<br />
Г а р м а. Вчера же вам говорил...<br />
Мунса. О чем ты говорил вчера? В колхозе сотни таких как ты.<br />
Разве упомнишь, что говорит каждый?!<br />
Г а р м а. Новый овчарник почти кончили—нужен тес для крыши.<br />
Потом Зоригто Эрдынеевич обещал купить пятнадцать баранов хорошей<br />
породы.<br />
Пэлхэндэй. Откуда же деньги на покупку этих баранов?<br />
Мунса. Я не знаю ничего. Денег нет на баранов. У нас же были<br />
бараны? Куда они подевались?<br />
Г а р м а. Наши бараны беспородные.<br />
М у н с а. Почему же не улучшаешь породность? Тебя же старшим<br />
чабаном назначили?<br />
Г а р м а. Как же мне без производителей улучшить породу?..<br />
М у н с а. Какое мое дело, хоть сам делайся бараном. Так и передай<br />
твоему Зоригто Эрдынеевнчу. (Входит Гажад.)<br />
Г а ж а д. Здравствуйте! (Все, кроме Мунсы, отвечают на ее приветствие.)<br />
Мунса Бухаевич. здравствуйте!<br />
Мунса. Нет у меня времени каждый день с тобой здороваться. По<br />
какому делу пришла?<br />
Гажад. К вам-то у меня дела кет — не беспокойтесь. Гарма Гатапович,<br />
напишите бумажку председателю — пусть немного денег да-<br />
ДУТ.<br />
Г а р м а. Это можно.<br />
Пэлхэндэй (передразнивая Гарму). Ха! «Это можно»... БЬльшим<br />
начальником стал? В присутствии заместителя председателя и бухгалтера<br />
деньгами распоряжается этот бабий начальничек?<br />
Г а ж: а д. Это Зоригто Эрдынеевич установил такой порядок: все<br />
через бригадира.<br />
Мунса. Хитрит он. Боится ответственность на себя орать, на пот<br />
чиненных перекладывает. (Входит Зоригто. Все приветствуют его с //•'•<br />
рочито преувеличенным уважением.)<br />
Зоригто. Здравствуйте! Дугар, подготовил отчет?<br />
Дуг ар. Готовлю, работаю. (Скрывается в бухгалтерию.)<br />
Зоригто. Пэлхэндэй, почему не на работе?<br />
Пэлхэндэй. Гм, гм... Да хогел я выйти—здоровье подкачало...<br />
Потом у Мунса Бухаевича отпрашивался...<br />
Мунса. Что?! Когда ты у меня отпрашивался?<br />
Зоригто. Везде нехватка людей. Мы приглашаем людей даж<<br />
из городов, а свои прогуливают.<br />
Мунса. Да, да. (Пэлхэндэю.) Разве не говорил гебе: выходи сел<br />
час же на работу? Чего торчишь здесь?<br />
Зоригто. Он же говорит, что от вас разрешение получил?<br />
Мунса. Опять на меня хотите свалить? Почему-то все плохое, -<br />
замечаю, сваливаете на меня.
ПЕРВЫЙ ГОД 107<br />
Зоригто. Нет, не валю ничего на вас. Но поражаюсь вашему<br />
удивительному равнодушию ко всему. До холодов надо закончить ремонт<br />
помещений для скота, всю солому собрать с полей, заложить еще<br />
тонн двести силоса, убрать около ста гектаров полеглого хлеба и почт<br />
все—вручную. Разве мало дел, за которые надо браться, засучив рукава!<br />
Непочатый край работы! Неужели вам дела нет до того, что у нас<br />
происходит каждую зиму: громадные потерн от падежа скота, вместо<br />
доходов от животноводства—сплошные убытки.<br />
My н с а. Все это верно. Но почему вы за все это ругаете меня?<br />
Г а р м а. Вы в прошлом году были председателем?<br />
М у и с а. Да, был. Что из этого? Я нарочно что ли вызывал падеж<br />
скота? Или скажешь, я распродавал скот?<br />
Г а р м а. Не вертись! Видишь ты, он не распродавал! А кто во<br />
время сенокоса только тем и занимался, что глушил водку? Ты, Мунса<br />
Бухаевич! Кто провалил заготовку кормов и подавал аймачным властям<br />
дутые сводки? Кто обманывал нас, колхозников, этими данными? Ты.<br />
Мунса Бухаевич!..<br />
Пэлхэндэй. Э-э-э, бабий начальничек разговорился!.. Что касается<br />
меня, то я никогда не видел Мунса Бухаевича пьяным.<br />
Г а р м а. Вместе с ним пьянствовал -- потому и не видел!<br />
Г а ж а д. Что, Пэлхэндэй, забыл? Вы оба, пьяные, за бараном приезжали<br />
к нам, на ферму!<br />
Пэлхэндэ й. Не ври! Не ври!<br />
Зоригто. Ну, товарищи, хватит. Говорите, кто за чем пришел.<br />
Гарма. Тес нужен — крыть овчарник.<br />
Зоригто. Тес вчера привезли. Сложен возле большого сарая. Можете<br />
возить оттуда.<br />
Гарма. А насчет тонкорунных баранов как?<br />
Зоригто. Уже решено. Через полмесяца бараны будут куплены.<br />
Г а р м а. Ну, Гажад, пошли.<br />
Г а ж а д. Зоригто Эрдынеевич, мне пятьдесят рублей нужны, можно<br />
получить?<br />
Зоригто. Спросите у Гармы Гатаповича.<br />
Гарма. Я — не возражаю. Она хорошо работает.<br />
Зоригто. Дугар Доржиевич, выдайте ей денег.<br />
Гарма. Гажад, сегодня надо закрыть силосную яму. Я с тесом<br />
поеду отсюда.(Выходит.)<br />
Гажад. Постараемся, Гарма Гатапович. (Уходит в бухгалтерию.;<br />
Пэлхэндэй (про :ебя). Чудно! С каких пор Гарму, сына Гатапа,<br />
стали величать? Растет мужик, ничего не скажешь. (С улицы вбегает<br />
с плачем Долгор. Все смотря: на нее.)<br />
Долг о р. Зоригто Эрдынеевич!...<br />
Зоригто. Что случилось?<br />
Долгор. Ах, не говорите!.. Горе!.. Башха!..<br />
3 о р и i то. Башха? Что с ним?<br />
Долгор. Кончился... (Плачет. Все удивлены.)<br />
Пэлхэндэй. Вот тебе на! Какая жалость: двадцать п..-.!ког,ы\<br />
моих ни за что пропали...<br />
Мунса. О чем ты тут бормочешь?<br />
Пэлхэндэй. Чистый убыток: старый Башха Холхон/нк^ попросил<br />
у меня взаймы двадцать рублей. Вот и пропали мои донс-жкп!<br />
Долгор (сердито) С чего это вы Холхондоева Башху оплакиваете—не<br />
он, а мой Башха умер!
108 Ц. ШАГЖИ1Г<br />
Пэлхэндэй. Это как понимать?.. У нас ведь нет другого Башхи,<br />
кроме Холхондоева!<br />
Дол гор (передразнивая Пэлхэндэя). «Нет другого Башхи...» От<br />
Маладая Башха — о нем говорю. (Входит Цокто.)<br />
Ц о к т о. Здравствуйте, Зоршто Эрдынеевич (увидев плачущую<br />
Долгор.) Долгор, прости... Я— виноват, я—виноват.<br />
3 о р и г т о. Ничего не пойму!<br />
Пэлхэндэй. С ума начинает сходить! Какого-то Маладаева<br />
Башху трясут...<br />
Долгор. Башха — теленок от моей коровы!<br />
Пэлхэндэ й. Теленок!.. А я испугался, подумал, что помер JVIOH<br />
должник, старый Холхондоев Башха. (Смеется.)<br />
3 о р и г т о. Ничего смешного здесь нет! Долгор, это тот теленок,<br />
который был на отъеме?<br />
Долгор. Да, тот.<br />
3 о р и г т о. Чем кормила?<br />
Долгор. Зерном.<br />
3 о р и г т о. После этого—поила?<br />
Д о л г о р. Поила... Не подумала...<br />
Зоригто (сердито). Цокто, куда ты смотрел?<br />
My не а (з.го). А-а-а, так это из тех телят, которых решили по новому<br />
методу морить? Новаторствуем, значит, телят губим! Не послушались<br />
меня!..<br />
Пэлхэндэй. Конечно, конечно! Полумать только: теленочка отбивают<br />
от матери!.. Эх, ты, зоотехник! А еще комсомольский начальник!<br />
М у н с а. Зоригто Эрдынеевич, ко1да этот юрлопан Гарма винил<br />
меня в падеже скота, вы тогда смолчали. Новая метла чисто хотела<br />
мести!.. А сейчас при вас начался падеж телят... Это ведь вы дали указание<br />
отнять телят от матерей. Придется вам отвечать.<br />
3 о р и г т о. Отвечу. Не беспокойтесь.<br />
М у к с а. Не беспокоиться? Не могу спокойно смотреть, когда колхозное<br />
добро пропадает.<br />
Цокто. Теленок пал не оттого, что отбили ею от матери, а оттого,<br />
что поили после зерна.<br />
Зоригто (сердито). А ты где был? Что смотрел?<br />
Цокто. Зоригто Эрдынеевич, я только приехал с овцефермы.<br />
Зоригто. Ладно. Вот что, Долгор. Прежде всего не хныкать,<br />
допущена ошибка. Ее больше, пожалуйста, не повторяй. Как у тебя остальные<br />
телята?<br />
Долгор. Ничего.<br />
М у н с а. Пока и они не подохли, ставь их на подсос. Загубили теленка!..<br />
Я бы гебя под суд отдал!<br />
Долгор. Вы меня не пугайте. Виновата — отвечу. Виноват здесь<br />
не новый метод. Виновата я, и вы не сбивайте меня...<br />
Зоригто. Правильно, Долгор. Ты сама говорила, что при новом<br />
методе коровы дают молока гораздо больше, чем при подсосном.<br />
Долгор. А то как же! Почти в два раза.<br />
My н с а. Выходит, опять я не прав?<br />
Долгор. Я не видела, чтоб ты хоть раз был прав.<br />
My не а. Вот отдам тебя под суд—тогда увидишь.<br />
Зоригто. Надо посмотреть: от воды или от чего другого теле<br />
нок погиб...(Цокто.) За теленка ответишь ты. (Зоригто и Долгор выходят.)
ПЕРВЫЙ ГОД НУ<br />
М у н с а. Видели, что это за человек? Сам добивался, чтобы телят<br />
отнять от коров, а случился падеж — вину свалил на Цокто.<br />
Пэлхэндэй. Наш Цокто — не дурак. Он за себя и постоя;!,<br />
сумеет.<br />
My не а. Цокто, ты не горюй. Нужно будет — найдутся люди, которые<br />
не дадут тебя в обиду. Но только ты твердо стой на своем — ;ie<br />
виноват и все. Ты—комсорг. Соберите комсомольское собрание и разоблачите<br />
этого Зоригто. Понял?<br />
Пэлхэндэ и. Правильно... Разоблачите этого Зоригто!..<br />
Цокто. Нет, нет, Мунса Бухаевич, вы меня принимаете за кого-то<br />
другого. Я не бессовестный человек. Я не могу возводить напраслину на<br />
того, кто душой болеет за колхозное дело. Зоригто Эрдынеевич правильно<br />
меня винит. Как зоотехник, я обязан был Долгор показать, как нужно<br />
ухаживать за молодняком. А вы, Мунса Бухаевич, можете не беспокоиться.<br />
В вашей помощи не нуждаюсь! (Уходит.)<br />
Пэлхэндэй. Смотрите-ка на этого мальчишку! Совсем к старшим<br />
уважение потерял.<br />
Мунса (сердито). Замолчи же, наконец!<br />
Пэлхэндэй. Хорошо, хорошо не буду... (Выходит из бухгалтерии<br />
Гажад. Когда она проходит мимо Мунсы, он отворачивается от нее.)<br />
Га ж ад (ЗЛО). Мунса Бухаевич. а я знаю, отчего ты такой злой.<br />
Видишь, мне дали аванс. Ты не хотел этого, а я все-таки получила деньги.<br />
Вот они! Чего отвернулся?<br />
Пэлхэндэй. Пусть Мунса Бухаевич не смотрит, зато я смотрю.<br />
Эх, какие славные червонцы! Пойдем с тобой в лавку—обмоем их<br />
Пошли! (Берет под руку Гажад).<br />
Г а ж а д. Катись-ка ты от меня подальше. Сам зарабатывай и обмывай,<br />
сколько в тебя влезет.<br />
Пэлхэндэй. Гажад, подожди... (Выбегает вслед. Мунса остается<br />
один. С улицы доносится сигнал «Победы». Мунса смотоит в окно.)<br />
Мунса. Опять каксй-то начальник?.. (Вдруг.) Уй... Так это же. .<br />
Из бухгалтерии вышел Дугар и подбежал к окну.<br />
Д у г а р. Тээхэр!.. И это он на «Победе» прикатил? Смотри - - па<br />
«Победе» стал разъезжать!<br />
Мунса (дразнит). На «Победе», на «Победе»!.. Чему удивляешься?<br />
Наши теперь не то, что на «Победе», а и на аэроплане летаю!.<br />
Так что пусть не забываются некоторые: Мунсу Бухаевича есть кому<br />
защитить! (Входит Тээхэр.)<br />
Тээхэр. Здравствуйте, дядюшка Мунса! Здравствуй, Дугар<br />
(Здоровается с Мунсой. Дугар здоровается подчеркнуто подобострастно).<br />
М у н с а. Как это вдруг ты нагрянул? Откуда и куда едешь?<br />
Тээхэр. Да из аймака, к вам.<br />
Дугар. Значит, уже не в городе, а у нас, в аймаке, стал рано<br />
тать?<br />
Тээхэр. Вроде этого.<br />
Мунса. И в какое кресло там сел? Не главным ли стал?<br />
Тээхэр. Не самым главным, но и не самым последним.<br />
Мунса. Неплохо, неплохо, родной мой. Рад за тебя. Так и пнем.<br />
высоко носи отцово имя! Эх, нет отца твоего. Как бы пи мо.ппГюил им<br />
тобой. Только смотри, родню свою не забывай!<br />
Дугар. И сверстников тоже не забывай. Я ноль u-w н>/кг IOHOжусь<br />
родственником.
ПО Ц. ШАГЖИН<br />
Тээхэр. Да? Но что-то не доходит до меня: откуда и каким родственником<br />
я довожусь тебе?<br />
Д у г а р. Я с тобой... извините, с вами... состою в кровном родстге.<br />
Ваша бабушка по матери и мой дедушка по отцу доводятся двоюродными<br />
сестрой и братом.<br />
М у н с а. Ты, Дугар, иди, поработай. Я с товарищем из аймака<br />
поговорю кое о чем.<br />
Дуга р. Мунса-ахай...<br />
My не а. Я тебе о чем толкую! (Дугар, нехотя, идет в бухгалтерию.)<br />
Ну так вот, Тээхэр, мы так и живем. Слышал? Новый председатель<br />
к нам приехал.<br />
Тээхэр. Знаю. Мы с ним знакомы давно, товарищи так сказать.<br />
М у н с а (испуганно). Товарищи?<br />
Тэзхэр. Ну, вроде этого. Когда-то вместе учились, вместе и работать<br />
пробовали...<br />
My не а. Кстати, что я слышал; будто и жену его хорошо знаешь?<br />
Тээхэр. Что? Что?<br />
My и с а. Чего испугался? Что растет на дереве, даже на самом высоком,<br />
— все это валшея в конце концов на землю. Так говорят в народе.<br />
Ты мне скажи, что это с тобой происходит? Неужели в городе,<br />
в аймачном центре, ты не найдешь хорошей девушки. Зачем ты связался<br />
с ч\жой жекой? Авторитет свой подрываешь!<br />
Тээхэр. Давайте прекратим разговор па эту тему.<br />
М у нс а. Что, больное место задел?<br />
Тээхэр. А вы сами в молодости не любили?<br />
М у к с а. Что?! Любовь?! Человек будто важный, солидный, а мелешь<br />
чепуху. Любви не бывает.<br />
Тээхэр. Ах. Мунса-уелэ 1 . Ну, ладно, не будем об этом говорить,<br />
А откуда вам известны все эти подробности?<br />
М у н с а. Перед тел!, как ей уехать, пришло одно письмо. Ты знаешь<br />
о ком говорю, не делай удивленною лица. Обратный его адрес был<br />
твой, Тээхэра Ялтунова. Видишь, насколько ты не осторожен! Ну, как<br />
у тебя с ней сейчас?<br />
Тээхэр. Сказать правду — ничею не получается. Она работает<br />
на прежнем месте.<br />
Му*нса. Эх, Тээхэр, Тээхэр! Да ты, оказывается, не мужчина. Куда<br />
тебе до молодой девушки, когда не сумел вскружить голову даже чужой<br />
жене!<br />
Т э э х з р. Ну, знаете ли!.. Прошу вас. хватит об этом.<br />
My не а (не обращая внимания). Значит, его жена так и живет<br />
одна? (С участием.) Одна... Бедная, бедная женщина!.. Ну ладно, забудем<br />
о ней, хотя все это может нам пригодиться. Давай поговорим о деле.<br />
Ты должен мне помочь. Тебе это ничего не стоит — ты там при начальстве.<br />
Если прямо сказать, нужно признаться: дела мои — дрянь. И<br />
все зло — от Зорин о.<br />
Тээхэр. Не знаю. Вряд ли от него может исходить зло. Он, помню,<br />
человек не злопамятный, знаю, честный это человек!<br />
Мунса (с трудом откашлявшись). Прошлую зиму, помнит;,,<br />
я привозил вам в город мясо и масло. Немало привез! Так все это были<br />
колхозное. Боюсь: может об этом стало известно новому-то?<br />
Тээхэр. Этою нечего бояться.<br />
Мунса. Ты, должно быть, забыл: это мясо ты продал, на базаре<br />
1 Муаса-уелэ—обращение, означающее родственную связь, вроде «дядя Мунса/
ПЕРВЫЙ ГОД Ml<br />
продал — по двадцать восемь рублей за кило, а масло —по тридцать<br />
пить рублей. А вдруг ненароком и об этом узнают? Я не за себя, а :м<br />
тебя боюсь...<br />
Тээхэр (смущенно). Откуда об этом узнают.<br />
My не а. Нанзат Далаев недавно обругал меня. Назвал расхитителем<br />
колхозной собственности. Это при новом-то, слышишь? Тот так и<br />
прошил меня взглядом, таким страшным.— меня даже в озноб бросило.<br />
Неужели к;о разнюхал?.. Как бы Зоригто не начал копаться во всем<br />
это-M. Я не о себе, а о тебе беспокоюсь: ведь гогда не кататься тебе па<br />
«Победе» вовеки веков.<br />
Тээхэр. Вы что-то уж сильно стращаете...<br />
My не а. Не стращаю, а напоминаю, чтобы умнее был, чтобы не<br />
забывал, кто о тебе печется. Помнишь, полтысячи целковых у меня гы<br />
выпросил будто бы взаймы? Может эти деньги вернешь сию же минуту?<br />
(Пауза.)<br />
Тзз х э р. Об этом... давайте.... потом. Как-нибудь потом... Я понял,<br />
дядюшка, негодный человек этот Зоригто. Надо, видимо, выпроводить<br />
его из колхоза.<br />
My не а. Вот это верно, вот это правильно ты понял меня. Молодец!<br />
Давай обдумаем, посоветуемся. Сейчас расскажу, что я надумал... (Осматривается<br />
кругом). Пойдем, вот здесь и поговорим. (Открывает дверь<br />
в бухгалтерию.) Дугар, §ы тут работай, а мы у тебя поговорим. (Дугар<br />
входит, Мунса и Тээхэр уходят).<br />
Дугар. Сюда иди, туда иди... Что за секреты у них? Ну погодите<br />
же!... Не признаешь меня, значит... (Входит Зоригто.)<br />
3 о р и п о. Нанзат не заходил?<br />
Д у г а р. Нет, не заходил.<br />
Зоригто. Чек ему выписали?<br />
Дугар (смущенно). Да... То есть нет...<br />
Зоригто. Прошу загадки не загадывать. В чем дело?<br />
Дугар (шепотом). Зоригто Эрдынеевич, меня преследуют.<br />
Зоригто. Что?! Кто же это преследует вас?<br />
Д у г а р. То есть, не меня, а... вас.<br />
Зоригто. Это как понимать? Опять загадка?<br />
Дугар (шепотом указывая на дверь). Это все Мунса!.. Он всем<br />
говорит: колхоз, мол, Зоригто разваливает... Нарушаете, мол, артельный<br />
Устав, вместо распределения денег — разбазаривает их на всякие<br />
железки...<br />
Зоригто (с отвращением). Хватит' Не люблю сплетников. Без<br />
вас понимаю, что это за птица Мунса. (Из бухгалтерии выходят Мунса<br />
с Тээхэром.)<br />
М у н с а. Уй, Зоригто Эрдынеевич уже тут... Знакомьтесь, товарищ<br />
из аймака приехал, о делах наших я ему рассказывал. Ну, пойду.<br />
Я побуду в строительной бригаде. (Уходит.)<br />
Дугар (вслед). Мунса Бухаевич, Мунса Бухаевич... (Дуга!) yxoihir<br />
в бухгалтерию. Зоригто и Тээхэр остаются одни. Длится пауза.)<br />
Зоригто. Ну?..<br />
Тээхэр. Что — «ну»?! Где же здравствуйте?<br />
Зоригто. Что ж, здравствуй. Каким аймачным начальникам<br />
заделался? Большим или малым?<br />
Гээхэр. Смотри, каким тоном стал разговаривать! Hoc ia;ip.-jji?<br />
Зоригто. А каким тоном прикажешь говорить с тобой?<br />
Тээхэр. Сейчас узнаешь.
11*2 Ц. ШАГЖИН<br />
3 о р и г т о. Что ж, слушаю.<br />
Т э э х э р. С чего это ты так зазнался, удивляюсь. Видать, люди<br />
верно говорят: обюрократился ты.<br />
Зоригто. Я тебе отказываю в праве говорить от имени люден.<br />
От имени одною — можешь.<br />
Т э э х э р. Кою это «одного»?<br />
Зоригто. А от Мунсы... Зачем приехал? Выкладывай быстрее.<br />
Тээхэр (подчеркнуто важно садится за председательский стол:.<br />
Садись! (Зоригто садится.) Ну, товарищ Эрдынеев, как идут дела ко.ь<br />
хозные?<br />
Зоригто. Плохо.<br />
Тээхэр. Почему?<br />
Зоригто. Да поймешь ли ты, если и расскажу?<br />
Тээхэр.<br />
рать приехал.<br />
Товарищ Эрдынеев, с вами... с тобой не в прятки иг-<br />
3 о'р и г т о. А \ меня нет времени с тобой играть.<br />
Тээхэр. Ты знаешь, что я уполномоченный из аймака?<br />
Зоригто. Таких уполномоченных здесь перевидел мною.<br />
Тээхэр. Но почему у тебя такой тон?<br />
Зоригто. Потому, что я хорошо знаю тебя.<br />
Тээхэр. А что именно знаешь обо мне?<br />
Зоригто. А то, что ты был и остался 1шюдясм.<br />
Тээхэр.<br />
покажу!<br />
Как? (Не в силах совладать - собой.) Собака! Я тебе<br />
Зоригто (холодно рассмеявшись). Покажи!..<br />
Тээхэр. Ну, погоди. Придет время — перед судом посмеешься!<br />
Зоригто. Это за что же меня судить собираешься?<br />
Тээхэр. Притворяешься!.. Заставил правление разбазарить лошадей,—раз!<br />
Вызвал падеж телят—два! Колхозную кладовую превратил<br />
в свою и соришь дома маслом, а колхозникам не выдаешь, — три!<br />
Деньги, предназначенные на трудодни, пустил на ветер! Запретил подъем<br />
двухсот гектаров целины, саботируешь выполнение сентябрьскою<br />
Пленума ЦК! Кроме тою, морально разложился, выгнал жену. Это же<br />
подтвердит твоя жена. Полагаю, перечисленного достаточно, чтобы понять,<br />
насколько ты здесь обмарался! Пред-се-датель!..<br />
Зоригто. Так вот каким уполномоченным ты поиехал!..<br />
Тээхэр. Каким?<br />
Зоригто.<br />
отсюда!<br />
Уполномоченным по сбору сплетен и гадостей. Воч<br />
Тээхэр. Что?<br />
Зоригто. Вон! (Вскакивает угрожающе-вздыбленный. Тээхэр<br />
в испуге выбегает.) Жену выгнал!.. Твоя жена подтвердит!.. Что за<br />
низость 0<br />
Саран, Саран... Неужели ты такая?.. Нет, не может быть! За<br />
что меня решили преследовать? За что? Что им я сделал плохого? Кякая<br />
гадость!.. А может, они правы? Ведь я столько наделал ошибок!<br />
Деньги наобещал колхозникам, а выдать не сумел — нечего. Эх, где<br />
бы раздобыть денег? Неужели правду говорила Саран — в председатели!<br />
я не гожусь? Саран, Саран... Быть бы тебе сейчас рядом со мной!.. (Все<br />
ниже склоняет голову. В этом положении застает его Бата.)<br />
Бата (мягко). Что случилось, Зоригто Эрдынеевич? (Зоригто молчит.<br />
Бата подходит к нему') Что же произошло?<br />
Зоригто (беря себя в руки, глухо). Ничего особенного.<br />
Бата. Уже и повесит нос? (Зоригто молчит.) Не люблю, когда<br />
носы вешают, особенно в твоем возрасте.
ПЕРВЫЙ ГОД<br />
3 о р и г т о (вскакивая). А-а-а, и вы начинаете ту же песню?<br />
Б а т а. Вот это правильно. Пусть у тебя ярости будет побольше.<br />
Тебе нельзя быть безвольным. Мужчине подобает держаться стойко,<br />
действовать решительно, смело, до ярости и, если нужно, — дерзко.<br />
Зо р и г т о. Бата Найданович, если бы вы знати, что во мп •<br />
происходит...<br />
Бата. Знаю, все знаю. И скажу: нам с тобой нечего бояться. За<br />
нас партия, за нас народ. Чего же нам бояться?<br />
Зори по. Нет, это не то слово. Боюсь? Ничего я не боюсь. Баи 1<br />
Найданович. Но я поражен...<br />
Бата. Чем?<br />
3 о р и г т о. Приехал уполномоченный из аймака. Он разговаривал<br />
с Мунсой. Потом обвинил меня в куче всяких гадостей... Нарушил, говорит,<br />
Устав, разбазарил деньги колхозников...<br />
Бата. Это тоже я знаю: говорит, накупил всякой всячины на эти<br />
деньги. Но ведь мы знаем, что приобретено необходимое для колхозя.<br />
3 о р и г т о. Так то, так. Меня мучает, изводит мысль: как мы выполним<br />
обещанное — выдадим денежный аванс колхозникам. Это трудно,<br />
дьявольски трудно: на счету ни копейки, ни рубля.<br />
Бата. Над этим я тоже давно голову ломаю. Трудное положение.<br />
Кстати, не плохо у нас идет откорм свиней. Те поросята, что купили<br />
тогда, уже большими стали.<br />
3 о р и г т о. Да, выросли.<br />
Бата. А что, если забьем их и продадим?<br />
3 о р и г т о. Я подумал об этом, но не рановато ли, до конца бы<br />
срока кормить...<br />
Бата. Если не найдем другого выхода — придется снимать с<br />
откорма, как ни жалко.<br />
Зоригто. Чорт его знает, что из этого получится. Выкроим ли?<br />
Налоги не уплачены, всяких иных долгов — ужас сколько!<br />
Бата. Да...<br />
Зоригто. Тут еще мешаются эти Тээхэр да Мунса.<br />
Бата. Чей же это Тээхэр? Не Ялтунова ли Дармы сын? Он,<br />
кажется, в городе?<br />
Зоригто. Сейчас он в аймаке. Уполномоченным у нас. У Мунсы<br />
сплетни собирает.<br />
Бата. Легкомысленный парень. Везде учился — кое-чего нахватался.<br />
Нет такого места, где бы он не работал. Как такие люди попадают<br />
на ответственную работу — убей, не пойму!<br />
Зоригтс. Умеют. Перед начальством бегают на задних лапках,<br />
плетут, как паутину, всякие связи.<br />
Бата. Он ведь в родстве с нашим Мунсой.<br />
Зоригто. Ах, вот оно что... Тогда понятно, почему он так па<br />
меня. А за что? В чем я повинен перед ними?<br />
Бата. Зависть, друг мой. Это же душа тупицы. Тупица и живег,<br />
и дышит завистью.<br />
Зоригто. Чему же тут завидовать? Мы не ахти как идем и<br />
гору.<br />
Бата. Думаешь, они этим интересуются? Нет, друг мой. Завистника<br />
интересует не то, что и как делает человек, а то, где и как сидш<br />
человек. Зависть — это язва в душах людей. И хоть носителей этой нзчы<br />
8. «Свет над Байкалом», № 3
114 Ц. ШАГЖИН<br />
становится все меньше и меньше, но пакостят они нам все же много,<br />
очень много!<br />
3 о р и г т о. Да, еще меня обвинили в моральном падении, будто<br />
я жену свою прогнал.<br />
Б а т а. Как? Ты что, дал развод жене?<br />
3 о р и г т о. Нет. Сама она ушла от меня.<br />
Б а т а. Я кое-что слышал. Думаю, не стоит сильно беспокоиться.<br />
Что касается Тээхэра и Мунсы, нужно будет — в райком доложим, но<br />
пока попробуем сами разобраться во всем. Пока понаблюдаем за ними.<br />
На неправде далеко они не ускачут. Ясно для нас, коммунистов, одно:<br />
за прошедшие месяцы многое сделано. Хорошие дела делаем. Корма<br />
не плохо заготавливаем. На днях закончим строительство помещений<br />
для скота. Хлеба уродились хорошие. Год будет неплохим. Только хорошо<br />
надо подумать о деньгах, изыскать доходы. Выход должен найтись.<br />
Я сейчас — к шефам. За пилорамой поехали?<br />
3 о р и г т о. Нанзат собирался. Должен был поехать.<br />
Б а т а. Ну, я пошел. Встретимся вечером, рассмотрим новый план.<br />
(Уходит. В окно заглядывает Нанзат.)<br />
Зоригто (вытащив письмо из кармана). Саран... Эх, Сарак,<br />
Саран... Зачем ты написала такое письмо, страшное письмо!..<br />
Нанзат. Зоригто Эрдынеевич!<br />
Зоригто. Ты все еще здесь?<br />
Нанзат. Не выписывают...<br />
Зоригто. Чек не дали? Кто?<br />
На н з а т. Мунса Бухаевич с Дугаром.<br />
Зоригто (сердито). Дугар! Дугар Доржиевич!<br />
Дуг ар (просунув голову в дверь). Вы меня, Зоригто Эрдынеевич?<br />
Зоригто. Почему не выписал чек?<br />
Дугар. Гм... Гм... Мунса Бухаевич запретил.<br />
Зоригто. Причем здесь он? Немедленно выписывайте!<br />
Дугар. Ладно. (Уходит в бухгалтерию. Входит хмельной Мунса. i<br />
Зоригто (встает навстречу, медленно надвигается на него). Вы<br />
что, Мунса Бухаевич, мешать мне?..<br />
Мунса. Молодой человек, немножко тише! Кто кому мешает—<br />
еще неизвестно... (Дугар с чеком выходит из бухгалтерии. Увидя Мунсу<br />
растерялся.)<br />
М у н с а. Это что у тебя?<br />
Дуга р. Чек...<br />
М у н с а. А я тебе что приказывал?<br />
Дугар. Но... Зоригто Эрдынеевич...<br />
Нанзат. Подай сюда! (Дугар шагнул в сторону Нанзата).<br />
Мунса. Подай сюда! (Дугар не знает, что делать).<br />
Зоригто. Сейчас же отдай чек Нанзату!.. (Дугар отдает чек).<br />
Н а н з а т. Ну, я поехал, Зоригто Эрдынеевич... (с ехидство:.:, i<br />
Счастливо оставаться, Мунса Бухаевич!<br />
Мунса. Не смейся, не смейся! С тобой еще пеговорим. Так, т: 1<br />
Зоригго Эрдыгеевич, швыряем на сторону трудовые денежки колхознь:<br />
Зоригто (с усилием сдерживаясь). Как будто не зьаете, что п.<br />
эти деньги пилорама будет куплена для колхоза?<br />
Мунса. Пилорама... Пилорама... Слава богу, без нее обходили-<br />
Жили люди. Без хлеба сидим, а за пилорамой гонимся. Сентябрьск,]<br />
Пленум что указал? Неужели не знаете?<br />
Зоригго. Вы сами почитайте, да как следует. (Уходит.)
ПЕРВЫЙ ГОД<br />
Д у г а р. Мунса Бухаевич, вы правы. Это очень скверный человек...<br />
My не а. Пошел вон! Двуличная тварь! (Дугар скрывается :ш<br />
дверью в другую комнату.) Подожди, подожди!...Ну и поговорю же с<br />
тобой!<br />
(Входит Тээх^р).<br />
М у н с а. Ты кстати пришел. Бери бумагу и карандаш. Сейчас напишем.<br />
Очень хорошо, что он с женой разошелся!..<br />
Т э э х э р. Я ее заставлю жалобу на него подать. С ней по душам<br />
поговорю.<br />
Занавес<br />
ДЕЙСТВИЕ ТРЕТЬЕ<br />
Колхозная контора. Раннее утро. Пэлхэндэй дремлет на мягком диване. Рядом с<br />
ним—два кожаных мешка, туесок, эмалированная кастрюля. Входит Цокто с газетами<br />
и журналами. Пэлхэндэй просыпается.<br />
Пэлхэндэй. А-а-а!.. Мне двести семьдесят рублей семнадцать<br />
копеек! (Протягивает руки, затем открывает глаза. Вдруг, узнав Цокто,<br />
отдергивает протянутые руки).<br />
Цокто. Пэлхэндэй, я тебе не должен.<br />
Пэлхэндэй. Что ты, что ты! Ничего у тебя не просил.<br />
Цокто (удивленно). Пэлхэндэй, ты не того?., (крутит пальцем<br />
на виске).<br />
Пэлхэндэй. А-а-а! Принял тебя за счетовода, Дугара. Ведь<br />
сегодня деньги будут выдавать.<br />
Цокто. Так вот почему ты так рано поднялся. Жареным запахло.<br />
А то я подумал было: совесть пробудилась у Пэлхэндэя — раньше всех<br />
встал, раньше всех пошел на работу...<br />
Пэлхэндэй. Товарищ, ты ко мне не подъезжай с этим. Вот уже<br />
месяц, как работаю не хуже других.<br />
Цокто. Так, так, Пэлхэндэй. Поэтому рассчитываешь полный мешок<br />
денег получить? (Поднимает мешочек.) Да тут не один, а два мешка!<br />
Пэлхэндэй. Хватит баловаться. Пока счетовода нет, немного<br />
вздремну. (Закрыв глаза, облокачивается на подушки дивана.)<br />
Цокто. Без привычки трудновато так рано вставать?<br />
Пэлхэндэй (раскрыв глаза). Кто придет, — скажи, что я<br />
первый.<br />
Цокто (не понимая). Куда — первый? Не понимаю.<br />
Пэлхэндэй (сердито). Чего тут не понять? Моя первая очередь<br />
в кассу. Слышал? В кладовую тоже. Там я свой малахай положил<br />
(Опять задремал.)<br />
Цокто (смеется). Ладно, ладно, скажу. (Подходит к столу, садится<br />
и читает газету. Входт Бальжи.)<br />
Бальжи. Здравствуйте! (Приложив ладонь выше глаз, осматривает<br />
комнату подслеповатыми глазами) Кто здесь сидит? Плохо стала<br />
видеть, никого не узнаю. Дугар, счетовод, тут?<br />
Цокто. Дугар еще не явился, тетушка Бальжи.<br />
Бальжи. Нет, правда, кто же это? (Подходит к дивану, тычет<br />
тростью в дремлющего Пэлхэндэя.)<br />
Пэлхэндэ й (с испугом, проснувшись). Двести семьдесят рублей<br />
семнадцать копеек давай сюда!..<br />
8*
[16 Ц. ШАГЖИН<br />
Бальжи (испугавшись). Тат-тай! Это кто же у меня денег<br />
просит?<br />
Пэлхэндэй (протерев глаза, узнав Бальжи, приходит в ярость).<br />
Какого чорта в такую рань шатается эта ведьма, да еще тычет своей<br />
грязной палкой!.. Моя первая очередь!.. Ты — за мной.<br />
Бальжи. Это о чем говорчшь-то? Что за очередь? Да кто же ты?<br />
Пэлхэндэй (сердито). Это я — Пэлхэндэй.<br />
Бальжи. А-а-а, Пэлхэндэй! С чего ты так рано пришел сюда?<br />
Пэлхэндэй (еще более рассердившись). Какое твое дело? При*<br />
шел — тебе не мешаю.<br />
Бальжи. Э-э-э, с чего ты так разворчался? Али опять на работу<br />
просят?<br />
Пэлхэндэй. Хотел чуть-чуть вздремнуть — не дают. Что за<br />
народ?!<br />
Б а" л ь ж и. Неужели, Пэлхэндэй, не высыпаешься? Али жадничаешь?<br />
Ц о к т о. Тетушка Бальжи, что вы говорите? За последний месяц<br />
Пэлхэндэй стал неплохо работать.<br />
Бальжи. Правда? Посмотрите, откуда взошло солнце, — не с<br />
запада ли?<br />
П э л х э н д э й. Что за язык у старухи?..<br />
Ц о к т о. Вы, тетушка Бальжи, тоже за деньгами пришли?<br />
Бальжи. Правда, сегодня ведь будут делить на трудодни. Кпк<br />
это хорошо!<br />
Пэлхэндэй. Не забудь, что твоя очередь за мной.<br />
Бальжи. Есть время стоять в очереди! Курочкам овес пришла<br />
выписать. Где же Дугар, счетовод?<br />
Пэлхэндэй. Правда, где же он? Чго-то заставляет ждать, а<br />
время-то бежит. Запустил я свое хозяйство — некогда, все больше в<br />
колхозе работаю. О-е-е! (Вздыхает.) Что за надоедливая штука все-таки<br />
работа! Коммунизм побыстрее бы! Ох, и выспался бы я при коммунизме.<br />
Я место даже выбрал у себя, в сарае, там я буду спать и спать...<br />
Цокто (смеется). Не будешь даже кушать, все отсыпаться<br />
будешь?<br />
Пэлхэндэй. Рядом с кроватью поставлю сепаратор. Жена будет<br />
крутить-вертеть машину, а сметана мне в рот потечет — только успевай<br />
разевать его. (Цокто и Бальжи смеются.) Ну, я пошел. Цокто,<br />
кто придет — скажи: моя первая очередь. Не забудь. (Уходит.)<br />
Бальжи. Правда, что Пэлхэндэй взялся за ум? Не верится мне.<br />
Цокто. Это все новый председатель. Даже Пэлхэндэй стал выходить<br />
на работу. Вам, если не ошибаюсь, под семьдесят, но однако и зы<br />
не усидели дома.<br />
Бальжи. Умный, душевный человек, Зоригто Эрдынеевич. По<br />
раньше бы такого председателя к нам — колхоз давно бы на ноги вста'1<br />
Дела хорошо пошли. Все потянулись на работу. Даже я. Птицефермой<br />
заведую, Жалму заменила. Глядишь — одной дояркой больше стало<br />
Ринчин, на что старый, и тот не усидел — пошел в строительную бри гг.ду.<br />
Даже лодырь Пэлхэндэй выходит на работу.<br />
Цокто. Умеет он к людям подойти, разъяснит, растолкует, чп<br />
к чему. Бата-ахай очень кстати стал парторгом. Один — молодой, эно;<br />
гичный, другой — старый человек, опытный, осмотрительный.<br />
Бальжи. Коль народ поверил — это сила. Народу надо толым<br />
поверить: он все может сделать, гору перевернет. Хорошее это дело з.1
ПЕРВЫЙ ГОД 117<br />
думали — аванс выдавать на трудодни. А Мунса Бухаев ведь и не подумал<br />
бы об этом. Бестолковым он был председателем. Только кричи г,<br />
пугает людей.<br />
Ц о к т о. Верно говорите, тетушка Бальжи. (С улицы доносится<br />
кудахтанье кур.)<br />
Бальжи. Уй! Это—куры? Как бы ястреб не налетел!.. (Выбегает.<br />
Входит Зоригто, Бата и Нанзат.)<br />
3 о р и г т о. Нанзат, деньги сдал?<br />
Нанзат. Как приехал, сдал Дугару.<br />
3 о р и г т о. Хорошо. Теперь мы с деньгами. Теперь покажем колхозникам,<br />
что не обманули их.<br />
Бата. Надо об этом хорошенько поговорить с колхозниками: ведь<br />
эти деньги нам дал откорм свиней. Опять же надои поднялись. Сдал государству<br />
- денежки получай. Колхозники теперь с деньгами будут—<br />
обрадуются.<br />
Нанзат. Давненько денег не делили на трудодни.<br />
Ц о к т о. Настроение у людей приподнятое. Все знают, что Нанзат<br />
деньги привез... А Пэлхэндэй раньше всех заявился сюда...<br />
Зоригто. Мы у него списали более двадцати трудодней. Меньше<br />
всех получит — узнает цену трудодням.<br />
Ц о к т о. Значит, слово сдержали — через три месяца деньги выдием...<br />
А ведь мало кто верил в это.<br />
Бата. Это еще раз говорит о том, как важно нам, руководителям,<br />
исполнять обещанное.<br />
Зоригто. Через полмесяца снимем с откорма оставшихся свиней,<br />
сдадим государству, уплатим налети. (Входит Дугар.)<br />
Дуг а р. Зоригто Эрдынеевич, вас ждет кладовщик, никак не разберет,<br />
какой хлеб делить.<br />
Зоригто. Пойдемте, посмотрим. Ну, Дугар, разбогател? Можешь<br />
приступать к выдаче денег. (Зоригто, Баю, Нанзат уходят.)<br />
Дугар (вслед). Обрадовались!.. (Распевая песенку, йрохаживается<br />
по комнате. Входит Мунса.) Эх, придумать бы: из этих тридцати тысяч<br />
хотя бы тысчонку — в карман!..<br />
Мунса. Как?!<br />
Дугар (испуганно). Уй!.. Это вы?<br />
Мунса. Подожди, о чем гы болтал здесь? Хочешь тысячу целковых<br />
в карман положить?<br />
Дугар. Ничего такого не говорил.<br />
Мунса. Не отпирайся. Тебя, жулика, давно знаю. В 1929 году отца<br />
твоего посадили, а сейчас тебя самого посадят.<br />
Дугар. Ради бога не говорите так. Мунса-ахай, вам я ничего плохого<br />
не сделал. За что вы гак на меня?<br />
Мунса. Против власти, против колхоза идешь.<br />
Дугар. Мунса-ахай, пожалейте!..<br />
Мунса. Ты бухгалтер пли кто? Не уплатили государству налоги—<br />
и, говорят, хотите уже распределять?<br />
Дугар. Мне приказывает председатель, Зоригто Эрдынеевич. Ведомости<br />
уже приготовил. (Входит Тээхэр.)<br />
Мунса. Ага! Тээхэр Дармаевич как раз во-время. Тут неладное<br />
происходит...<br />
Тээхэр. Здравствуйте. Что же происходит?<br />
Мунса. Здесь антигосударственными делами занимаются. Я, как<br />
заместитель председателя, не могу на все это смотреть сквозь пальцы.
И8 Ц. ШАГЖИН<br />
Вам, как представителю аймака, я обязан доложить. В колхозную кассу<br />
поступило тридцать тысяч рублей. А они хотят их выдать на трудодни<br />
колхозникам, хотя прежде всего деньги должны пойти на покрытие<br />
долгов.<br />
Тээхэр (Дугару.) Интересы государства превыше всего. Вы это<br />
знаете?<br />
Д у г а р. Что я поделаю, так распорядился Зоригто Эрдынеевич.<br />
Он приказал выдать деньги колхозникам...<br />
Тээхэр. А вы — кто: бухгалтер или тряпка?<br />
Дугар. Я.-- Я бухгалтер!..<br />
Тээхэр. Вы потакаете Эрдынееву в антигосударственных делах!<br />
Дугар. Но ведь нельзя обманывать колхозников? Обещали — надо<br />
выдать. Налоги будут внесены через полмесяца. Зоригто Эрдынеевич<br />
договорился об этом с райфо.<br />
М у н с а. Твои Эрдынеев — карьерист. Из кожи лезет, чтобы заслужить<br />
авторитет у колхозников. До государства ему дела нет.<br />
Тээхэр. Дугар, вот так. Сейчас же идите и уплатите налоги.<br />
Дуг'ар. Как? Но ведь меня за это Зоригто Эрдынеевич...<br />
My и с а. Ты здесь ни при чем. Ответ несет уполномоченный из аймака.<br />
Тээхэр. Нам важны не личные интересы Зоригто, а государственные.<br />
Поняли, товарищ бухгалтер? Не выполните мое указание — пеняйте<br />
на себя. Не посмотрю, что вы мой земляк. Я поступлю круто!<br />
My не а. Иди, готовь документы, плати налоги.<br />
Дуга р. Сейчас они придут. Что же я скажу?<br />
М у н с а. Не бойся. Сдай деньги государству. За это тебя винить<br />
не посмеют. Ну, иди! (Дугар уходит. Мунса топотом.) Хорошо получается.<br />
Сейчас колхозники придут, а из кассы им — кукиш! Послушаем<br />
после этого, как будут хвалить нового председателя.<br />
Тээхэр. А мы еще «похвалим» Зоригто — прочитаем то разоблачительное<br />
письмо. Зоригто — в наших руках.<br />
Мунса. Жену заставил написать?<br />
Тээхэр. Нет, не пишет. Дала она мне пить!<br />
Мунса. Что ж она, сука, поумнела что ли?<br />
Тээхэр. Языкастая оказалась баба. Но, ничего. (Вытаскивает<br />
из кармана письмо.) Этим письмом и свалим Зоригто.<br />
Мунса. Не вздумала бы она жаловаться на тебя. Плохо может<br />
обернуться...<br />
Тээхэр. Правда, зря я к ней обратился. Не должна, по-моему,<br />
жаловаться. А если и пожалуется, то не трудно отпереться. Свидетелейто<br />
ведь не было. (Входят Зоригто, Бата, Нанзат, Цокто, Пэлхэндэй,<br />
Бальжи, Долгор, Гарма и Гажад.)<br />
Пэлхэндэй. Товарищи, моя первая очередь. Цокто знает. (Становится<br />
первым у двери в бухгалтерию. Колхозники смеются.)<br />
Ц о к т о. Жрет с горшок, а шагает с вершок... (Все смеются.)<br />
Пэлхэндэй. С горшок не с горшок, а кое-что получу. Жаль<br />
только: штрафу много.<br />
Г а ж а д. Сам виноват — за дело оштрафовали.<br />
Пэлхэндэй. А вы не смайтесь. Увидите, кто лучше будет работать.<br />
Не так уж плох Пэлхэндэй, как вы думаете. Увидите...<br />
Зоригто. Ну, товарищи, что полагается — получайте. А то скоро<br />
подойдут доярки, строители. Пэлхэндэй, позовите Дугара.<br />
Пэлхэндэй (открыв дверь). Вас зовет председатель. (Входи/<br />
бледный Дугар с бумагой в руке.)
ПЕРВЫЙ I ОД IIЯ<br />
3 о р и г т о. Ну, Дугар, обрадуй людей. Пока этим выдавай.<br />
Дутар (испуганно). Зоригго Эрдынеевич... Денег-то... пег.<br />
Зори г то (смеясь). Смотрите на него. Богач-то наш шутит. Ну,<br />
Дугар, раздай деньги. Работа стоит.<br />
Дугар. Зоригто Эрдынеевич... Я говорю правду: денег нет (колхозники<br />
шепчутся.)<br />
Н а н з а т. Тебе же говорят! Чего медлишь, на работу надо спешить.<br />
Дугар (подавленно). Теми деньгами налоги уплатил...<br />
Зоригто (не в себе.) Что?!<br />
Дугар. Недавно на почту сдал!<br />
Зоригто. А кто тебе разрешил? Как ты смел!..<br />
М у н с а (выступив вперед). Вы его не ругайте. Я распорядился.<br />
Не уплатив налоги, не имеете права деньги делить.<br />
Зоригто. Я договорился с райфо — через полмесяца внесем<br />
налоги.<br />
Мунс а. Вот аймачный уполномоченный. Он говорит: вы ни с кем<br />
не договаривались об этом.<br />
Зоригто. Ах, вот оно что! Опять этот Тзэхэр? (Сжимает кулаки.)<br />
Б а т а. Зоригто Эрдынеевич, спокойнее! (Зоригто сел, склонив голову.)<br />
М у н с а. Кругом долги, налоги не уплачены, а вы делить деньги<br />
собираетесь. Хотели дешевый авторитетик завоевать?<br />
Зоригто (подскочив с места). Ты — кто? (Надвигается на Мунсу.<br />
Мунса пятится. Бата Найданов встает между ними.)<br />
Б а т а. Что с вами?<br />
Зоригто. Что за подлость!.. Что за люди!.. (Пауза.)<br />
Пэлхэндэй. Обещали, обещали, а денег-то, оказывается, и нет?<br />
Председатель-то хоть и новый, а обманывает по-старому. Чтоб я больше<br />
верил председателю — шиш!..<br />
Г а ж а д. Разве председатель не знал, что нужно налоги платить?<br />
Г а р м а. С райфо договорился водь отсрочить уплату.<br />
Пэлхэндэй. А что аймачный представитель сказал? Ни с кем<br />
не договаривались со этом! (Пауза.)<br />
Тээхэр (с письмом выходи! вперед). Товарищи, дорогие колхозники!<br />
На мое имя поступило вот это письмо. Оно без подписи. Мне<br />
очень неудобно его читать. Но вы должны знать, что у вас за человек<br />
ходит в председателях.<br />
Мунса. Читайте, читайте, пожалуйста.<br />
Тээхэр (читает). «Председатель нашего колхоза Зоригто Эрдынеевич<br />
Эрдынеев...»<br />
Зоригто. Ты гут...<br />
Тээхэр (продолжает). «...Пи одно дело самостоятельно не решает,<br />
все переложи.! на плечи 1<br />
бригадиров. Кроме того, вынудил члепоз<br />
правления принять решение о продаже ста хороших лошадей. Он повинен<br />
в падеже телят... Присвоил десять килограммов масла, которые были<br />
выделены на общественное питание. Деньги, подлежащие распределению<br />
па трудодни, разбазарил на другие нужды. Нарушил постановление<br />
Пленума ЦК КПСС об освоении новых земель... Ругает, бьет жен),<br />
затем выгнал ее из дому. Это свидетельствует и его жена...»<br />
Зоригто. Клевета'..<br />
Мунса. Вот так обстоит дело. Что скажете?.. (Пауза.) II ce.'iчас<br />
— смотрите. Наобещав вам всего, заставил вас работать до седьмо-
Ц. ШАГЖИН<br />
го пота, а делить — ни копейки денег нет. До сих пор не знает о своих<br />
долгах перед государством. Зазнался, больно уж задрал нос...<br />
Т э э х э р. Думается, что и без такого председателя вы можете<br />
обойтись.<br />
Б а т а. А чье это письмо?<br />
Т э э х э р. Я же сказал: автор пожелал остаться в неизвестности.<br />
Подписано: «колхозники».<br />
Нанзат. Раз не подписался,— то писал негодяй какой-нибудь.<br />
Ц о к т о. Кто правду пишет — не боится назвать свое имя. Только<br />
трусы, клеветники — мастера на такие письма.<br />
Т э э х э р. А я считаю — письмо важное. И кто защищает такого<br />
человека, тот сам подозрительный, случайный человек. Ну, товарищи, да<br />
вайте, высказывайтесь. (Пауза. Открывается дверь, входит Саран о чемоданом.<br />
Все удивлены. Тээхэр с Мунсой обменялись испуганными<br />
взглядами. Вдруг Тээхэр, состроив улыбку, устремляется навстречу Саран.)<br />
Тээхэр. Откуда это вы. Сараи Доржиевна? Вы что-то бледчее<br />
стали, отчего так похудели? Пойдите к дяде, отдохните с дороги. Дайте<br />
чемодан, пойдемте. (Вырвав чемодан из ее рук, спешит к двери. Саран<br />
изо всей силы бьет Тээхэра по щеке. Тээхэр выронил из рук чемодан )<br />
Саран (шагнув вперед). Люди, слушайте!<br />
Мунса (подбегает к ней, берет за руку, хочет увести ее). Саран<br />
Доржиевна!.. Что с вами? Пойдемте к нам, отдохните.<br />
Саран. Подождите! (Вырвав руку.) Смотрите на него — он дрожит<br />
передо мной. Это не человек, а гадина. Завистник, клеветник, негодяй.<br />
Вот — Зоригто. Вместе с ним этот человек учился в школе, вместе<br />
работал. А-а, трусишь? Не можешь смотреть? А как ты поносил его передо<br />
мной! Любуйтесь, смотрите на этого подлеца: он дрожит, смотрите,<br />
как дергается его лицо. Как жалок этот человек! И я... такому человеку...<br />
верила! (Тээхэр уходит. Саран, схватившись за голову, садится.)<br />
Мунса. Что она делает! С ума сошла! Взять ее!<br />
Б а т а (выходя вперед). Подождите, Мунса Бухаевич. Я вас, кажется,<br />
знаю не худо.<br />
М у н с а. Вы меня не задевайте. Я здесь ни при чем.<br />
Бата (сердито). Ни при чем, говорите? Все это — от вас. Вы научились<br />
чистым выходить из грязных дел. На этот раз — не выйдет!<br />
М у н с а. Это о чем вы?<br />
Н а н з а т. Меня вы обозвали врагом колхоза! Не я враг колхоза,<br />
а вы. Поняли?<br />
Мунса. Товарищи, товарищи...<br />
Бата (стукнув по столу). Не кричи! Думаешь, не знают люди о<br />
твоих делах? Все знают. Ты сам себя перед народом разоблачил.<br />
Ц о к т о. То, что читал Тээхэр,— вы писали. Мы знаем.<br />
Г а р м а. Это плохой человек. Ишь ты, что задумал. Захотел свалить<br />
нашего председателя? Родню поднял на это дело!..<br />
Б а л ь ж и. Колхоз наш в гору пошел, радоваться бы этому, а он...<br />
Правильно, говорят: он плохой человек. (Мунса от испуга сгорбился )<br />
Нанзат (Мунсе). Сам ничего не умеет, а завидует другому! Другого<br />
хотел свалить — сам сел в лужу. Так ведь, Мунса Бухаевич?<br />
Бата. Товарищи, Зоригто Эрдынеевич за эти три месяца много,<br />
сделал для колхоза. Правду говорю?<br />
Б а л ь ж и. Боже упаси! Кто же скажет про него плохое?<br />
Г а ж а д. Никто!
ПЕРВЫЙ ГОД 121<br />
Все. Никто, никто!<br />
Б ат а. Этих двух родственничков раскусили? Написали клеветническое<br />
письмо. Мало этого, хотели жену впутать в эту грязь.<br />
Дол гор. Мунса Бухаевич всегда грозился: «под суд», «под суд<br />
отдам!» Его самого надо судить.<br />
Н а н з а т. Обоих вместе с родственничком. (Шум, крики.)<br />
Пэлхэндэ й (подходя к Мунсе.) Ты. собака! Надо мной смеялся,<br />
а теперь смотри... На мокрого котенка походишь. Вот бы тебе дать...<br />
(засучивав: рукава, выталкивает Мунсу за дверь.)<br />
Ц о к т о. Смотрите, что делает Пэлхэндэй!.. Вы ведь были неразлу:<br />
ными? Даже родство с ним искали...<br />
Пэлхэндэй. Пускай подальше он от меня... Он мне не родственник.<br />
Д у г а р. Товарищи, Зоригто Эрдынеевич, простите. Струсил я.<br />
Деньги есть, я их еще не сдал!<br />
3 о р и г т о. Сейчас же выдавайте. Вас обсудим на общем собрании.<br />
Дугар (из бухгалтерии). Подходите, получайте деньги.<br />
Пэлхэндэ й. Проходите, товарищи, проходите. (Пропускает всех<br />
вперед).<br />
Ц о к т о. Твоя же первая очередь, Пэлхэндэй.<br />
Пэлхэндэ й. Что положено — всегда успею получить... Проходи.<br />
Иокто.(Все уходят в бухгалтерию, остаются Саран и Зоригто.)<br />
Сара н. Прости. Зоригто!<br />
Зоригто (подойдя к Саран, пристально взглянув на нее). Твсе<br />
счастье в городе?<br />
Саран. Нет, мое счастье — здесь, в колхозе!<br />
Занавес
РАССКАЗ О МАМЕ<br />
Хань Юй<br />
аинаинаи 1 рассказывала, что мама оольшс всего на свете лю-<br />
5ила меня. А я знаю, что ваннайнай больше всего на свете любила<br />
маму. Но мамы давно не было с нами. Мамы давнымдавно<br />
уже не было с нами. Когда я была совсем маленько]!,<br />
вайнайнай часто сажала меня на колени и, посматривая на улицу, говорила<br />
негромко:<br />
— Сиротинки мы с тобой. Ты у меня дочка без матери, а я у тсбл<br />
мать без дочери...<br />
Куда девалась мама? Вайнайнай ничего не говорила об этом. Ко,да<br />
я была маленькой, я звала ее не «вайнайнай», а просто «найнай». II<br />
только однажды темной ночью, когда за окном завывал осенний ветер<br />
и мы с бабушкой, тесно прижавшись друг к другу, сидели возле раскрытой<br />
дверцы печи, она вдруг сказала мне:<br />
— Ну-ка, детка, шепни мне тихонько на ухо: «вайнайнай».<br />
Когда я шепнула, бабушка прижала меня к себе с особенной нежностью.<br />
Однажды бабушка отправилась на ярмарку, а меня оставила дома.<br />
Я полезла под подушку и вдруг нащупала бабушкин кошелек из сикэн<br />
материи. Пошла на ярмарку, а деньги не захватила. Как же так? Я ь<br />
скочила с кошелько'М в руках на улицу, но бабушка издали помахал<br />
мне желтой бумажкой и прокричала:<br />
- Вернись домой, девочка! Я взяла деньги, взяла!<br />
'ВаннаГшай — баб\шка по материнской линии, в отличие от найнай — по отце
ХАНЬ ЮИ Г2.Ч<br />
В это время я увидела свою тетю. Я решила, что бабушка оче^ь<br />
часто вспоминает про маму и поэтому спросила у тети, не видела ли оно<br />
когда-нибудь мою маму. Едва услышав мой вопрос, тетя замолчала, и<br />
это очень меня удивило. У нас считали в семье, что кто-кто, а уж тетя<br />
поговорить любит, а гуг вдруг словно у нее язык присох' Бабушка часто<br />
говорила, что у тети каменное сердце, а тут вдруг я увидела у нее<br />
на^ глазах слезы! Я спросила ее, почему это все меняют разговор, едг>а<br />
только стоит заговорить о маме. Чего TJT страшного? Тетя долго молчала,<br />
но потом сказала:<br />
— Твоя ма;ма хороший человек. Вот вырастешь — учись у нес!<br />
В то время мне было восемь лет, и я думала, что я уже достаточно<br />
взрослый человек. Чему же мне учиться у мамы? Но тетя так и не сказала,<br />
чему. Бабушка любила говорить, что я неглупая, но ей часто лг<br />
нравилась моя любознательность, поэтому, если я спрашивала ее о чемнибудь,<br />
она обычно отвечала мне так:<br />
- Не утруждай свою маленькую головку, бедняжка ты моя. Идика<br />
лучше да обними свою бабушку.<br />
Но на этот раз бабушки рядом не было, и я решила «утрудить*<br />
свою головку. Никакого «каменного сердца» у тети не оказалось и, разоткровенничавшись,<br />
она сказала мне:<br />
— Ты уже не маленькая. И, по-моему, не дело тебя бесконечно обманывать.<br />
У тебя нет мамы. Твоя мама... умерла!<br />
Сказав это, тетя закрыла лицо передником и бросилась в дом.<br />
Мама умерла? Мамы нет! Это было удивительно.<br />
Я взглянула и побежала на перекресток к кумирне. Я села возле<br />
куста и стала ждать бабушку. Глиняные идолы — старик и старуха —<br />
сурово глядели на меня с крыши кумирни. Когда я увидела бабушку, я<br />
бросилась к ней навстречу и одним духом выпалила:<br />
— А тетя сказала, что моя мама умерла!..<br />
Бабушка присела возле меня на корточки и, опирая руками мои<br />
озябшие руки, сердито спросила:<br />
— Кто тебе это наврал? Не слушай гы се, болтушку, девочка! Твоя<br />
мама жива! Только она далеко уехала. Я только что передала ей с<br />
твоим дядей немного денег...<br />
Но говоря это, бабушка почему-то отворачивала от меня свое лицо.<br />
Ну что ж, хорошо. Будем считать, что мама далеко уехала или что<br />
ее нет совсем. Самое тяжелое для меня было то, что я не знала, что же<br />
за человек мама. Какая она из себя? Ведь я же ее никогда не видела.<br />
Я спросила об этом у бабушки, она сначала ничего не ответила, но потом<br />
все же сказала, что мама в детстве и я — это одно и то же. Тогда<br />
я стала бегать к гстс. У нее стояло на столе треснувшее зеркало в железной<br />
оправе и, видя в зеркале отражение плосконосой маленькой девочки,<br />
я называю ее «мамой». По неужели и у мамы торчали на голосе<br />
такие смешные косички? Я не 'была глупой, я понимала, что для того,<br />
чтобы стать совсем похожей па маму, надо быть взрослой. Да и бабушка<br />
говорила, что только взрослая женщина может быть мамой. И<br />
я мечтала скорее вырасти, чтобы знать, какая же из себя была мама.<br />
Когда мне исполнилось двенадцать лет, в наших Дабашаньских<br />
горах распространились случи о партизанах Народно-освободительной<br />
армии. Бабушка говорила, что партизаны — очень хорошие люди. Все<br />
бедняки заволновались, услышав о партизанах. Бабушка по ночам<br />
стала часто уходить к соседям и подолгу сидела у них, разговаривая<br />
о чем-то.
124 РАССКАЗ О МАМЕ<br />
Однажды она разбудила меня и сказала, что меня хочет видеть<br />
человек, которого прислал мой папа.<br />
- Ты понимаешь? — говорила она. — Твой папа! Говорили, что<br />
его давно нет, а он живой! Одевайся скорее, пойдем!<br />
Бабушка привела меня в какую-то соломенную фанзу, и я увидела<br />
там несколько незнакомых людей с винтовками в руках. Какой-то человек,<br />
одетый в короткую синюю куртку, сидел среди ник, и как только я<br />
его увидела, то почему-то сразу же решила, что именно его прислал папа.<br />
Люди называли его «начальник уезда Бай».<br />
Товарищ Бай притянул меня к себе и оглядел всю с головы до ног.<br />
Никто еще не разглядывал меня так пристально. Наверное и папа тоже<br />
так бы смотрел на меня. Чем занимался мой папа, об этом у нас в доме<br />
никогда не говорили. Когда я спрашивала, бабушка ругала меня<br />
и говорила, что маленькие не должны досаждать взрослым своими расспроса-ми.<br />
Но этого незнакомого дядю в синей куртке я нисколько не<br />
боялась и поэтому спросила его:<br />
— А где мой папа?<br />
— Твой папа борется с врагами. Он поручил мне поговорить с тобой<br />
и просил передать тебе серьги твоей мамы, — ответил товарищ<br />
Бай.<br />
Бабушка вздрогнула, побледнела и, нащупав рукою скамейку, бессильно<br />
опустилась на нее.<br />
Товарищ Бай посмотрел на бабушку и сказал:<br />
— Я должен рассказать ей все, мамаша. Она уже взрослая. Ее<br />
отец сказал, что она должна знать все.<br />
Я увидела, как бабушка, еле удерживая слезы, согласно кивнула.<br />
Потом она обняла меня и прошептала:<br />
— Девочка, слушай и запоминай хорошенько все, что ты сейчас<br />
услышишь.<br />
И все люди, бывшие в комнате, вдруг разом притихли.<br />
— Почти одиннадцать лет тому назад, — сказал товарищ Бай, —<br />
твоя мама и трое твоих братишек, один семи лет, второй пяти и третий<br />
трех лет, были закопаны живыми в землю. Тебе в то время было всегонавсего<br />
несколько месяцев. Твоя бабушка целый месяц прятала тебя в<br />
горах от гоминдановских ищеек. Они хотели, чтобы твоя мама сказала<br />
им, где находится твой отец и кто в селе является коммунистом. Гоминдановские<br />
звери пытали даже твоих братишек. Но твоя мама твердо<br />
сжимала зубы, и ни одного слова не могли добиться от нее враги. Тогда<br />
на песчаном берегу реки Шэхэ, у подножья горы Мэйшань, они вырыли<br />
большую яму и повели твою маму и братишек на берег реки. Твоя мама<br />
шла, гордо подняв голову и удерживая братишек от слез. Старший братишка<br />
спросил ее:<br />
— Мама, куда мы идем?<br />
Твоя мама улыбнулась и ответила:<br />
— Мы идем дорогой, по которой \шел наш папа.<br />
Гоминдановцы согнали на берег Шэхэ все село, чтобы сельчане ви<br />
дели, как будут казнить твою маму. Она стояла на краю ямы и, поддер<br />
живая руками братишек, дрожала от холода. К ней подошел гоминда<br />
новский главарь и спросил ее:<br />
— Ну, ты будешь говорить или нет? Это твой последний час. Скя<br />
жешь—помилую и тебя и твоих отпрысков. Не скажешь — уничтож_\<br />
и тебя и твои корни!<br />
Твоя мама посмотрела на склоны Мэйшаня, на которых высились<br />
столетние сосны и желтела осенняя трава, и сказала:
ХАНЬ Юй 125<br />
— Разве так легко уничтожить корни?<br />
Бессовестным негодяй ударил твою ма*му по лицу. Кровь закапала<br />
у нее изо рта.<br />
— У тебя каменное сердце, — сказал он, — какая ты мать? Неужели<br />
тебе не жалко этих бедняжек? Нужели ты не хочешь спасти их?<br />
Твоя мама побледнела и, задыхаясь, выкрикнула:<br />
— Это вы - кровожадные волки! Вы! И вы еще смеете говорить,<br />
что у меня каменное сердце!<br />
Она присела, чтобы обнять двух маленьких сынишек и обратилась<br />
к сельчанам:<br />
— Люди! Вы сами отцы и матери! Скажите, есть ли мать, которой<br />
не было бы жалко своих детей? Скажите, какое преступление совершили<br />
эти крошки? Скажите мне! Мы все живем только для своих детей!<br />
Несколько женщин выбежали из толпы и стали просить главаря,<br />
чтобы он пожалел детей. Главарь ощерился и приказал столкнуть твою<br />
маму в яму. Но она сказала:<br />
— Не троньте меня, я сама спрыгну!<br />
И она спрыгнула в яму. Она велела твоим братишкам наклониться<br />
к яме и начала целовать их. Она уже не помнила себя. Она обезумела.<br />
Обезумели и сельчане. Они думали, что гоминдановцы оставят малышей.<br />
Но кто мог думать, что сердца у этих зверей давно окаменели!<br />
Твоя мама стояла и оглядывала яму. Яма была слишком велика<br />
для одного человека.<br />
Главарь снова оскалил свои клыки и спросил ее:<br />
— Ну, пожалеешь своих детей?<br />
И тогда, не в силах больше терпеть охватившей ее ненависти, твоя<br />
мама закричала:<br />
•— Ты еще спрашиваешь меня? Лютоед!<br />
Братишки твои стояли на краю ямы и протягивали к маме свои<br />
ручонки. Подошел какой-то гоминдановец и одного за другим столкнул<br />
их ногою в яму. Твоя мама обхватила их руками и крепко прижала к<br />
себе. Сельчане двинулись было, чтобы спасти их, но гоминдановцы направили<br />
на них винтовки. Что можно было сделать безоружным против<br />
штыков? А твоя мама стояла в яме и кричала:<br />
— Запомните это, люди!..<br />
Гоминдановцы бросились к яме и, лихорадочно торопясь, стали закапывать<br />
ее песком. Сельчане стояли в стороне и рыдали от ужаса.<br />
Скоро братишки твои были засыпаны до груди. Тогда они стали кричать:<br />
— Мама, нам больно! Мама!..<br />
Твоя мама нагнула к ним голову, взяла их за руки и сказала:<br />
— Не плачьте, милые мои! Потерпите, сейчас будет хорошо...<br />
И эти слова звучали до тех пор, пока ее не закопали совсем.<br />
И потом, когда сельчане выходили на берег реки, им чудилось, что<br />
из-под земли все еще слышен голос твоей мамы...<br />
Таков был рассказ, услышанный мною из уст товарища Бая посте<br />
того, как Народно-освободительная армия вернулась в наши родные<br />
Дабашаньские горы, рассказ о моей маме.<br />
Весь тот вечер я и бабушка проплакали. В тот вечер я выплакала<br />
все свои слезы. И уж потом никто никогда не видел моих слез. Помню,<br />
как в конце товарищ Бай сказал бабушке:
126 РАССКАЗ О MA VIE<br />
— В нашем отряде помнят вашу дочь, вашу славную дочь и славную<br />
дочь партии.<br />
Бабушка подняла голову и медленно проговорила:<br />
— Да, я воспитала ее как дочь, но не я воспитала ее сердце. Наша<br />
партия воспитала ее.<br />
Сейчас мне восемнадцать лет. Работаю я на Мэйшаньском водохранилище.<br />
Прах моей мамы и братишек давно уже перенесен на вершину<br />
Мэйшаня. Высокие сосны и трава окружают их там, где они спят<br />
все вместе.<br />
Стройная плотина, самое прекрасное место на земле, лежит как<br />
раз напротив Мэйшаньской горы. Место, где когда-то была закопана<br />
мама, сейчас покоится под покоренными нами горными водами, и люди<br />
называют его «Человеческим озером». И мама видит с вершины горы,<br />
как изо дня в день поднимается «Человеческое озеро», как с каждым<br />
днем все лазурнее становится его глубина, как все выше и выше поднимается<br />
к небу стройная плотина, а на самом верху плотины она<br />
видит свою любимую дочь. Мы побеждали и грязь и гранит, метели и<br />
наводнения, и мама помогала нам в этой борьбе. Бабушка часто приходит<br />
сюда. Мы идем с ней на плотину, опираемся на перила и долго<br />
смотрим на лазурную гладь водохранилища. И вдруг бабушка, указывая<br />
пальцем в воду под ногами, говорит:<br />
— Посмотри-ка, вон моя дочка!<br />
Это она указывает на мое отражение. Две толстые длинные косы и<br />
цветное платье колеблются на волнах. Бабушка любит говорить, что в<br />
семнадцать—восемнадцать лет нет уродов, все красавицы. Я смеюсь и,<br />
указывая на свое отражение, говорю ей:<br />
— А вон посмотри-ка, что за урод?<br />
Бабушка шутливо сердится и говорит:<br />
— Ты у меня красивее, чем фея морская! Вылитая мать в молодости.<br />
Ну ничем не отличаешься! А знаешь, в селе говорят, что твоя мама<br />
стала феей в новом озере. А некоторые будто бы даже видели ее!<br />
Она боится, что я стану смеяться над ее словами и поэтому поспешно<br />
добавляет:<br />
— А я им говорю: нет! Разве феи носят на груди медали? Это они<br />
просто тебя видели! — Она трогает мои медали и совсем как в детстве<br />
прижимает меня к своему сердцу.<br />
Г.епгвел с китайского Л. Роганов.
ТГе/'г<br />
СИНИЧКИН ДОМ<br />
ДЛЯ САМЫХ МАЛЕНЬКИХ<br />
На опушке бора где-то.<br />
Говорят, в разгаре лета<br />
Поселилася синица.<br />
Очень шустренькая птица.<br />
Вскоре вывела птенца,<br />
Непослушного мальца.<br />
Утром мама, как всегда,<br />
Улетает кз гнезда.<br />
- Скоро-скоро я приду, —<br />
Детке говорит синица, —<br />
Только сбегаю к пруду —•<br />
Принесу водицы.<br />
Прилечу я скоро-скоро,<br />
Ошскав тебе жука,<br />
Может, в тихом шуме бора<br />
Стукну клювом паука.<br />
Ожидай меня, MOP"I птенчик,<br />
Мой родной, лесгой бубенчик.<br />
Улетела мать-синица.<br />
Данри ХИЛ ТУ ХИН
128<br />
Вышла из норы лисица,<br />
Подала свой голосок:<br />
— Не синичкин ли сынок<br />
Встал ранешенько чуть свет?..<br />
Ну и мать: простыл и след!...<br />
Хороша, аи, хороша —<br />
Бросить крошку малыша!<br />
Разве любящая мать<br />
Станет эдак поступать?<br />
Я от имени зверей<br />
Осуждаю матерей...<br />
Разве птенчиков своих<br />
Можно оставлять одних?<br />
Ты спускайся вниз ко мне.<br />
Посидим с тобой на пне...<br />
И на травке поваляемся,<br />
На моем хвосте пушистом,<br />
На пушистом, золотистом<br />
Покатаемся.<br />
Хочешь зайца изловлю —<br />
Лучшим блюдом накормлю!—<br />
Песню спела до конца —<br />
Убаюкала птенца.<br />
— Любопытно, кто же это,<br />
У кого спросить совета?<br />
Мать за кормом полетела.<br />
Шевелиться не велела.<br />
Может быть, пришел медведь?<br />
На него бы посмотреть!<br />
Подо мною не медведь.<br />
Он бы стал давно реветь.<br />
И решился наконец<br />
Показаться наш птенец.<br />
Вылез, видит у пенька<br />
Расчудесного зверька.<br />
Только лапкой шубку тронь —<br />
Брызнет из нее огонь.<br />
Зверь на птенчика глядит,<br />
Птенчик зверю говорит:<br />
— Вы не видели в лесу<br />
Тетушку лису?<br />
Ту, что как-то поутру<br />
Унесла мою сестру.<br />
Я соскучился о ней,<br />
О сестреночке своей.<br />
— Видел, — говорит зверек.<br />
И на травочку прилег.<br />
И раскинул хвост пушистый.<br />
Хвост пушистый, да огниетьш.<br />
Почесал затылок лапкой,<br />
Бьет себя по рыжей шапке:<br />
Очень ты смешной детеныш.<br />
Видно, просто несмышленыш.<br />
Д ХИЛТУХИН
СИНИЧКИН ДОМ 12У<br />
£ «Свет над Байкалом», № 3<br />
У меня твоя сестренка<br />
Распевает песни звонко<br />
И с желанием гостит.<br />
Жду я брата, говорит.<br />
Что ж, пришлось мне<br />
постараться —<br />
Отыскать сестричке братца.<br />
И СИНИЧКИН ГУТ СЫНОК<br />
Овладеть собой не мог.<br />
И, стремглав, он в тот же миг<br />
Из гнезда на ветку прыг.<br />
И все ниже, ниже, ниже —•<br />
Прямо в рот к плутовке рыжей.<br />
Прилетела мать птенца,<br />
Не находит сорванца.<br />
Опустело вдруг в гнезде.<br />
Кличет—нет птенца нигде.<br />
И за помощью синица<br />
Улетела к добрым птицам.<br />
...Хитроглазая лисица<br />
Не успела в чаще скрыться,<br />
Убежать глухою тропкой,<br />
Как встречается с кедровкой.<br />
Вьюгой та над нею взвилась,<br />
Взвилась, закружилась.<br />
Стала смело нападать<br />
И давай лису клевать.<br />
В уши, в спину, в хвост пушистый,<br />
В хвост пушистый, золотистый...<br />
Птенчика спасла кедровка<br />
От лисицы ловко.<br />
И вернулся в дом птенец,<br />
Шаловливый сорванец.<br />
Засиял синичкин дом,<br />
Стало мирно снова в нем.
НЕРУШИМАЯ ДРУЖБА СОВЕТСКОГО<br />
И МОНГОЛЬСКОГО НАРОДОВ<br />
К 35 годовщине со дня побеоы Монгольской народной революции<br />
На XX с].езде КПСС среди других<br />
основных вопросов современности был<br />
выдвинут вопрос о формах перехода<br />
различных стран к социализму.<br />
В. И. Ленин еще в 1916 г. в работе<br />
«О карикатуре на марксизм и об «империалистическом<br />
экономизме» указывал:<br />
< Все нации придут к социализл'у,<br />
это неизбежно, но все придут не совсем<br />
одинаково, каждая внесет своеобразие<br />
в ту или иную форму демократии, в ту<br />
или" иную разновидность диктатуры<br />
пролетариата, в тот или иной темп социалистических<br />
преобразований разных<br />
сторон общественной жизни» (Соч. т.<br />
23, стр. 58).<br />
Исторический опыт полностью подтвердил<br />
это гениальное ленинское предвидение.<br />
Ныне под знаменем соцлллизма<br />
живут и борются народы 13<br />
стран мира. Формы перехода этих<br />
стран к социализму но одинаковы.<br />
Каждая страна внесла и вносит своеобразие<br />
в разные стороны социалистических<br />
преобразований.<br />
К числу* стран мировой социалистической<br />
системы относится Монгольская<br />
Народная Республика. Своеобразие политического<br />
и экономического развития<br />
МНР состоит в том, что она является<br />
первой в мире страной, которая минуя<br />
капиталистическую стадию развития,<br />
осуществляет переход от феодализма к<br />
социализму На примере исторического<br />
развития МНР получило блестящее<br />
подтверждение марксистско-ленинское<br />
учение о возможности некапиталистического<br />
пути развития отсталых и зависимых<br />
стран.<br />
Монгольский народ обрел свою свободу<br />
и независимость и стал на путь<br />
социалистического развития только в<br />
результате победы Великой Октябрь<br />
ской социалистической революции, благодаря<br />
бескорыстной братской помощи<br />
Советского Союза. Дружба советского<br />
и монгольского народов является чрезвычайно<br />
важным фактором в развитии<br />
МНР по пути к социализму. Она, глубоко<br />
проникнув в сознание, в жизнь и<br />
быт монгольского народа, оказывает<br />
огромное влияние на политическое и<br />
экономическое развитие МНР.<br />
Дружба советского и монгольского<br />
народов имеет глубокие исторические<br />
корни. Вопреки гнусной колонизаторской<br />
политике царизма и русских экс<br />
плуататорских классов, еще задолго да<br />
победы Великой Октябрьской социалистической<br />
революции складывалась и<br />
развивалась дружба между трудящими<br />
ся Монголии и России.<br />
Октябрь, знаменовавший собой коренной<br />
поворот во всемирной истории<br />
человечества, открыл новую полосу во<br />
взаимоотношениях' между народами<br />
России и других стран, в том числе и<br />
Монголии. Уже первые декреты Советского<br />
Правительства о мире, о конфискации<br />
помещичьих земель вызвали мае<br />
совое сочувствие к Октябрьской рево<br />
люции среди угнетенных народов всеп<br />
мира, поднимая их на борьбу за CBOI<br />
освобождение.<br />
3 декабря (20 ноября) 1917 года оыло<br />
опубликовано обращение Советского<br />
Правительства ко всем трудящимся м; -<br />
сульмачам России и Востока. В этом<br />
обращении провозглашались основы ле<br />
нинской национальной политики по от<br />
ношению ко всем народам стран Вое<br />
тока.<br />
Великие освободительные идеи ик<br />
тябрьской революции быстро распрост
ПУБЛИЦИСТИКА<br />
ранились по обширному Китаю и по<br />
степной Монголии.<br />
Победа пролетарской революции в<br />
России открыла перед народными массами<br />
Монголии реальную перспективу<br />
национального и социального раскрепощения.<br />
В августе 1919 года, когда молодая<br />
Красная Армия, разбив армию Колчака,<br />
перешла Урал и победоносно двигалась<br />
на Восток, Советское Правительство<br />
послало обращение к монгольскому<br />
народу.<br />
В нем говорилось: «Монголия есть<br />
свободная страна... Вся власть и суд в<br />
стране должны принадлежать монгольскому<br />
народу. Ни один иностранец не<br />
вправе вмешиваться во внутренние дела<br />
Монголии».<br />
Этим самым Советское государство<br />
показало свое искреннее дружественное<br />
отношение к монгольскому народу. В<br />
конце 1919 года, в результате роста<br />
политического самосознания народных<br />
масс, обусловленного подъемом национально-освободительной<br />
борьбы в стране,<br />
в Урге почти одновременно возникли<br />
два подпольных революционных<br />
кружка. Организатором одного из них<br />
был Сухэ-батор, вождь народной революции,<br />
основатель монгольского народного<br />
государства. Создателем другого<br />
революционного кружка был Чойбалсан—боевой<br />
друг и соратник Сухэ-батора.<br />
В январе 1920 года кружки Сухэбатора<br />
и Чойбалсана объединились длч<br />
того, чтобы не распылять революционные<br />
силы страны и создать единую политическую<br />
организацию.<br />
В деятельности революционных кружков<br />
и в создании МНРП большую роль<br />
сыграли русские рабочие-революционо<br />
ры Кучеренко, Гембаржевский, Агафонов.<br />
Черепанов, Маслаков, Сороковикоз<br />
и другие. Они способствовали проникновению<br />
марксистско-ленинских идей<br />
в Монголию, оказывали практическую<br />
помощь в работе кружков монгольских<br />
революционеров.<br />
1 марта 1921 года состоялось совещание<br />
членов партии, которое вошло в<br />
историю как 1-й съезд МНРП. Съезд<br />
организационно оформил МНРП и у -<br />
вердил платформу партии, в которой<br />
излагались программные и уставные<br />
положения, и решил немедленно начать<br />
вооруженную борьбу за свободу и<br />
независимость страны. Руководители<br />
МНРП понимали, что полное освобождение<br />
страны от иностранных захватчиков<br />
не под силу трудящимся Монголии<br />
без непосредственной помощи Советской<br />
России. Поэтому 10 апреля 1921<br />
года Временное Народное Правитель-<br />
1 II<br />
ство Монголии обратилось к Пр.жтс.п.<br />
ству Советской России с просьбой окл<br />
зать военную помощь в борьЛи прогни<br />
белогвардейских банд, орудовавших па<br />
территории Монголия. Советское iip.i<br />
вительство пришло на помощь монгол ii<br />
скому народу.<br />
В конце июня 1921 года советские<br />
войска вступили в пределы Монгол.ш,<br />
а через месяц объединенными силами<br />
частей монгольских и советских вот.;;<br />
империалистические захватчики бы :п<br />
изгнаны из всех основных районов Монголии.<br />
Это означало победу народной рев >люции.<br />
Части Красной Армии по просьбе<br />
народно-ревочюшюыюго правительства<br />
остались на территории Монгол in<br />
до полной ликвидации белогвардейских<br />
банд в стране. Вооруженная помощь<br />
Советской России монгольскому народу<br />
в его борьбе с контрреволюцнонньыи<br />
силами сыграла решающую роль в<br />
победе народной революции 1921 года.<br />
Победа народной революции привела<br />
к образованию монгольского народного<br />
государства и открыл? перед трудящимися<br />
Монголии широкий путь свободного<br />
демократического развития.<br />
Советская Россия с величайшей" р -<br />
достью приветствовала поэеду монгсл<br />
ской народной революции и первой<br />
признала Монголию как независимое<br />
народное государство.<br />
Совершенно иными были отношения<br />
капиталистических стран к Монголии.<br />
Они категорически отказались признать<br />
ее, как самостоятельное государство.<br />
Империалистические государства не<br />
хотели расстаться с Монголией, которая<br />
являлась для них, как и другие<br />
колониальные и зависимые страны, источником<br />
сырья, сферой прилож-j ,. я<br />
капитала.<br />
Монгольская Народко-революционч м<br />
партия и народное правительство учи<br />
тывали, что степень успехов революции<br />
в Монголии находится з прямой за<br />
висимости от тесных дружественных<br />
связей с Советской Россией. Поэтому<br />
в конце октября 1921 года в Москву<br />
отправляется делегация во глазе .: Сухэ-батором<br />
для ведения переговО|М t о<br />
заключении договора. Делегация была<br />
тепло встречена руководящими деятелями<br />
партии и правительства Советской<br />
России. Исключительно важное значение<br />
имела встреча делегации с В. И.<br />
Лениным. Великий вождь сойотского<br />
народа дал исчерпывающие о гнеты на<br />
вопросы о задачах и перспективах развития<br />
монгольской революции Содержание<br />
беседы монгольских представителей<br />
с В. И. Лениным было сообщено<br />
в политическом отчете ЦК МНРП IX<br />
съезду партии в 1934 году.
132 ПУБЛИЦИСТИКА<br />
В. И. Ленин в беседе с монгольской<br />
делегацией развил идею о возможности<br />
и необходимости некапиталистического<br />
пути развития Монголии. При этом<br />
главным условием успешного движения<br />
к социализму, минуя капитализм, В. И.<br />
Ленин считал борьбу за государственную<br />
и хозяйственную независимое гь<br />
Монголии в тесном союзе с Советской<br />
Россией, усиление влияния народнореволюционной<br />
партии и правительства<br />
среди трудящихся масс.<br />
5 ноября 1921 г. в Москве, в результате<br />
переговоров, было подписано соглашение<br />
с5 установлении дружественных<br />
отношений между Советской 1'JCсией<br />
и Монголией.<br />
Это было .первое равноправное соглашение<br />
за всю многовековую историю<br />
монгольского народа. Правительство<br />
Советской России признало пародиен:<br />
правительство, как единственно законное<br />
правительство Монголии, подтвердило<br />
свой отказ 01 прав и привилегий,<br />
обусловленных неравноправными договорами,<br />
навязанными Монголии царской<br />
Россией. Все пункты советско-монго ibского<br />
соглашения J921 года были проникнуты<br />
духом равноправия и уважения<br />
двух народов, стремлением Советской<br />
России оказать монгольскому пароду<br />
помощь в политическом, экономическом<br />
и культурном развитии страны.<br />
В 1924 году состоялся III съезд<br />
МНРП. Следуя марксистско-ленинскому<br />
учению о возможности перехода отсталых<br />
стран к социализму, минуя капиталистическую<br />
стадию развития, III<br />
съезд партии принял решение о некапиталистическом<br />
пути развития Монголии.<br />
В этом историческом решении нашла<br />
свое выражение генеральная линия<br />
МНРП на весь последующий исторический<br />
период. В решении III съезда<br />
партии говорилось: «Дружба монгольского<br />
государства с Советским Союзом<br />
далеко выходит за рамки экономических<br />
выгод. Политическое содержание<br />
и значение этой дружбы заключается в<br />
величайшем влиянии Советского Союза,<br />
как страны социализма, на историческую<br />
судьбу Монголии» 1 .<br />
В этом же году был созван 1-й Великий<br />
Народный Хурал, который провозгласил<br />
Монголию народной республикой<br />
и принял первую в истории монгольского<br />
народа конституцию. В чей<br />
говорилось: «Монголия объявляется независимой<br />
народной республикой, в ко-<br />
1 Постановления съездов, конференций<br />
и пленумов ЦК МНРП, т. 1, 1921—1929<br />
г.г., Улан-Батор, 1946 г., стр. 134 (на монгольском<br />
языке).<br />
торой вся власть принадлежит трудящемуся<br />
народу».<br />
Принятие демократической конституции<br />
и провозглашение народной республики<br />
в стране, в которой всего<br />
лишь несколько лет назад господствовал<br />
феодальный строй, явилось событием<br />
большого политического значения.<br />
Оно показало, что народ может<br />
взять власть в свои руки и стать хозяином<br />
собственной судьбы только путем<br />
революционной борьбы.<br />
Руководствуясь историческими решениями<br />
III съезда партии и первого Великого<br />
Народного Хурала, Монгольская<br />
Народная Республика добилась<br />
больших успехов в политическом, экономическом<br />
и культурном развитии.<br />
В течение 1924 —1940 годов, в непримиримой<br />
борьбе со всеми классовыми<br />
врагами монгольского народа,<br />
осуществлены такие важнейшие по своей<br />
значимости революционные мероприятия,<br />
как ликвидация феодальной<br />
собственности на средства производства,<br />
вытеснение иностранного капиталя<br />
из экономики страны, создание национальной<br />
промышленности и социалистических<br />
форм хозяйства, проведение<br />
культурной революции, коренное улучшение<br />
материального положения трудящихся<br />
масс.<br />
Основой экономики МНР является<br />
скотоводство. По количеству скота на<br />
душу населения МНР занимает первое<br />
место в мире. Скот и его продукция<br />
составляют главное средство жизни,<br />
монгольских аратов. С 1924 года по<br />
1940 год поголовье скота в республике<br />
увеличилось примерно в два раза. При<br />
этом, если в 1924 году значительное<br />
количество скота находилось в руках<br />
феодалов и монастырей, ю к 1940 году,<br />
в результате ликвидации класса<br />
феодалов и феодальной собственности<br />
на средства производства, весь скот<br />
стал принадлежать трудящимся apiтам.<br />
На основе глубоких изменений и преобразований<br />
в экономической жизни<br />
произошли коренные изменения в<br />
классовой структуре монгольского об<br />
шества. В результате ликвидации классово-враждебных<br />
элементов, население<br />
МНР в 1940 году состояло из двух<br />
дружественных классов — рабочих и<br />
крестьян.<br />
Рабочий класс является в Монголии<br />
новым классом, возникшим вместе с<br />
появлением и развитием национальной<br />
промышленности. Дореволюционная<br />
феодальная Монголия не знала такого<br />
класса. Эти два класса — рабочие и<br />
крестьяне — являются полноправными<br />
хозяевами всей земли, ее недр, скота,<br />
машинно-сенокосных станций, фабрик,
ПУБЛИЦИСТИКА I л.;<br />
заводов, железных дорог, шахт, банков<br />
и т. д.<br />
В марте 1940 года состоялся десятый<br />
съезд Монгольской Народно-революционной<br />
партии, который констатировал<br />
победу генеральной линии партии<br />
о некапиталистическом развитии и<br />
определил дальнейший путь МНР. На<br />
этом съезде партии Чойбалсан заявил:<br />
«Теперь уже можно с уверенностью<br />
сказать, что мы прочно встали на путь<br />
некапиталистического развития. Опыт<br />
нашей страны имеет огромное международное<br />
значение, ибо мы первая<br />
страна, которая, при помощи стралы<br />
победившего социализма, идет от феодализма<br />
и крепостничества к соцчллизму»<br />
1 .<br />
В этом же году состоялся восьмой<br />
Великий Народный Хурал, которыч<br />
принял новую конституцию МНР.<br />
Она законодательно закрепила победы,<br />
одержанные трудящимися страны под<br />
руководством Народно-революцнокаой<br />
партии в течение 1924 — 1940 гг.<br />
Все эти успехи Монгольской Народной<br />
Республики неотделимы от бескорыстной<br />
братской помощи Советсього<br />
Союза.<br />
Одной из форм помощи Советского<br />
Союза Монгольской Народной Респ 5лике<br />
является передача ей опыта социалистического<br />
строительства.<br />
Экономическое сотрудничество между<br />
СССР и МНР установилось еще з<br />
то время, когда в Европе и Азии не<br />
было других стран народной демократии,<br />
образовавшихся в результат<br />
второй мировой войны. Это сотрудничество<br />
было основано на полном равноправии<br />
и взаимной выгоде.<br />
Экономическая помощь СССР Монгольской<br />
Народной Республике принимает<br />
самые разнообразные формы: взаимный<br />
обмен товарами, помощь в р t.;витии<br />
сельского хозяйства, промышленности<br />
и траспорта, научно-техническая<br />
помощь, предоставление кредитов,<br />
содействие в строительстве промышленных<br />
предприятий и использовании<br />
природных богатств, передача производственного<br />
опыта, помощь в подготовке<br />
специалистов по различным отраслям<br />
народного хозяйства.<br />
В 1937 — 1938 годах Советский Союз<br />
помог Монгольской Народной Республике<br />
организовать первые машинносенокосные<br />
станции, которые сыграли<br />
исключительно большую роль в деле<br />
переустройства скотоводческого хозяйства.<br />
СССР передал тогда Монгольской<br />
Народной Республике 50 тракторов,<br />
550 сенокосилок, 325 конных<br />
1<br />
Журнал «Современная<br />
1940 г., № 1—2, стр. 38.<br />
Монголия»<br />
граблей, 25 прессов, 10 нефтедннгаи:<br />
лей, 10 передвижных мастерских, i~><br />
грузовиков и целый ряд других видом<br />
оборудования и инструментов на сум<br />
му в 1,3 миллиона тугриков. Кроме<br />
того, в это же время были посланы в<br />
МНР 142 специалиста сельского хозяйства.<br />
На опыте советских колхозников<br />
монгольские араты научились<br />
сенокошению, строительству скотных<br />
дворов, колодцев и т. д.<br />
Советское государство оказывало<br />
большое содействие монгольскому 'гародному<br />
государству в создании широкой<br />
сети ветеринарных и зоотехнических<br />
участков в стране. Основа научной<br />
ветеринарии в Монголии заложена<br />
советскими специалистами. В результате<br />
осуществления этих мероприятий<br />
скотоводство Монголии становилось<br />
все менее зависимым от стихийных<br />
природных условий.<br />
Велика помощь Советского Союза в<br />
развитии промышленности МНР. СССР<br />
поставлял Монгольской Народной Республике<br />
промышленное оборудование<br />
и строительные материалы: СССР по<br />
просьбе правительства МНР на определенный<br />
срок направлял советских инженерно-технических<br />
работников и квалифицированных<br />
рабочих для строительства<br />
промышленных предприятий;<br />
советские инженеры, техники и мастера<br />
с полной готовностью передавали<br />
свой производственный опыт трудящимся<br />
Монголии.<br />
Советский Союз оказывал МНР огромную<br />
помощь в развитии народного<br />
образования, в закладывании основы<br />
современной научной медицины, в организации<br />
научно-исследовательской работы,<br />
в подготовке специалистов по<br />
различным отраслям науки и культуры.<br />
В своем становлении и развитии национальная<br />
культура монгольского народа<br />
испытывала и испытывает благотворное<br />
влияние самой передовой в мире<br />
культуры — культуры советского<br />
народа.<br />
На протяжении всей истории существования<br />
МНР Советский Союз выступал<br />
на защиту ее интересов и независимости.<br />
Японские империалисты с давних<br />
времен стремились превратить Монголию<br />
в свою колонию и выгодный плацдарм<br />
для нападения на Советский Союз.<br />
В 1931 году Япония захватила Манчжурию,<br />
и японские войска продвинулись<br />
к восточным границам МНР. В<br />
связи с этим создалась реальная военная<br />
угроза Монгольской Народной Республике.<br />
27 ноября 1934 года правительство<br />
СССР и правительство МНР, учиты-
134<br />
вая угрозу нападения со стороны Японии,<br />
заключили джентльменское (устное)<br />
соглашение о взаимной помощи.<br />
В течение 1935 —1936 годов япономанчжурские<br />
войска систематически<br />
нарушали государственную границу<br />
Монгольской Народной Республики. В<br />
связи с этим в феврале 1936 года японскому<br />
послу в Москве было сделано<br />
предупреждение, что участившиеся за<br />
последнее время столкновения и инциденты<br />
на монгольской границе вызывают<br />
беспокойство у правительства<br />
СССР, которое с 1921 года неизменно<br />
проводит политику дружественных отношений<br />
с МНР.<br />
В марте 1936 года, в Улан-Баторе,<br />
был подписан протокол о взаимопомощи<br />
между СССР и МНР. Это соглл'<br />
шение было основано на взаимном уважении<br />
и понимании двух договаривающихся<br />
сторон, на исторически сложившейся<br />
дружбе советского и монгольского<br />
народов. В протоколе указывалось:<br />
«Правительства Союза Советских<br />
Социалистических Республик и<br />
Монгольской Народной Республики<br />
обязуются в с.чучае военного нападения<br />
на одну из договаривающихся сторон<br />
оказать друг другу всяческую, в том<br />
числе и военную помощь» 1 .<br />
Подписание протокола о взаимопомощи<br />
еще раз показало, что Советс:;:ш<br />
Союз является надежной гарантией защиты<br />
свободы и независимости Монгольской<br />
Народной Республики.<br />
Угроза военного вторжения японских<br />
1гмпериалистов на Монгольскую Народную<br />
Республику оставалась реальной.<br />
С конца 1938 года военные конфликты<br />
и провокационные вылазки японских<br />
захватчиков на границе МНР снова<br />
участились. Было совершенно очевидно,<br />
что японская военщина собирается<br />
напасть на МОНГОЛЬСКУЮ Народную<br />
Республику. В связи с этим правительство<br />
СССР сделало предупреждение<br />
правительству Япончи о прекращении<br />
провокационных действий на монготиской<br />
границе.<br />
В мае 1939 года на III сессии 3 :р.<br />
ховного Совета СССР В. М. ?Лолотов<br />
заявил: ^По существующему между<br />
СССР и Монгольской Народной Республикой<br />
договору о взаимопомощи, :лы<br />
считаем своей обязанностью оказывать<br />
Монгольской Народной Республике должную<br />
помощь в охране ее границ. Г\1ы<br />
1 Сборник действующих договороБ, соглашений<br />
и конвенции, заключенных с ич 'странными<br />
государствами.. Вып IX, изд<br />
Наркоминдел, Москва, 1938 г. стр. 43.<br />
2<br />
В. М. Молотов О международном<br />
положении и внешней политике СССР<br />
Госполитиздат, 1939 г. стр., 14.<br />
ПУБЛИЦИСТИКА<br />
серьезно относимся к таким вещам, как<br />
договор взаимопомощи, который подписан<br />
Советским Правительством. Я должен<br />
предупредить, что границу Монгольской<br />
Народной Республики, в силу<br />
заключенного между нами договора<br />
о взаимопомощи, мы будем защи-<br />
щать также решительно, как и свою<br />
собственную границу» 2<br />
.<br />
Однако решительные заявления Советского<br />
Правительства не остановили<br />
японских захватчиков. В мае 1939 года<br />
японские войска при поддержке танков,<br />
самолетов и артиллерии вторглись на<br />
территорию Монгольской Народной<br />
Республики в районе реки Халхин-Гол.<br />
Развернувшиеся военные действия<br />
(май — август 1939 г.) полностью опрокинули<br />
расчеты японских захватчиков.<br />
С первых же дней войны на помощь<br />
Монгольской народно-революционной<br />
армии пришли части Советской Армии,<br />
которые вместе с ней рука об руку doролись<br />
против японских милитаристов.<br />
Военные действия в районе реки<br />
Халхин-Гол закончились пораженном<br />
войск империалистической Японии и<br />
славной победой советско-монгольских<br />
войск. В ходе совместной борьбы против<br />
японских захватчиков дружба советского<br />
и монгольского народов еще<br />
более укрепилась.<br />
Вторая мировая война явилась серьезным<br />
испытанием силы дружбы<br />
СССР и МНР. Дружба советского и<br />
монгольского народов в период Отс»с<br />
ственной войны против гитлеровской<br />
Германий получила свое дальнейшее<br />
развитие.<br />
В день нападения гитлеровских захватчиков<br />
на СССР, 22 июня 1941 года,<br />
Президиум Малого Хурала, Совет Министров<br />
МНР и ЦК МНРП обсудили<br />
на своем объединенном заседании вопрос<br />
о вероломном нападении гитлеровской<br />
Германии на СССР и приняли<br />
специальное решение о полной поддержке<br />
Советского Союза и об оказанчи<br />
ему любой помощи. Так. с первого дня<br />
войны МНР горячо поддержала Советский<br />
Союз в его борьбе против германского<br />
фашизма и перестроила свое народное<br />
хозяйство применительно к условиям<br />
войны и интересам фронта.<br />
Трудящиеся Монгольской Народной<br />
Республики со всей серьезностью сознавали,<br />
что немецкий фашизм—смертельный<br />
враг не только советского, ио<br />
и монгольского народа.<br />
Состоявшийся в ноябре 1941 года<br />
пленум ЦК МНРП в своем постановлении<br />
указывал: «...самой важной и основной<br />
задачей МНР в настоящее время<br />
является задача всемерной помощи народам<br />
Советского Союза в их борьбе с<br />
гитлеризмом, ибо без победы над гитле-
ПУБЛИЦИСТИКА<br />
ризмом, угрожающим порабощением<br />
всех народов мира, невозможно дальнейшее<br />
свободное и успешное развитие<br />
MHP»i.<br />
По призыву МНРП в стране развернулось<br />
мощное патриотическое движение<br />
по оказанию помощи советскому<br />
народу. Эта помощь принимала различные<br />
формы и продолжалась на протчжении<br />
всего периода Великой Отечественной<br />
войны.<br />
Танковая колонна «Революционная<br />
Монголия», авиаэскадрилья «Монгольский<br />
арат», подарки, отправленные в 10<br />
железнодорожных зшелонах, 60.000<br />
коней, 40.000 голов скота, сбор средств<br />
в помощь пос1радавшим от войны, в<br />
фонд обороны, инвалидам и детям-сиротам—являются<br />
посильной помощью<br />
МНР Советскому Союзу. В организации<br />
помощи Советскому Союзу принимали<br />
участие все слои монгольского<br />
населения—рабочие, крестьяне, интеллигенция,<br />
учащиеся, бойцы и командпры<br />
Народно-революционной армии.<br />
Работники Улан-Баторского промышленного<br />
комбината — крупнейшего предприятия<br />
республики, которому поручллн<br />
готовить подарки для фронтовиков,<br />
работали с полным напряжением сил,<br />
отказываясь иногда or выходных днен.<br />
Отдельные рабочие выполняли план на<br />
600 — 700 процентов.<br />
В Монгольской Народной Республике<br />
в период Великой Отечественной войчы<br />
нельзя было найти такого уголка, где<br />
бы монгольские араты — мужчины и жонщины,<br />
старики и деги— не следили за<br />
мужественной борьбой советского народа<br />
прошв немецко-фашистских захзлт-<br />
ЧИКО..В.<br />
Маршал Чойбалсан в своем докладе<br />
о состоянии работы по оказанию помощи<br />
фронту на 26-й сессии Малого Хурала<br />
отметил, что «война немецких фашистов<br />
против СССР есть война и против<br />
нашей республики. Наша священная<br />
обязанность состоит в том, чтобы<br />
разделить вместе с братски?.; советским<br />
народом, с начала и до конца, все тяготы<br />
борьбы, ибо в этой борьбе решается<br />
судьба нашего народа, нашего народно-революционного<br />
строя-> 2 .<br />
Оказывая помощь Советскому Golosh<br />
в период Великой Отечественной<br />
войны, монгольский народ внес свил<br />
посильный вклад в дело разгрома немецко-фашистских<br />
захватчиков.<br />
Победоносное завершение Великой<br />
Отечественной войны советского народа<br />
1<br />
Журнал «Современная Монголия»<br />
№ 1, 1942 г., стр. 15.<br />
i «Унэн» («Правда»)—орган ЦК МНРП<br />
и Правительств^! МНР, 6 марта 1943 г,<br />
№ 55.<br />
135<br />
против гитлеровской Германии еще не<br />
означало окончания второй мировой<br />
войны. После того, как очаг мировой<br />
агрессии на Западе был ликвидирован,<br />
Япония продолжала существовать кдк<br />
агрессивная держава. Новейшая история<br />
знает много фактов, когда империалистическая<br />
Япония неоднократно совершала<br />
свои агрессивные действия<br />
против Советской России и Монголии.<br />
В августе 1945 года в целях предотвращения<br />
угрозы новой войны на Дальнем<br />
Востоке, верный союзническому<br />
долгу, Советский Союз объявил войну<br />
Японии. Монгольская Народная Республика—<br />
одна из дальневосточных<br />
стпан, которая неоднократно была ооьектом<br />
нападения японских захватчиков,<br />
вместе с Советским Союзом вступила<br />
в войну с фашистской Японией.<br />
В течение исключительно короткого<br />
времени доблестные советские войска<br />
разбили ударные силы японской армии.<br />
Вместе с вооруженными силами Советского<br />
Союза в разгроме японской армии<br />
приняли участие части Монгольской<br />
народно-революционной армии. Империалистическая<br />
Япония вынуждена была<br />
сложить оружие и капитулировать.<br />
3 сентября 1945 года победоносно закончилась<br />
война с империалистической<br />
Японией и тем самым был ликвидн юван<br />
очаг агрессии на Востоке. Здесь, на<br />
полях Манчжурии, в совместной борьбе<br />
против японских империалистов,<br />
дружба народов СССР и МНР получила<br />
свое дальнейшее развитие.<br />
После второй мировой войны дружба<br />
советского и монгольского народов* ещеболее<br />
укрепилась. Как естественное<br />
выражение прочно ус1ановившихся дружественных<br />
отношений между Советским<br />
Союзом и МНР, 27 февраля 1946<br />
года был подписан договор о дружбе и<br />
взаимопомощи. Одновременно" было<br />
подписано соглашение об экономическом<br />
и культурном сотрудничестве между<br />
СССР и МНР. Эти документы<br />
имеют огромное значение для дальнейшего<br />
укрепления дружбы советского и<br />
монгольского народов н обеспечен,ы<br />
мира на Дальнем Востоке.<br />
После второй мировой войны мои<br />
гольский народ, под руководством<br />
МНРП, при братской помощи СССР, до<br />
стиг больших успехов в разит ии ишчомики<br />
и культуры страны. Партия и правительство<br />
МНР за последние годы приняли<br />
ряд мер для увеличения иоголонья<br />
скота: предоставлены аначп nvibin.ie<br />
льготы по налогу па крупный рогатый<br />
скот, организованы ноные мапшш'о :ч>нокосные<br />
станции, подготовлено большое<br />
количество квалифицированных<br />
ветеринаров. В результате них мер<br />
растет поголовье скота. С 10 17 года по
НАРОДНЫЙ ХУДОЖНИК<br />
К третьей годовщине со дня смерти Ц. С. САМПИЛОВА<br />
Часто у людей возникают<br />
вопросы: почему<br />
у художников Бурят-Монголии<br />
мало запоминающихсяполотен,<br />
почему в их творчестве<br />
так мало разнообразия?<br />
Отвечая на<br />
эти вопросы, надо прежде<br />
всего сказать,<br />
что художники еще<br />
плохо знают жизнь. А<br />
хорошие темы, интересные<br />
картины даже<br />
у самых талантливых<br />
мастеров рождаются<br />
только при глубоком<br />
и всестороннем знании<br />
жизни. Она дает волнующие<br />
темы, сюжеты,<br />
подсказывает краски<br />
палитры. Хорошим<br />
примером является в<br />
этом отношении творчество<br />
нашего покойного<br />
Цыренжапа Сампиловича<br />
Сампилова.<br />
Чем больше сталкиваешься<br />
с волнующими<br />
вопросами искусства,<br />
тем чаще приходится<br />
вспоминать этого<br />
интересного художника.<br />
Его творчество, а<br />
стало быть и его имя,<br />
популярно потому, что<br />
оно тесно связано с<br />
жизнью народа. Сампилов<br />
широко общался<br />
с людьми. Он не<br />
замыкался в стенах<br />
мастерской, а вращался<br />
в гуще народа, и<br />
сюжеты свои не выдумывал,<br />
а черпал из<br />
действительности. Вот<br />
почему его картины не<br />
забываются.<br />
С картины Г. Павлова. Портрет Ц. С. Сампилова.
ПУБЛИЦИСТИКА<br />
Сампилов — художник по натуре.<br />
Мы не знаем его спокойным, безразличным<br />
и хладнокровным наблюдателем<br />
жизни. Он был бесконечно любознателен.<br />
Только страстная любовь к жизни,<br />
искусству, к знаниям помогли ему из<br />
неграмотного пастуха, а затем чернорабочего,<br />
стать настоящим мастером<br />
кисти. Если бы не эта любовь к знаниям,<br />
человек, который никогда не учился<br />
в школе, едва ли мог бы так хорошо<br />
разбираться в искусстве, знагь<br />
литературу, театр, как Цыренжап Сампилов.<br />
Ц. С. Сампилов родился в 1893 году,<br />
в одном из далеких улусов Еравны,<br />
в семье бедного бурята Ошира, шестым<br />
ребенком. Обремененные большой семьей,<br />
бедняки-родители на вторые сутки<br />
отдали сына такому же бедному, но<br />
бездетному ямщику, который работал у<br />
содержателя почтовых подвод.<br />
Жизнь Цыренжапа была очень тяжелой<br />
с самого раннего детства. Сначала<br />
он был подпаском у кулака Гамова,<br />
потом пас овец у Сапунова. Через<br />
несколько лет подросток пешком<br />
добирается до Читы и работает дворником,<br />
грузчиком, наконец, шахтером на<br />
черновских каменноугольных копях, а<br />
затем идет на частную мельницу Кулаева<br />
чернорабочим. Отсюда осенью 1916<br />
года, в числе «реквизированных» царским<br />
правительством, Сампилов уезжает<br />
на западный фронт, на тыловые работы.<br />
После февральской революции 1917<br />
года Сампилов возвращается в Читу и<br />
снова нанимается чернорабочим к своим<br />
старым хозяевам.<br />
В период семеновского рпнгули он<br />
попадает в концлагерь. (К'ШЮодишни i.,<br />
становится регистратором, потом ну|>• •<br />
ером, затем поступает младшим мили<br />
ционером в 3-й участок рабоче-крсгть<br />
янской милиции в г. Чите. Симнилому<br />
было тогда 26 лет. Советская нлмсп.<br />
открыла ему дорогу к знаниям. дала<br />
возможность осуществить давнишнюю<br />
мечту—стать художником.<br />
К тридцати годам Сампилов уже ни<br />
учился не только по-настоящему рнсо<br />
вать, но и постиг грамоту. Чтобы наверстать<br />
упущенное, Сампилов много<br />
читал. Он жадно следил за новинками<br />
художественной литературы. Вот один<br />
из примеров его любви к книге. 29 июня<br />
1953 года в своем письме из больницы<br />
Цыренжап Сампилович спрашивает:<br />
«Что нового у наших писателей'.'<br />
Какие новые стихи, очерки появились?<br />
Может быть, есть новые романы и повести?<br />
Узнай и напиши». Тут же он сообщает:<br />
«Замечательная у нас библиотека.<br />
Хотя я лежу все время на спине,<br />
но все же прочитал многое из Бальзака,<br />
Стендаля, Дидро. Мопассана, Гюго,<br />
Мериме, А. Толстого, например «Эмигранты»<br />
и другие, дочитал Игнатьева<br />
«50 лет в строю». Впереди еще есть<br />
время, потому что меня хотят держать<br />
до полного выздоровления, и я с наслаждением<br />
прочитаю еще десятки<br />
книг».<br />
Это было за месяц до его смерти.<br />
Другим примером этой постоянной<br />
любознательности служит домашняя библиотека<br />
художника, в которой можно<br />
найти различную литературу, начиная<br />
от современных брошюр, кончая очень<br />
Ц. Сампилов. Кони, запряженные в сани. Этюд, 1942 г.<br />
i i
140 ПУБЛИЦИСТИКА<br />
старыми изданиями, среди которых—<br />
\никальные толстые книги.<br />
Сампилов всегда горел желанием как<br />
можно больше сделать, успеть везде<br />
побывать и порисовать. В любое время<br />
года он едет то в один, то в другой аймак,<br />
то пойдет пешком за город, на<br />
Верхнюю Березовку или в «Медвежью<br />
падь», и пишет этюды, а то сидит на<br />
берегу Селенги или стоит в зверинце<br />
и рисует зверей, птиц. Он не расставался<br />
со своим блокнотом и карандашом<br />
даже на собраниях.<br />
Такого, можно сказать, репортерского<br />
качества, привычки никогда не расставаться<br />
с блокнотом и карандашом,<br />
недостает многим нашим художникам.<br />
Популярность Саглпилова среди народа<br />
была огромна.<br />
О том, как Сампилов заботился о<br />
творческих делах товарищей по кисти,<br />
свидетельствуют многие его письма.<br />
«Меня очень интересует, кто куда выезжал,<br />
какие хорошие этюды есть?<br />
Какая стоит погода, как трава, как<br />
вообще урожай? Больше бы хороших<br />
этюдов для будущих картин, например,<br />
таких, как «Новый урожай», или<br />
«Цветущие степи. Забайкалья», — писал<br />
Сампилов летом 1953 года из гзнатория.<br />
Мне, хорошо знавшему Сампилова,<br />
хочется рассказать о нем не только как<br />
о художнике, но и как о человеке.<br />
Цыренжап Сампилов всегда был полон<br />
энергии, бодрости. Никто не видел<br />
его в плохом настроении. А когда он<br />
играл в шахматы, то его бодрость,<br />
энергия, что называется, били через<br />
край. Где бы и с кем бы ни сражался<br />
Сампилов на шахматной доске, он<br />
всегда записывал в блокнот фамилию,<br />
имя и отчество «противника» и аккуратно<br />
отмечал все выигрыши Й проигрыши.<br />
Однажды в вагоне произошел занятный<br />
случай. Сампилов пригласил из соседнего<br />
купе одного военного товарища<br />
поиграть в шахматы. Расставили фигуры,<br />
началась игра. Полковник взял флгуру<br />
и стал раздумывать. 3 это время<br />
Сампилов вынул из кармана блокнот л<br />
вдрз,г спросил:<br />
— Ваша фамилия?<br />
От неожиданности тот даже выронил<br />
фигуру. Через минуту оба шахматиста<br />
громко смеялись.<br />
15 июля 1950 года с курорта Дарасун<br />
Самшглоз писал. «Все хорошо,<br />
кроме одного — нет хороших шахматистов,<br />
пока г. 4t мпион курорта».<br />
О том, что Стмг/'тоз был «заядльш»<br />
охотником, — знают многие. Дома у<br />
него образовался ц?лый арсенал всевозможного<br />
оружия. Под конец оч<br />
приобрел ружье огромнс *шегэ каллб-<br />
ра. Как было показано в дружеском<br />
шарже, он привез его домой на машин<br />
а с прицепом.<br />
Небезинтересно, в связи с этим отметить<br />
еще одну очень сильную сторону<br />
художника — это его тонкий юмор. Он<br />
поражал своими островыразительными<br />
шаржами и карикатурами. Очень метко<br />
подчеркивал он характерные черты людей.<br />
Особенно «страдали» от карандашных<br />
острот Сампилова его друзья —<br />
Хоца Намсараев, Р. Мэрдыгеев, Ф. Балдаев,<br />
доставалось и автору этих строк.<br />
Остроумному шутнику Хоца Намсараеву<br />
часто приходилось отбиваться<br />
от карикатур Сампнлова своими ловко<br />
сочиненными анекдотами, направленными<br />
против своего «противника». Вог<br />
один из них. Происходит заячье собрание.<br />
Для безопасности выставлен<br />
дозор. Вдруг прибегает взволнованный<br />
часовой и, заикаясь, сообщает о пол£<br />
лении грузовой машины, полной вооруженными<br />
людьми — охотникам! 1<br />
среди них — человек в кожаном пальто,<br />
в очках, с крупнокалиберным ружьем<br />
в руках. Старый заяц, выслушлБ<br />
донесение часового, спокойно произнес.<br />
— Тихо, не волнуйтесь, ничего страиного<br />
тут нет. Я знаю человека в очках<br />
и с большим ружьем. Это — Сам<br />
пплов. К нашему счастью, он всегда<br />
стреляет мимо, в нас он не попадет.<br />
Собрание продолжалось... Но вскор<br />
часовой сноЕа прибежал и говорит: «По<br />
казался верховой, видать — колхозник<br />
с небольшим одноствольным ружьем<br />
Тут старый заяц, сразу оценив полг<br />
жение, немедленно приказал собрали;:<br />
разойтись и спасаться от охотника. Н,<br />
подобные остроты Сампилов отвеча i<br />
карикатурами.<br />
Дружеские шаржи и карикатурь<br />
Сампилова были удивительно меткимп<br />
удивительно живучими. Они не утрат:,<br />
ли своей жизненности и художестве,!<br />
ной ценности и поныне.<br />
А сколько бессонных ночей проводи<br />
Сампилов в фотолаборатории. У HOI<br />
была большая страсть к фотографии<br />
Он часто устраивал фото-выставки си<br />
их работ. Многочисленные альбом!<br />
Сампилова, заполненные фотоснти<br />
ми, представляют большой инте|л <<br />
Трудно осветить в статье все то,<br />
увлекало художника.<br />
Вот почему так разнообразно и Спи<br />
то творчество Сампилова. За с.»><br />
сравнительно недолгую жизнь он<br />
писал более 500 живописных тем;п.<br />
ческих полотен — картин, портрси<br />
пейзажей, натюрмортов, этюдов и и< i<br />
пяти с половиной тысяч графнчг i<br />
работ.<br />
Одной из популярнейших кирш<br />
Ц. Сампилова является «ЛюГюнь
ГО БЛИЦИСТИКА<br />
степи». В ней художник по-своему вы<br />
разил тему свободы бурят-монгольского<br />
народа, которую принесла ему советская<br />
власть. Хорошо известны также<br />
картины «Революция», «Въезд партизан<br />
в г. Верхнеудинск», «Монгольские<br />
партизаны», «За власть Советов», «Год<br />
великого перелома», «Ленинская десятина»,<br />
«Пастух», «На полевом стане>>.<br />
«В долине Жаргалантуя» и многие<br />
другие.<br />
Но, пожалуй, не ошибусь, если ск?жу,<br />
что наиболее интересен, разнообразен<br />
и еще более своеобразен был<br />
Сампилов в графике. Именно в графике<br />
наиболее ярко проявился талант художника,<br />
мастерство рисунка, котороэ<br />
дает возможность одними лишь контурными<br />
линиями выразить характер изображаемого.<br />
Не всякий художник, например,<br />
может нарисовать животное.<br />
Сампилов же умел бесподобно передать<br />
особенности каждого животного. Он<br />
всегда говорил: «Животные, как и люди,<br />
все разные, они не одинаковы, у каждого<br />
есть свое».<br />
Среди его графических работ сотым<br />
знакомых нам людей. Тут и рядовые<br />
колхозники, и руководители колхозов,<br />
МТС, и сельские специалисты, агрономы,<br />
зоотехники, учителя. И на каждом<br />
рисунке непременно подробные данные<br />
о человеке, показатели его трудовых<br />
успехов: надоила столько-то литров молока,<br />
убил столько-то волков, за что<br />
получил то-то и то-то и т. д.<br />
Много оставил Сампилов острых, язвительных<br />
сатирических рисунков и<br />
карикатур, бичующих лентяев, ноенэв<br />
и кулаков. Но шаржировал он и ок.!<br />
рикатуривал не только людей. Художник<br />
создавал бесподобные шаржи на<br />
животных. Можно си^ть одному и ьеудержимо<br />
смеяться над шаржем на быка<br />
или лошадь, на козу или собаку. Уж<br />
больно они смешны. И, наоборот, холод<br />
пробегает по спине, когда смотришь<br />
на рисунки, изображающие грозную<br />
встречу двух быков. Какая вложена<br />
в их сила'. По праву Сампилов считается<br />
хорошим анималистом.<br />
Графика Сампилова привлекает внимание<br />
и тем, что в ней очень много работ<br />
с натуры, подтвержденных ав:отрафами<br />
видных людей не только нашей<br />
республики и страны, но и зарубежных<br />
Ц. Сампилов. Лошадь в упряжке. Этюд,<br />
1944 г.<br />
гостей. Среди них портреты А. Герасимова<br />
— президента Академии художеств,<br />
членов Академии Сарояна, Бакшеева,<br />
Серова, археолога Окладникова,<br />
композитора Ряузова, шахматиста Сало<br />
Флор, а также портреты зарубежных<br />
товарищей Анны Зегерс, Ракоши, жены<br />
Мао Цзе-дуна, генерала Корейской<br />
Народной армии Ли Ен Хо, народного<br />
художника Китая Джен Чен и многих<br />
других.<br />
Привлекательны и весьма трогательны<br />
рисунки Сампилова, любовно выполненные<br />
им незадолго до смерти.<br />
Все это показывает его неутомимость,<br />
творческую активность.<br />
Прошло три года, как не стало Сампилова,<br />
но каждая мысль о нем заставляет<br />
все больше задумываться над многими<br />
и многими вопросами искусства.<br />
Жизнь, которую прожил Сампилов, все<br />
то, что он оставил нам после смерти,<br />
говорит об одном: нужно любить свое<br />
дело, любить жизнь и труд, как любил<br />
Цыренжап Сампилович. Надо отдавать<br />
искусству всю свою душу, все свое настроение<br />
и тогда лишь оно будет волновать<br />
людей.<br />
Жизненная и творческая биография<br />
Цыренжапа Сампилова — это достойный<br />
пример для всех нас, его друзей,<br />
призванных продолжать его традиция<br />
и развивать советское изобразительное<br />
искусство.<br />
Г. ПАВЛОВ,<br />
Народный художник<br />
Бурят-Монголин.
ИЗ ИСТОРИИ ПИСЬМЕННОСТИ БУРЯТ<br />
Вопросы истории бурятской письменности<br />
в нашей литературе в настоящее<br />
время почти не затрагиваются,<br />
хотя они являются актуальными. До<br />
сих пор по этому вопросу встречаются<br />
две противоположные точки зрения.<br />
Одни утверждают, что до Октябрьской<br />
революции буряты не имели письменности,<br />
другие, наоборот, говорят, что<br />
буряты имели свою письменность задолго<br />
до установления советской власти.<br />
При этом в споре ни те, ни другие<br />
не приводят в доказательство каких-либо<br />
убедительных фактов, не говоря<br />
уже о научном обосновании своих<br />
взглядов. Споры, как правило, заканчиваются<br />
тем, что каждая сторона<br />
остается при своем мнении.<br />
Казалось бы, что вопросам истории<br />
бурятской письменности будет уделено<br />
соответствующее внимание в большом<br />
капитальном труде —«История бурятмонгольской<br />
АССР», первый том которой<br />
во втором издании вышел в<br />
1954 году. Но прямого ответа на вопрос<br />
авторы тома не дали. Они лишь<br />
кратко касаются истории переводческого<br />
дела второй половины XIX века, не<br />
связывая его с историей возникновения<br />
бурятской письменности. Таким образом,<br />
авторы «Истории БМАССР»<br />
обошли спорный вопрос, хотя имели<br />
возможность дать на него ответ, исходя<br />
из исторических фактов, которых в<br />
книге совершенно достаточно. Такое<br />
упущение тем более досадно, что при<br />
обсуждении отдельных глав первого<br />
тома подобные вопросы поднимались.<br />
В этой небольшой статье делается<br />
попытка дать некоторый обобщающий<br />
материал и на конкретных примерах<br />
показать, что бурятская письменность<br />
имеет более чем двухсотлетнюю историю.<br />
При этом автор статьи не ставит<br />
перед собой задачи открыть что-то новое,<br />
он только сошлется на известные<br />
источники, которые в той или иной:<br />
степени убеждают нас в том, что буряты<br />
в развитии своей культуры, в частности<br />
письменности, шли в ногу со<br />
многими другими малыми народами<br />
бывшей Российской империи.<br />
Втянутые в исторические события<br />
XVII века, буряты вступили в новые<br />
отношения с целым рядом других народов,<br />
в частности с русскими. К этому<br />
времени буряты уже имели свою многовековую<br />
материальную и духовную<br />
культуру. Об этом убедительно свиде<br />
тельствуют произведения устного на<br />
родного творчества бурят, где нашли<br />
отражение их образ жизни, быт и так<br />
далее.<br />
Все это говорит о том, что буряты<br />
к моменту добровольного присоедине<br />
ния к России по своему интеллектуал<br />
ному развитию были вполне подготов<br />
лены к восприятию передовой руской<br />
культуры, имели свой богато раз<br />
витый язык, включавший в себя во<br />
основные понятия из общественной, д\<br />
ховной и материальной жизни.<br />
Триста лет прошло с тех пор, как<br />
бурятский народ соединил свою судь<br />
бу с судьбой русского народа в с.к<br />
ном государстве. И вот теперь, изучм<br />
историю возникновения бурятской nm i.<br />
менности, нельзя не отметить еще<br />
еще раз, что добровольное присосдн<br />
нение Бурятии к России явилось флк<br />
том в высшей степени прогрессивным<br />
Именно после того, как Бурятия си i<br />
неотъемлемой частью Российского in<br />
сударства, здесь началось зарождени<br />
и становление бурятской письмешкк ш<br />
Следует сказать, что развитие бурт<br />
ской письменности связано с рлспр'<br />
странением христианства среди Kopi и<br />
ных жителей края. Отмечая реакцм'<br />
ную сущность всякой религии, и i" •<br />
числе и христианской, нельзя i.m<br />
ВЭТЬ И О ТОМ, ЧТО ПОрВЫМИ индии
КРИТИКА И БИБЛИОГРАФИЯ II .<br />
переводившими книги на бурятский<br />
язык, были миссионеры, служители<br />
церкви. И это относится не только к<br />
Бурятии. В XIV веке Стефан Пермский<br />
отправился проповедывать святую веру<br />
к зырянам. Он изучил их язык, из букв<br />
славянского и греческого алфавитов<br />
составил зырянскую азбуку. Вскоре на<br />
зырянском языке появились переводы<br />
священных и богослужебных книг. Казанский<br />
архимандрит Варсонофий проводил<br />
работу по обращению в христианство<br />
татар. Проповедники христианской<br />
религии работали среди якутов и<br />
других народов.<br />
Распространяя христианство, царизм<br />
преследовал вполне определенную<br />
цель: использовать все средства для<br />
превращения малых народов в послуш<br />
ных подданных. Но объективно поучалось<br />
так, что вместе с проникновэ<br />
нием христианства на окраины России,<br />
у ряда малых народов появляется своя<br />
письменность. Овладев письменностью<br />
по церковным книгам, люди начинай',<br />
L'tcTH частную переписку на своем родлом<br />
языке, записывать произведения<br />
народного творчества и т. д. В конечном<br />
счете все это послужило повьштз-<br />
Fi'io культурного уровня малых народов,<br />
способствовало укреплению связей<br />
с центром России.<br />
Среди бурятского народа распространение<br />
христианства началось в начале<br />
XVIII столетия, с учреждением институтов<br />
православного духовенства в<br />
крае. Поставив перед собой задачу обратить<br />
иноверцев в христиан, представители<br />
русского духовенства начали<br />
изучать бурятский язык и мочгольскую<br />
письменность. Первый иркутский<br />
епископ Иннокентий, усердно в.°явшийся<br />
за пропаганду православия среди<br />
коренного населения края, преобразовал<br />
монгольскую школу в монголорусскую,<br />
привлек к преподаванию бурятского<br />
и монгольского языксв ламу<br />
Лапсана.<br />
Для распространения христианской<br />
религии требовалось довольно глубокое<br />
знание бурятского язык,' и монгольской<br />
письменности. Поручив :воим<br />
ученикам и приближенным проповедызать<br />
христианство среди бурят. Иннокентий<br />
в то же время сам берется за<br />
изучение монгольской письмеяюсти и<br />
бурятского языка. Он обратился в Иркутскую<br />
провинциальную канцелярит),<br />
к" частным лицам я чиновникам с<br />
просьбой — помочь ему достать м >июльские<br />
книги для изучения и переписки.<br />
Такие книги ему были присланы<br />
сгленгинским тайшей и неким Иваном<br />
Мостиным. По указанию Иннокентия,<br />
полученные фолианты были переписаны<br />
и СЛУЖИЛИ первыми .-чгбника-<br />
ми в Иркутской мшп'и HI |iy<br />
школе.<br />
В эти годы и начинает ипрошдм IM'H<br />
переводческое дело. Ученики ижпчы,<br />
бурятские учителя и другие лю;щ еде<br />
лали попытку перевести на Оурнм'кнн<br />
язык книги священного писания и Он<br />
гослужения. Однако эти imni.iiни иг<br />
всегда были удачны, ибо пршп.хм i.<br />
впервые писать на бурятском н.н.же,<br />
который был бы понятен широким iq>\<br />
гам народа. Несмотря на первые неудл<br />
чи, русское духовенство не отказалось<br />
от поставленной цели. Оно добппаени.<br />
чтобы издаваемые книги были ясны и<br />
понятны. В результате все глубже<br />
продолжалось изучение бурятского<br />
языка и приспособление монгольского<br />
и русского алфавитов для нужд бурит<br />
ской письменности.<br />
В октябре 1790 года в Иркутском<br />
главном народном училище, которое<br />
через 15 лет было преобразовано в<br />
гимназию, открылись классы бурятско<br />
го языка, где обучалось 32 человека<br />
Параллельно с бурятскими классами<br />
существовали классы для обучения<br />
китайскому, манчжурскому и японски<br />
му языкам. Однако за исключение,!<br />
бурятского класса, все другие были<br />
вскоре закрыты. В училище продолжа<br />
лась работа по переводу на бурятский<br />
язык различных книг, в основном церковных.<br />
Не ожидая, когда бурятская письменность<br />
достигнет своего относительного<br />
совершенства, русское духовенс i -<br />
во пыталось даже использовать калмыцкий<br />
язык и письменность, считая<br />
что они близко стоят к бурятскому<br />
языку и монгольской письменности. В<br />
1815 году дорийскому тайше Галсанову<br />
был прислан лист из евангелия на<br />
калмыцком языке с той целью, чтобы<br />
он дал свое заключение о возможности<br />
использования его среди бурят.<br />
Галсанов отметил, что бурятский и калмыцкий<br />
языки различны между собой.<br />
Здесь же он посоветовал, что делать<br />
перевод следует на монгольский язык,<br />
на котором буряты смогут читать и<br />
понимать смысл прочитанного.<br />
Однако переводы на монгольский<br />
язык не получили в Бурятии широкого<br />
распространения. Наоборот, с каждым<br />
годом увеличивалось число книг, пере<br />
веденных на бурятский язык. Причем,<br />
наряду с церковными книгами перенодятся<br />
"светские. Это говорит об огром<br />
ной тяге бурят к изучению русской<br />
культуры. Таким образом попытки<br />
иметь свою письменность, зародннши<br />
еся в XVIII веке, в XIX столетии уже<br />
осуществились. Надо особен] идчеркнуть,<br />
чю прибайкальские uyp>i<br />
использовали для своей письменности
КРИТИКА и БИБЛИОГРАФ:;'?<br />
русский алфавит, тот, которым пользу нову общенародный бурятский язык и<br />
ется сейчас все коренное населен,".." одновременно использовали существую-<br />
республики и национальных округов. щие диалекты.<br />
Забайкальские буряты взяли за осно Проповедники христианства, как это<br />
ву письменности монгольский верти- можно судить по ряду источников,<br />
кальны,! алфавит.<br />
прекрасно понимал:;, что без деталь ю-<br />
Буряты, используя ати алфавиты, го изучения бурятского языка, они не<br />
могли совершенно свободно писать и смогут создать полноценных переводов.<br />
читать. В XIX веке они читали на Изучая бурятский язык, они тем самым<br />
родном языке не только книги священ совершенствовали переводы. Развитие<br />
ного писания и богослужения, но и про- переводческого дела служило основой<br />
изведения русской классической лите- и для развития бурятской письменноратуры.<br />
Больше того, буряты на своем сти, впоследствии ставшей средством<br />
роднол: языке вели хроники, летописи, для развития собственной националь-<br />
являющиеся ранними памятниками бу ной культуры.<br />
рятской литературы.<br />
Наиболее решительные меры по рас-<br />
Процесс становления бурятской пространению православия среди бурят<br />
письменности шел медленно. Это видно принял Нил, ставший во главе иркут-<br />
по тому материалу, которым мы расской епархии. В своем докладе Синоду<br />
полагаем. Но вместе с тем видно и то, от 12 мая 1844 года он просил, чтобы<br />
что из года в год письменность совер- ему разрешили принимать во все русшенствовалась,<br />
становилась достояни- ские духовные училища края бурят-<br />
< м все большего круга людей из среды ских и тунгузских мальчиков: «В об-<br />
бурят. Важно то, что сами буряты бы разованных мальчиках, бурятских н<br />
ли заинтересованы в усовершенствова- тунгузских,— писал он,— епархия принии<br />
своей письменности, предлагая обрела бы служителей алтаря, знако-<br />
различные способы и формы наиболее мых с туземными наречиями монголь-<br />
ясного и понятного письменного выраского и тунгузского языкоз. Это тем<br />
жения мысли на родном языке.<br />
необходимее, что тунгузский яз^гс<br />
В первоначальный период становле- письменно не существует, а монголония<br />
самостоятельной бурятской письбурятский далеко уклонился от книжменности,<br />
который мы относим к XVIII ного монгольского, преподаваемого в<br />
и первой половине XIX веков, как ска- здешней семинарии, так что переводы<br />
зало ьыше, большую роль сыграли Г. Шмидта оказываются большей ча-<br />
переводы различных русских религистью непонятными для бурят».<br />
озных книг на бурятский язык. После Как видим, Нил признавал сущест-<br />
упомянутого нами предложения хоринвование бурятской письменности, котоского<br />
;айши Галсаяова в 1817 г. в рая по существу коренным образом от-<br />
Петербург были направлены два зайсаличалась от монгольской. К этому врена,<br />
не знавших русского языка, но в мени бурятская письменность в своем<br />
совершенстве владевших родным. Очи развитии ушла далеко вперед, и пере-<br />
были посланы с целью перевода церводы Шмидта, когда-то служившие<br />
ковных книг на бурятский язык. В по- настольными книгами, не могли уже<br />
мощь зайсанам был дан один толмач, удовлетворять предъявленным требо-<br />
прекрасно знавший русский язык. ваниям.<br />
Предполагая, что их перевод будет из- Духовные семинарии в это время надан,<br />
хоринцы в порядке пожертвований стойчиво приглашали знатоков бурят-<br />
собрали 11.480 рублей. Но перевод не ского языка на преподавательскую ра-<br />
издавался, так как в 1820 году генеботу. Духовенство старалось подготорал-губернатор<br />
Сперанский \же ПОЛУ- вить квалифицированных переводчиков,<br />
ЧИЛ Евангелие на бурят-монгольском которые бы занимались переводом<br />
языке в переводе Шмидта.<br />
церковных книг на бурятский язык.<br />
Перевод Шмидта был разослан мис- Точности и понятности перевода присионерам,<br />
тайшам и бандидо-ламе. Он давалось большое значение, и прежде<br />
долгое время служил настольной кни- чем переводу появиться в свет, он прогой<br />
для проповедников христианства ходит через руки многих рецензентов.<br />
среди бурят.<br />
В процессе этой большой кропотливой<br />
Уже тогда Яков Чистохин, крупный работы совершенствовалась бурятская<br />
знаток бурятского языка, отмечал, что письменность. Характерно, что все пе-<br />
некоторые переводы сделаны не совреводчики наряду с бурятским тексто •<br />
сем точно, что на бурятском языке представляли для сравнения и мон-<br />
имеется возможность излагать мысли гольские варианты. Стало быть, 6\<br />
так, что они будут понятны для бурят, рятская письменность была самосто<br />
в каком бы углу края они ни жили. По ятельной.<br />
существу Чистохин поставил вопрос Однако никаких учебников, слога<br />
о том, чтобы переводчики брали за ос- рей и письменных сводов бурятский
КРИТИКА И БИБЛИОГРАФИЯ 145<br />
грамматики в это время еще не было.<br />
Но несомненно, неписанные правила<br />
бурятского языка существовали, так<br />
как переводчики были образованными<br />
по тому времени людьми. Они знали<br />
свои улигеры, исторические песни и<br />
предания, которые могли взять за основу<br />
бурятской литературной письменности.<br />
Иначе они не были бы в состоянии<br />
излагать в письменной форме на<br />
родном языке всевозможные сложчые<br />
тексты.<br />
Только при наличии бурятского литературного<br />
языка и письменности Доржи<br />
Банзаров мог перевести на бурятский<br />
язык «Краткую священную историю<br />
церкви, Ветхого и Нового завета»,<br />
изданную в 18-19 году Казанской<br />
университетской типографией. Книга<br />
в переводе Д. Банзарова была распространена<br />
почти по всем народным училищам<br />
Иркутской губернии.<br />
Одновременно с Д. Банзаровым переводом<br />
русских книг на бурятский<br />
язык занимались Константин Стуков и<br />
священник Кульской церкви (Хоринск)<br />
Михаил Телятьев. Кроме того, К. Стуков<br />
представил работу, состоявшую из<br />
шести частей под заглавием «Новейшие<br />
бурятские разговоры» и часть<br />
«С лавено-русско-монгольской фразеолотии»<br />
на букву «А». По отзыву многих<br />
специалистов того времени работы<br />
Стукова оценивались высоко, они свидетельствовали<br />
о большой эрудиции<br />
автора, о хорошем знании бурятского<br />
языка.<br />
Другой крупный знаток бурятского<br />
языка М. Телятьев, живший среди хоринских<br />
бурят, в марте 1852 года просил<br />
Нила отправлять службу среди бурят<br />
на родном языке. В своей просьбе<br />
он указывал, что часть молитвословий<br />
для бурят уже переведена, часть книг<br />
обещал перевести сам. Однако архиепископ<br />
Нил не разрешил М. Телятьеву<br />
использовать перечисленные им переводы,<br />
так как по его мнению они содержат<br />
ошибки. Нил далее указывал,<br />
что переводами книг на бурятский<br />
язык следует заниматься тщательно,<br />
что следует шире использовать бурятский<br />
разговорный язык. Прежде всего<br />
Нил предлагал М. Телятьеву заниматься<br />
такими переводами, которые были<br />
бы доступны всем б\ рятам. Он рекомендовал<br />
также избегать при переводе<br />
на бурятский язык слов и оборотов,<br />
присущих монгольскому языку, держаться<br />
ближе подлинника, не употреблять<br />
непонятных слов, избегать<br />
повторений.<br />
В январе 1853 г. М. Телятьев представил<br />
свои переводы. Нил, используя<br />
10. «Свет над Байкалом», № 3.<br />
рецензентов и других специалистов бурятского<br />
языка, нашел, что М. Телятьев<br />
в представленных переводах допустил<br />
ошибки, неточности. Тогда Телятьев<br />
представил рукопись в трех текстах:<br />
славянском, бурятском, написанном<br />
русскими^ буквами с ударением, и<br />
бурятском, написанном монгольскими<br />
буквами. Но своей правоты он доказать<br />
не мог. Спор между Нилом и Телятьевым<br />
о бурятской письменности зашел<br />
так далеко, что хоринский проповедник<br />
православной веры чуть не лишился<br />
сана и места.<br />
Нил был убежден, разумеется, не<br />
без учета мнения лучших знатоков бурятского<br />
языка и письменности, что<br />
книги можно переводить на бурятский<br />
язык с максимальной точностью, добиваться,<br />
чтобы они были понятны для<br />
всего бурятского населения края. Исходя<br />
из этого, он привлек к переводческой<br />
деятельности все имеющиеся в<br />
Иркутской губернии силы. Иркутской<br />
духовной семинарии он поручил составление<br />
монголо-бурятскйго лексикона<br />
для церковно-библейского употребления.<br />
В инструкции по составлению лексикона<br />
Нил предлагал авторскому коллективу<br />
обратить особое внимание на<br />
местные говоры, выбирать из них н ыболее<br />
общеупотребительные слова,<br />
выражения и понятия, с таким расчетом,<br />
чтобы в будущем можно было шчре<br />
использовать бурятскую письменность<br />
для перевода более сложных<br />
книг.<br />
Работа по составлению лексикона<br />
была поручена учителям бурятского<br />
языка семинарии, одним из которых<br />
являлся Александр Орлов. В 1852 го<br />
ду А. Орлов выехал к селенгипекпм<br />
бурятам для изучения живого бурятского<br />
языка. Прожив там несколько месяцев,<br />
он значительно пополнил свои<br />
знания и, вернувшись в Иркутск, при<br />
ступил вместе с другими учителями '•<br />
составлению лексикона. Непосредстнгп<br />
но этой работой руководил сам Пи i и<br />
бурят, принявший православную HI 1<br />
ру, — Николай Нилов-Доржеев Им "<br />
ледствии Нил И Доржеев совместно • •'<br />
ревели на бурятский язык целыП |>>i i<br />
богослужебных книг.<br />
Несколько лет спустя Доржесн yr\;i:i<br />
в Петербург, где занялся нск.ч IH'.IIно<br />
переводческим делом. Но oi.ii.ui<br />
тогдашних лингвистов, он ни i<br />
большим знатоком бурятского пшин<br />
Приспосабливая монгольски!) .пф.и<br />
к бурятской письменное ш, Дор.и<br />
выл начал отказываться oi ;i.n><br />
ны\ хвостов конечных и 1 , ни. urn<br />
ватый и более четкий померк 'h ими
146 КРИТИКА И БИБЛИОГРАФИЯ<br />
ло немаловажное значение в смысле<br />
упрощения бурятской письменности, делало<br />
ее Солее доступной.<br />
В пятидесятых годах большая часть<br />
богослужебных книг, переведенных до<br />
сих пор на бурятский язык, подверглась<br />
новой редакции. Многие книги<br />
совсем были изъяты из обихода. Причина<br />
была ясна: дальнейшее изучение<br />
бурятского языка показывало, что Б<br />
жизни он гораздо богаче, чем в переводных<br />
книгах. Началась новая волна<br />
переводческой деятельности. В новые<br />
переводы стали вводить слова и понятия<br />
из живой бурятской разговорной<br />
речи. Письменность продолжала совершенствоваться.<br />
Русскому духовенству<br />
нужно было напрягать все силы, чтобы<br />
их не мог вытеснить начавший распространяться<br />
в широких масштабах буддизм.<br />
Нельзя забывать и того, что развитие<br />
общественной и культурной жизни<br />
Бурятии требовало само по себе собственной<br />
письменности, так как начали<br />
появляться учреждения, призванные<br />
управлять местным населением, в них<br />
заводятся канцелярии, ведущие обширную<br />
официальную переписку на родном<br />
языке. К этим фактам мы вернемся<br />
ниже, сейчас же продолжим разговор о<br />
совершенствовании бурятской письменности<br />
Святейший Синод, рассмотрев большую<br />
часть богослужебных книг, переведенных<br />
на бурятский язык, дал указание:<br />
внести исправления в изданную<br />
литературу, а некоторые книги перевести<br />
заново. Для этой работы было<br />
привлечено большое количество людей.<br />
Многое в этом отношении сделали Яков<br />
Соболев из Кульска и иркутский протоиерей<br />
Бобровников. В роли главных<br />
рецензентов тогда выступали Доржеев,<br />
Нил, Игумнов. Сопоставляя старые и<br />
новые переводы, они отмечают, что в<br />
последних переводчикам удалось избежать<br />
неудобовразумительных понятий,<br />
фраз и выражений, что переводы Соболева<br />
и Бобровникова будут доступны<br />
коренным жителям на их родном<br />
языке.<br />
Указывая на существенные недостатки<br />
в переводе Шмидта, тот же<br />
рецензент Игумнов в 1827 году писал:<br />
«В самоважнейших местах и словах<br />
против подлинного Нового завета сделаны<br />
в переводах сих перемены, излишности,<br />
упущения и даже самые вопиющие<br />
нелепости...» В новых же переводах,<br />
отмечает Нил, сделан значительный<br />
шаг вперед. Преодолена главная<br />
трудность в точности изложения<br />
оригинала, несмотря на то, что бурятский<br />
язык своим словосочетанием не<br />
похож на европейские языки.<br />
Вырабатывая письменные обороты<br />
речи, свойственные бурятскому языку,<br />
переводчики тем самым делали свои переводы<br />
доступными всем тем, кто к<br />
ним прибегал.<br />
В начале второй половины XIX века<br />
большое внимание духовенство стало<br />
уделять церковному пению на бурятском<br />
языке. Для обучения богослужебным<br />
песням на первых порах было<br />
набрано несколько молодых бурят. В<br />
это же время были переведены на бурятский<br />
язык тексты нескольких воскресных<br />
и праздничных песен. К текстам<br />
были приложены ноты.<br />
В связи с идеей поэтических переводов<br />
глубже стал рассматриваться вопрос<br />
о произношении написанного, так<br />
как одни и те же монгольские буквы<br />
могли обозначать разные звуки фонемы.<br />
Переводчики книг на бурятский<br />
язык предлагали ввести особые знаки,<br />
которые бы указывали определенно,<br />
как должно звучать то или иное слово.<br />
Этот пример еще раз показывает, какой<br />
сложный путь прошла бурятская письменность<br />
в процессе своего становления<br />
и развития.<br />
В Гужирском приходе проверялись<br />
правильность перевода на бурятский<br />
язык всех богослужебных песен и молитв.<br />
Для этого штат Гужирского прихода<br />
был значительно увеличен. Им<br />
проверены и рекомендованы к изданию<br />
«Служебник» и «Требник», которые<br />
вышли в свет в 1858 году. Петербургская<br />
синодальная типография, издавшая<br />
эти книги, не пожалела средств на<br />
их оформление. Это, пожалуй,<br />
первые книги, так прекрасно изданные<br />
на бурятском языке. Перевод их:<br />
был сделан Нилом и Доржеевым, он<br />
был наиболее доступным для чтения,<br />
так как здесь умело использовалась<br />
транскрипция русского алфавита.<br />
На эти преимущества перевода<br />
указывали многие рецензенты того<br />
времени. Несколько спорных моментов,<br />
связанных с переводом указанных<br />
книг, тогда поднял К. СТУКОВ В своей<br />
«Апелляции к монголо логам Российской<br />
империи». Однако, как видно из<br />
этого документа и из объяснения переводчиков,<br />
замечания Стукова не носили<br />
принципиального характера.<br />
Вскоре после выхода указанных<br />
книг, когда окончательно пришли к<br />
убеждению, что на бурятский язык<br />
можно перевести любой трактат, появился<br />
перевод «Начатков христианского<br />
учения», сделанный преподавателем<br />
монгольского языка при Петербургском<br />
университете Галсаном Гомбоевым. Перевод<br />
Гомбоева подвергся тщательной<br />
проверке и был признан пригодным для<br />
печати. В своей рецензии Доржеев ука-
КРИТИКА И БИБЛИОГРАФИЯ<br />
зывал, что Гомбоев сделал ряд ошибок<br />
в правописании и в словосочетаниях,<br />
что якобы переводчик не учел тех достижений,<br />
которые имеет бурятская<br />
письменность. В заключении рецензии<br />
он пишет, что данные упущения легко<br />
исправить, так как в переводческом деле<br />
и в бурятском правописании уже<br />
имеются образцовые работы.<br />
В шестидесятых годах прошлого века<br />
бурятская письменность получила<br />
свое дальнейшее развитие. Встал вопрос<br />
о распространении между бурятами<br />
научных сведений. Е. М. Жуковский,<br />
будучи председателем совета главного<br />
управления Восточной Сибири, в 1860 г.<br />
поручил учителю бурятского языка<br />
Иркутского духовного училища Н. С.<br />
Болдонову перевести на бурятский<br />
язык книгу «О мироздании». Под<br />
своим председательством Е. Жуковский<br />
создал особый комитет по переводу<br />
учебных книг на бурятский язык. В<br />
этот комитет тогда вошли: Орлов, Доржеев.<br />
Стуков, директор гимназии Бобановский,<br />
Загоскин, учитель гимназии,<br />
археолог и монголист Попов, чиновник<br />
особых поручений при генерал-губернаторе<br />
Бадмаев, Болдонов, Шергин, Масловский<br />
и другие.<br />
Комитет придавал большое значение<br />
изданию на бурятском языке учебной<br />
литературы. Главная задача комитета<br />
—издавать книги наиболее популярного<br />
характера, разумеется в рамках<br />
официальной науки того времени. Комитет<br />
даже решил приглашать на свои<br />
заседания бурят, приезжающих в Иркутск<br />
из разных улусов, чтобы получать<br />
от них необходимые советы и сведения,<br />
связанные с вопросами выпуска<br />
книг.<br />
Что касается письменности бурятского<br />
языка, то комитет пришел к следующему<br />
выводу: «Переводить книги<br />
на бурятский язык русскою азбукою с<br />
небольшими, лишь точно указанными<br />
приспособлениями этой азбуки в изображении<br />
некоторых звуков бурятского<br />
языка. Все технические выражения и<br />
слова, которых нет в бурятском языке,<br />
оставить в переводе так, как они употребляются<br />
в русском языке, сделав при<br />
том, где нужно, приличные объяснения<br />
по-бурятски».<br />
Предложения вышеназванного комитета<br />
имели немаловажное значение.<br />
Они были положены в основу переводческой<br />
деятельности Иркутской и Казанской<br />
комиссий.<br />
Первым трудом этого комитета являлась<br />
выше названная книга «О мироздании»,<br />
переведенная А. С. Сгибневым<br />
и Н. С. Болдоновым. Она выпущена в<br />
свет в 1862 г. типографией штаба<br />
10*<br />
войск Восточной Сибири. После выхода<br />
книга подверглась широкому обсужде<br />
нию и была признана годной для рас<br />
пространения среди бурят. Следует отметить,<br />
что эта книга содержит ряд<br />
сложных понятий, но бурятский язык<br />
оказался настолько богатым, что переводчики<br />
не встретили особого затруднения<br />
в подыскании равнозначных.<br />
В начале шестидесятых годов, с расширением<br />
сети не только духовного, но<br />
и светского просвещения, встала необходимость<br />
иметь грамматику, словари и<br />
другую справочную литературу по бурятскому<br />
языку. По предложению ректора<br />
Иркутской семинарии в 1860 г.<br />
был учрежден специальный комитет<br />
для составления учебных пособий по<br />
бурятскому языку. Было решено составить<br />
русско-бурятский словарь,<br />
грамматику бурятского языка, хрестоматию,<br />
букварь. В этом же году вышел<br />
букварь Н. Болдонова. К 1863 г.<br />
Н. Болдонов закончил бурятско-русский<br />
словарь объемом 8000 слов, а<br />
бывший преподаватель бурятского языка<br />
Нерчинского уездного училища<br />
Шергин (тот самый Шергин, который<br />
еще в 1841 году перевел с русского и<br />
издал на бурятском языке сборник рг. 1<br />
личных статей) представил перевод ев ;<br />
щенно-исторических событий с притчами,<br />
с приложением солидного бурятского<br />
словаря.<br />
За составление грамматики взялись<br />
тогда начальник иркутско-иурятской<br />
миссии, ученый архимандрит Епифаний<br />
и известный знаток бурятского языка<br />
Орлов. В январе 1867 года работа над<br />
составлением бурятской грамматики<br />
была закончена. Размноженная в нескольких<br />
экземплярах, она была разослана<br />
в места, где жили буряты, в том<br />
числе и в Забайкалье. В сопроводительном<br />
письме говорилось, что необходимо<br />
правила, изложенные в грамматике,<br />
проверить на местах, с таким расчетом,<br />
чтобы впоследствии можно было<br />
внести соответствующие изменения или<br />
добавления.<br />
В том же 1867 году вышел в спет<br />
новый русско-бурятский букварь<br />
Н. Болдонова под редакцией проф. Не<br />
тербургского университета Голстунскп<br />
го. Бурятские школы Иркутской ryftep<br />
нии получили бесплатно 1175 зкпемшш<br />
ров этого букваря. Автор сто II. Полдп<br />
нов «в поощрение дальнейших н.ммпий<br />
по переводу других книг, полезных дли<br />
духовно-нравственного обратившим<br />
инородцев», получил премию и сумме<br />
150 рублей.<br />
В последующие десятилетии имнусм<br />
книг на бурятском языке аначительно<br />
увеличился. И каждая мои.ш книги км<br />
зывала споры между людьми, хороши
знающими бурятский язык. Надо сказать,<br />
что споры носили двоякий характер:<br />
одни все свое внимание сосредоточивали<br />
на вопросах толкования отдельных<br />
моментов, другие—на грамматическом<br />
строе бурятского языка.<br />
В течение многих лет комитет занимался<br />
вопросами изучения отдельных<br />
диалектов, так как в то время начали<br />
раздаваться голоса, что якобы «западные»<br />
и «восточные» буряты не понимают<br />
друг друга. Комитет, стараясь выяснить<br />
это, запросил мнение многих иркутских<br />
и забайкальских бурят. В 1863<br />
году комитет собрал значительное количество<br />
материала по диалектам и пришел<br />
к заключению: «В настоящее время<br />
существует в монголо-бурятском<br />
языке три наречия, впрочем весьма мяло<br />
между собою различающихся: иркутское,<br />
селенгинское и хоринское».<br />
Из всего этого напрашивается вывод:<br />
буряты сами начали сознавать, что у<br />
них появилась письменность, что она<br />
существует назависимо от того, какой<br />
алфавит используется. Кроме того, речь<br />
шла уже об общенародном бурятском<br />
языке, о том, что имеющиеся диалектальные<br />
особенности не умаляют общности<br />
бурятского языка, как в смысле<br />
словарного запаса, так и грамматической<br />
структуры.<br />
Известный в то время переводчик-бурят<br />
Яков Афанасьевич Чистохин по поводу<br />
доступности переводов писал, что<br />
их иногда не понимают не потому, что<br />
плох перевод, а потому, что еще мало<br />
грамотных людей, которые бы правильно<br />
читали переводы.<br />
Заметный след в становлении бурятской<br />
письменности оставила Казанская<br />
переводческая комиссия. В 70-х годах<br />
в Казань было вызвано несколько специалистов<br />
по бурятскому языку, которые<br />
занялись там переводом.<br />
В 1878 году в Казани издана грамматика<br />
бурятского разговорного языка,<br />
автором которой являлся Александр<br />
Орлов. По заключению Доржеева и<br />
А. Позднеева, грамматика Орлова<br />
страдала целым рядом неточностей и<br />
содержала в себе большое количество<br />
ошибок. Эта грамматика не была рекомендована,<br />
как учебник для изучения<br />
бурятского языка. Но мысль о создании<br />
полноценной грамматики не покидала<br />
знатоков бурятского языка и особенно<br />
тех тружеников, которые работали в<br />
области переводов.<br />
В 80 — 90-х годах большое количество<br />
книг начало издаваться в Иркутске.<br />
В 1896 г. в Иркутске вышел в<br />
свет «Первоначальный учебник русского<br />
языка для бурят» (второе издание—1900<br />
г.). В 1901 году вышла книга<br />
«Правдивое слово к бурятам», в<br />
КРИТИКА И БИБЛИОГРАФИЯ<br />
1903 году—«Книга для чтения в бурятских<br />
школах с приложением русско-бурятского<br />
и бурятско-русского словарей».<br />
Вся эта огромная переводческая работа<br />
была не единственным источником,<br />
по которому мы можем проследить<br />
историю развития бурятской письменности.<br />
Другим и, пожалуй, самым важным<br />
источником являются сами материалы,<br />
связанные с изучением бурятского<br />
языка, и памятники бурятских<br />
письменных источников — летописи,<br />
официальная переписка, записи произведений<br />
устного народного творчества.<br />
Общественная жизнь оурят с момента<br />
добровольного присоединения к России<br />
значительно изменилась. Втянутые<br />
в оощественную жизнь Российского государства,<br />
оуряты не только приобщались<br />
к русской цивилизации, но и продолжали<br />
развивать свою национальную<br />
к\льтуру. Развитие письменности на<br />
родном языке в значительной степени<br />
способствовало росту их самосознания,<br />
повилась необходимость осмысления<br />
своей истории.<br />
Приведенные факты красноречиво<br />
свидетельствуют о начатках развития<br />
бурятской письменности в первых десятилетиях<br />
XVIII века.<br />
О наличии бурятской письменности в<br />
далекое дореволюционное время говорят<br />
многие материалы. Не касаясь наиболее<br />
ранних книг, уже упомянутая<br />
грамматика бурятского языка А. Орло<br />
ва, несмотря на ее резкую критику со<br />
стороны Доржеева и А. Позднее<br />
ва, была значительным шагом вперед<br />
на пути научного оформле<br />
ния бурятской письменности. Однако<br />
многие лингвисты-бурятоведы ставят<br />
грамматику А. Орлова ниже граммати<br />
ки бурятского языка Кастрена, издан<br />
ной в 1857 году. Эти споры требунп<br />
особого уточнения. Здесь же нам важно<br />
отметить, что как А. Кастрен, так и<br />
А. Орлов, дали свод правил по бурят<br />
скому языку, а это несомненно оказало<br />
впоследствии влияние на развитие Г>\<br />
рятской письменности. Да и сам фат<br />
исследования грамматики уже говорт<br />
о том, что бурятская письменность с,<br />
ществовала.<br />
Необходимо также упомянуть ip<br />
матику бурятского языка Г. Балпшл<br />
вышедшую в свет в 1877 году в Г>.\.|'<br />
пеште, на венгерском языке.<br />
Вся эта научная разработка бурт<br />
ского языка позволила в то время i<br />
дать книги по практическому рушит<br />
ству переводами и по развитию |»ii<br />
нальной бурятской письменности<br />
1888 году вышел в свет словарь Л И<br />
Сторчевского, где наряду с другими<br />
языками представлен и бурятский и
КРИТИКА И БИБЛИОГРАФИЯ 149<br />
практические цели словаря указывает<br />
его название —«Проводник и переводчик<br />
по окраинам России». Практическое<br />
значение имела и другая книга,<br />
изданная в 1891 году в Петербурге<br />
Н. Волошиным,— «Монголо-бурятский<br />
переводчик».<br />
В 1909 году в Иркутске вышел<br />
«Русско-монголо-бурятский словарь»<br />
И. А. Подгорбунского, а в 1911 году<br />
были опубликованы его «Материалы<br />
для грамматики разговорного бурятского<br />
языка, несколько заметок о глаголе<br />
в бурятском языке». Выходило несколько<br />
изданий бурятских словарей в Казани.<br />
В начале XX века на бурятском языке<br />
был издан целый ряд народных<br />
произведений, в том числе самые крупные<br />
бурятские улигеры: варианты «Гэсэра»,<br />
«Айдурай мэргэн», «Аламжимэргэн»,<br />
«Иренсей», исторические песни,<br />
«Шоно-батор». Немало публиковалось<br />
песен, сказок, преданий и других<br />
жанров устного творчества бурятского<br />
народа.<br />
На бурятском языке начали также<br />
выходить книги классической литературы—произведения<br />
А. С. Пушкина,<br />
И. А. Крылова, Л. Н. Толстого и других.<br />
Наряду с этими переводами, буряты<br />
могли читать на родном языке различные<br />
брошюры литературного и общеобразовательного<br />
характера, которые выпускались<br />
издательством «Наран». В<br />
это же время начали выходить рукописные<br />
журналы, в которых помещались<br />
произведения бурятской оригинальной<br />
литературы.<br />
Нет необходимости указывать на все<br />
издания, характеризующие этапы развития<br />
бурятской письменности и изучения<br />
бурятского языка. Этой теме необходимо<br />
посвятить специальную работу.<br />
Хочется только остановиться на той<br />
огромной роли, которую сыграли первые<br />
грамотные буряты в развитии<br />
своей письменности. Н. С. Болдонов,<br />
автор русско-бурятского словаря,<br />
Б. Норбоев, занимавшийся изучением<br />
этнографии и фольклора бурят, такие<br />
самородки из бурят, как М. Н. Хангалов<br />
и многие другие, были теми людьми,<br />
которые стояли у истоков бурятской<br />
письменности,<br />
Нельзя не обратить внимания и на<br />
такое обстоятельство: вместе с бурятами<br />
развивали и совершенствовали бурятскую<br />
письменность представители<br />
русской науки. Совместными усилиями<br />
они переводили на бурятский язык<br />
научно-популярную литературу, произведения<br />
русских писателей. Большое<br />
значение в становлении бурятской<br />
письменности имели различные школы<br />
и училища Восточной Сибири и Забайкалья,<br />
в которых трудилось немало передовых<br />
людей своего времени, как<br />
русских, так и бурят.<br />
В выяснении вопросов, касающихся<br />
развития бурятской письменности, большой<br />
фактический материал могут дать<br />
бурятские летописи. Авторы первого<br />
тома «История БМАССР» не без основания<br />
утверждают, что «летописи были<br />
ранними памятниками бурятской литературы».<br />
Летописи хоринских и агинских<br />
бурят, составленные Т. Тобоевым<br />
в 1836 г., летописи селенгинских бурят<br />
И. Ломбоцыренова, составленные в<br />
1863 г., В. Юмсунова —1875 г., Хобитуева—1887<br />
г., летопись баргузинских<br />
бурят, приписываемая Н. Сахарову, —<br />
1887 г ,—все они говорят о том, что<br />
буряты имели свою письменность, раз<br />
могли излагать свою историю на родном<br />
языке. Сейчас нет смысла подробно<br />
останавливаться на содержании летописей,<br />
так как их краткая характеристика<br />
дана в только что названном<br />
томе «Истории БМАССР». Изучение<br />
бурятских летописей, как памятников<br />
ранней бурятской литературы, является<br />
насущной задачей бурят-монгольской<br />
филологии.<br />
Не менее важным источником д.п<br />
изучения вопросов развития бурятской<br />
письменности должны явиться различные<br />
алфавиты, которые использовались<br />
в бурятской письменности в досоветский<br />
период.<br />
Из приведенных в этой статье материалов<br />
видно, что бурятская письменность<br />
имеет двухсотлетнюю историю.<br />
Широкое распространение бурятской<br />
письменности в советский период происходило<br />
на прочной базе исторического<br />
опыта родной национальной культуры<br />
бурят.<br />
Освобожденный Великим Октябрем,<br />
бурят-монгольский народ за годы советской<br />
власти создал свою литературу. В<br />
наше время у бурят появились широкие<br />
полотна всех жанров национальной литературы.<br />
Теперь уже с бурятского<br />
языка переводят на русский и другие<br />
иностранные языки романы, исторические<br />
повести и поэмы. Бурятская IIIICI.<br />
менная литература вышла на широкую<br />
дорогу своего развития.<br />
Дальнейшее изучение истории бурятской<br />
письменности крайне необходимо,<br />
Надо всесторонне проследить тот ист<br />
рический процесс, который пы:чп,1 к<br />
жизни бурятскую письменность и ш д.1<br />
лекое время. Такая рабом ппможп<br />
глубже вскрыть корни исторически!)<br />
дружбы между русскими и OypirniMii,<br />
покажет силу и мощь :>тоП мноГиш'Ки<br />
вой дружбы.<br />
Л. ЭЛИЛСОВ,<br />
кандидат филологических ниук
150 КРИТИКА И БИБЛИОГРАФИЯ<br />
Роман молодой писательницы Р. В.<br />
Белоглазовой «Наши соседи», выпущенный<br />
Бурят-Монгольским книжным<br />
издательством в конце прошлого года,<br />
встретил горячие отклики читателей.<br />
Автор романа, издательство, редакция<br />
журнала получают много писем. Пишут<br />
люди разных профессий, разных возрастов<br />
— рабочие, служащие, учителя,<br />
студенты, школьники.<br />
В Улан-Удэ, Городке, Гусиноозерске<br />
прошли читательские конференция,<br />
состоялись встречи с писательницей.<br />
На конференциях нередко разгорались<br />
споры, велись оживленные дискуссии.<br />
Это хороший признак: если спорят —<br />
значит, роман чем-то затронул читателя,<br />
значит, книга наталкивает на размышления.<br />
Автор романа поставила себе целые<br />
изобразить простых советских людей,<br />
наших соседей, в их будничной жизни,<br />
наполненной трудом, с его заботами,<br />
радостями, неудачами. И это удалось<br />
Белоглазовой. Техник паровозо-вагонного<br />
завода Лидия Кущенко пишет:<br />
«В книгах на современные темы писатели'как-то<br />
боятся показывать труд<br />
ности, приукрашивают жизнь. II вот<br />
после школы, техникума, вступая на<br />
самостоятельный путь, видишь все подругому.<br />
Оказывается, не так-то все<br />
легко и просто в действительности. И<br />
писательница Белоглдзова правильно<br />
поступила, показав жизнь такой, какова<br />
она на самом деле».<br />
Много отзывов получает автор романа<br />
от студентов и учащихся. Они<br />
благодарят ее за то, что она показал*<br />
труд как творчество, убедительно и ярко<br />
сказала в своей книге о ценности<br />
всех профессий. Нет плохих и нэнужных<br />
специальностей. Все, что приносит<br />
людям пользу, важно и необходимо.<br />
Творить можно везде. Надо только любить<br />
свое дело. Эту мысль Р. В. Белоглазова<br />
сумела донести до читателя в<br />
образе портнихи Елены. Комсомолка<br />
Светлана Зибарова из Тувы по этому<br />
поводу пишет:<br />
«Мы все любим красивое, но редко<br />
задумываемся, кто создает это красивое.<br />
Профессию портнихи многие обходят<br />
стороной. А ведь портного, помоему,<br />
можно смело назвать человеком<br />
искусства. Он создатель красивого.<br />
ЧИТАТЕЛИ О РОМАНЕ<br />
РАИСЫ БЕЛОГЛАЗОВОИ<br />
И образ Елены заставляет нас по-другому<br />
смотреть на эту неприметную<br />
профессию».<br />
Мнение С. Зибаровой поддерживает<br />
ученица десятого класса из города Городка<br />
Овдина. «Прочитав роман, —<br />
пишет она, — я очень полюбила специальность<br />
портничи. Это, оказывается,<br />
такая же увлекательная профессия,<br />
как и всякая другая. Я никогда не задумывалась,<br />
что у портного может<br />
быть такая интересная и содержательная<br />
жизнь и что он своим трудом может<br />
доставлять людям столько радости».<br />
Елена — удача автора. Таково единодушное<br />
мнение читателей. Медсестра<br />
тов. Ловцова, преподаватель русского<br />
языка тов. Жильцова, техниктехнолог<br />
швейной мастерской тов. Могоева<br />
отмечают поэтичность этого обра<br />
за. Творческое отношение к труду у<br />
Елены исходит из горячей любви к людям,<br />
из стремления сделать их жизнь<br />
яркой и красивой.<br />
Основная сюжетная линия романа<br />
строится вокруг жизни одного отделения<br />
больницы. Тема благородной борьбы<br />
врачей и всего медицинского персонала<br />
за здоровье и жизнь людей раскрыта<br />
широко. На этом фоне развертываются<br />
события, происходит столкновение<br />
характеров. Писательница умело<br />
строит эту сюжетную линию, которая<br />
помогает глубже раскрыть моральную<br />
силу и душевную красоту советских<br />
врачей.<br />
Перед читателем проходят образы<br />
руководителя отделения Литвинцевой,<br />
врачей Морозова, Серафимы Назаровой,<br />
фельдшерицы Марии Емельяновны,<br />
медицинских сестер и санитарок.<br />
Наиболее полно обрисован главный<br />
герой романа врач Александр Морозов.<br />
Человек большой души, он полон<br />
любви к людям. Самое худшее зло для<br />
него — это равнодушие к больным, к<br />
их горестям и страданиям. Он постоянно<br />
в движении и творчестве, ищет новые<br />
методы лечения, пытливо изучает<br />
медицину. Этот образ обладает<br />
большой притягательной силой.<br />
«Хороши образы врачей Литвинцевой<br />
и Морозова, — пишет Г. Маль гугова<br />
из города Заозерного, Краснояр<br />
ского края. — Литвинцева — опьп
КРИТИКА И БИБЛИОГРАФИЯ<br />
ныи врач, внешне суховатая, но с отзывчивой<br />
душой, вызывает симпатию.<br />
Морозов с его настойчивыми поисками<br />
эффективных методов лечения вызывает<br />
уважение. Пусть у него мало<br />
опыта, но сколько сердечности и любви<br />
к больным!».<br />
М. Кибалина из Иркутского медицинского<br />
института сообщает автору романа,<br />
что многие студенты, обсуждая<br />
произведение, отмечают воспитательное<br />
значение образа Морозова: советский<br />
врач должен быть именно таким—чугким,<br />
отзывчивым, пытливым.<br />
Вместе с тем, ряд читателей отмечает,<br />
что образ Александра до конца не<br />
доработан. Об этом пишут в частности<br />
юрисконсульт Гусиноозерского рудоуправления<br />
А. Золотарев, врач Буркова<br />
и другие. Морозов — человек, который<br />
всего себя отдает любимому делу.<br />
Ему не хватает времени, чтобы как<br />
следует разобраться даже в семейных<br />
отношениях. А автор заставляет его<br />
так легко и бездумно встречаться с<br />
медсестрой Августой. По мнению этих<br />
читателей, такой поступок психологически<br />
не оправдан, он противоречит характеру<br />
Морозова.<br />
Хорошее впечатление оставляют<br />
страницы, посвященные санитарке Нюше.<br />
Вначале мы видим ее легкомысленной,<br />
взбалмошной девушкой. Ей ничего<br />
не стоит нагрубить человеку, опоздать<br />
или не выйти на работу. Но у нее отзывчивое<br />
ко всему хорошему сердце.<br />
Шаг за шагом, ступенька за ступенькой<br />
автор приводит свою героиню к яовому<br />
представлению о жизни, которое<br />
помогает ей стать настоящим человеком.<br />
Но все это происходит не само собой.<br />
Как указывает читатель, образ Нюши<br />
интересен тем, что в нем умело показано<br />
влияние коллектива на формирование<br />
характера.<br />
Обсуждающие роман отмечают жизненность<br />
и его отрицательных образов.<br />
У нас еще встречаются люди, которые<br />
пренебрегают интересами общества ради<br />
личного благополучия. Причем, свои<br />
эгоистические чувства они тщательно<br />
скрывают от других. Вот такой выведена<br />
в романе медсестра Августа Серышева.<br />
Это тип мещанки, эгоистки,<br />
скрывающей свою сущность под личиной<br />
дисциплинированности, требовательности<br />
к себе и окружающим. Серышева<br />
старается угодить начальству,<br />
быть все время на виду. Она не любит<br />
труд, больше того, она презирает его.<br />
И с такой благообразной маской, равнодушная<br />
к делу и к людям, она работает<br />
медицинской сестрой—там, где<br />
требуется чуткость, теплая забота, внимание.<br />
Такие люди в медицине приносят не<br />
пользу, а вред- Не случайно по мине<br />
Августы у больного мальчики Феди<br />
вновь вспыхнуло обострение, гроним<br />
шее тяжелыми последствиями !)тнми<br />
впечатлениями поделилась с шпором<br />
романа студентка Читинского медицин<br />
ского института Лариса Сидсп,цена<br />
Она горячо одобряет стремление mn-.i<br />
тельницы развенчивать подобных .то<br />
дей: они мешают нашему движении)<br />
вперед. «Поменьше бы в жизни таких<br />
Август!», — пишет студентка.<br />
Читатели отмечают и слабые стороны<br />
в обрисовке этого образа. Вызывает<br />
сомнение внезапное «перерождение»<br />
Августы, которое приписывает ей автор.<br />
Товарищи Полушко, Горшкова и<br />
другие подмечают, что люди, подобные<br />
Серышевой, не становятся на правильный<br />
путь так быстро и легко, как это<br />
получилось в романе. Писательница<br />
«пожалела» Августу и тем самым только<br />
ослабила этот в целом удачный образ.<br />
Литература — дело общенародное.<br />
Советский читатель по-хозяйски, требовательно<br />
подходит к творчеству писателей.<br />
Вместе с ними он радуется их<br />
успехам, переживает неудачи. Не случайно<br />
поэтому в письмах читателей<br />
к Р. В. Белоглазовой, в их высказываниях<br />
на конференциях много теплой заботы,<br />
советов, пожеланий, как улучшить<br />
произведение.<br />
Работница суконной фабрики Усанова<br />
считает, что писательница уделила<br />
мало места роли партийных и общественных<br />
организаций в коллективах, где<br />
живут и трудятся герои книги. В романе<br />
много персонажей из молодежи,<br />
большинство из них несомненно комсомольцы,<br />
но в книге об этом не сказано<br />
ни слова.<br />
Серьезной доработки требует образ<br />
Ольги — жены Ивана Леонидовича,<br />
таково мнение читателей. Чувствуется,<br />
что это — натура недюжинная,<br />
сильная. Но в романе ее характер<br />
лишь только намечен. Мы знаем, что<br />
она архитектор, любит свою работу.<br />
И все. Дальше этой характеристики<br />
автор не идет. И поэтому так шчшрн<br />
зительно, схематично выглядиi Олым<br />
При дальнейшей работе над кнпгоП,<br />
советует читательница Горшков,!. Г II<br />
Белоглазовой необходимо пересмотре!!•<br />
этот образ.<br />
Р. В. Белоглазова пытается и сипим<br />
романе развить такую важную п-м,,<br />
как взаимоотношение родще.кч) и д<<br />
тей в семье, заострим, II.I iiell iiimvu<br />
ние читателей. Замысел мр.мш.'п.ныИ<br />
Но разрешается он п книге па надуман<br />
ном конфликте. Много грудное i HI и<br />
невзгод перенесла Лина Псфонни, пи<br />
ка вырастила и дала оори имыние < ни
152<br />
КРИТИКА И БИБЛИОГРАФИЯ<br />
ему сыну Александру. И, естествен- композиции произведения. Роман «Нано,<br />
Александр хочет создать все услоши соседи», по мнению читавия,<br />
чтобы старость матери была спотелей, не отличается четкостью компокойной.<br />
Но этого не понимает Софья. зиции. Если в начале автор последо-<br />
Она добивается, чтоб всю свою любовь, вательно развивает действие, то далее<br />
все внимание он отдавал ей одной. замечается небрежность в построении,<br />
Читатели справедливо указывают, досадная торопливость.<br />
что автор неубедительно мотивирует Читатели Жаркова, Деревянно, Треть-<br />
конфликт между матерью и женой якова указывают на другой существен-<br />
Александра. Преподаватель тов. Петный недостаток книги. Писательнице не<br />
ров из города Гусиноозерска пишет: удаются портреты. По роману трудно<br />
представить внешний вид того или<br />
«Взаимоотношения между родите- иного героя. А ведь портретные хараклями<br />
и детьми — важная, животрепетеристики делают обпаз более жизненщущая<br />
тема. В романе же она раскрыным, зримым, ощутимым.<br />
та неполно и путано. Как Софья мо-<br />
Видно, что писательница много и<br />
жет невзлюбить свекровь лишь за то,<br />
упорно работает над своим языком, вы-<br />
что она заботливо относится к сыну? •><br />
рабатывает свой стиль и манеру пи:ь-<br />
«Мне непонятно, — пишет инженерма. Роман легко читается, этому немамеханик<br />
тов. Берданосова, — в чем ло способствуют короткие, точеные<br />
причина разлада в семье Морозовых. фразы. Однако, Р. В. Белоглазова чрез-<br />
Обидно и за Софью, и за Анну Матвеевмерно увлекается употреблением медину.<br />
Обе считают себя виноватыми в цинских терминов Например: «Он от-<br />
ссоре, обе переживают И... обе ничего странился от работы над профилакти-<br />
не делают, чтобы примириться». ческим нервозом». Или: «Пульс еще<br />
Искусственность этого конфликта от- прощупывался слабый, аритмичный...»<br />
разилась и на характеристике образа Автор не придает должного значения<br />
Софьи. Он лишен цельности. Автор пы- и речевой характеристике героев. Интается<br />
изобразить Софью положительдивидуализация речи—один из методов<br />
ным человеком, правдолюбом. По ее раскрытия характера. В романе же<br />
утверждению она — прямая, добрая, этот метод не используется. Почти все<br />
энергичная, «вся — действие». Но от- герои, кроме разве Нюши, говорят одиношение<br />
Софьи к Анне Петровне ханаково.рактеризует ее как капризную, эгоис- Серьезные претензии предъявляют<br />
тичную женщину. Бороться со злом в читатели Бурят-Монгольскому книжно-<br />
обществе и насаждать его в семейной му издательству, которое бедно и не-<br />
чшзни—это лицемерие. Такую непослеряшливо оформило книгу. Невыразидовательность<br />
в характеристике образа тельна, унылого цвета обложка, в кни-<br />
Софьи читатель отмечает на протяжеге нет ни одной иллюстрации.<br />
нии всего романа. Это, безусловно, Письма читателей — свидетельство<br />
принижает его художественную сторо- большого внимания, которым пользуетну.ся<br />
произведение молодой писательни-<br />
Идея, правильно взятая тема, еще не цы не только в Бурят-Монголии, но и<br />
определяет всей ценности произведе- за ее пределами. А это лучшая оценка<br />
ния. Идею необходимо воплотить в об- книги. Читатели ждут от Р. В. Белоразах<br />
и характерах путем последоваглазовой новых художественных произтельного<br />
изображения их свойств и осоведений, широко и правдиво отражаюбенностей,<br />
путем умелого построения щих нашу действительность.
К Н И Ж Н О Е О Б О З Р Е Н И Е<br />
%Я .113<br />
ттшшт<br />
Бурят-Монгольское книжное из а пелъство<br />
Чимит Цыдендамбаев.<br />
Новый дом, рассказы.<br />
Стр. 172, цена 2 р. 55 коп.<br />
«Н0Вь1Й ДОМ»<br />
так называется<br />
недавн i вышедшая<br />
< mvi рассказов<br />
Чимнта<br />
Дыдсндамбаеча.<br />
Из крупных<br />
писателей в жанре<br />
расск 1за в<br />
прошлом выступал<br />
Хоца Намсараев.<br />
Об отечественной<br />
гойне из-<br />
1естны рассказы<br />
/Камсо Тумунова,<br />
о родных улусах<br />
писали Барадий<br />
Мунгонов,<br />
Цыден-Жап _Жим-<br />
5иев. Даши-Жамсо<br />
Гунзынов.<br />
Вот, пожалуй, и все. На фоне нашей<br />
новеллистической литературы рассказы<br />
Чимита Цыдендамбаева являются довольно<br />
отрадным явлением. Разнообразие<br />
тематики, умение занимательно<br />
строить сюжеты, легкий юмористический<br />
тон письма—все это характеризует<br />
оригинальный талант Цыдендамбаева.<br />
В рассказах много удачных образов.<br />
Запоминаются Санхиров Балдан, его<br />
жена Пылма и старик Абида из рассказа<br />
«Новый дом», маленький Хуса из<br />
рассказа «Соль», многоженец из рассказа<br />
«Пока варится мясо»...», Ямпил из<br />
рассказа «Раздетый Ямпил» и другие.<br />
Образы эти схвачены метко и тонко.<br />
Интересно построен рассказ «Новый<br />
дом». В нем показаны те новые явления,<br />
которые происходят сейчас в колхозно'!<br />
деревне. Когда все это пронизывается<br />
непринужденным юмором—<br />
оно сразу же захватывает читателя.<br />
Мастерски написаны рассказы<br />
«Станция Бапрмы», «На развилке».<br />
«Новый дом» хорошая новинка нашей<br />
литературы.<br />
Цырен Шагжин. Будамшу.<br />
Стр. 82, цена 2 р. 20 коп.<br />
Комедия Цырона<br />
Шагжина<br />
«Будамшу», кощмишдтдан<br />
торая с успехом<br />
идет на сцене<br />
Государственно -<br />
го Бурят-Молгольского<br />
театра<br />
драмы, издана<br />
отдельной книгой.<br />
Сатира в -пом<br />
произведении паправлена<br />
прении<br />
алчных и тупых<br />
угнетателей бурятского<br />
1ЩЮ-<br />
"'""" "* да—лам и носнов.<br />
Пастушка богача Порни — Гэрэл понравилась<br />
женолюбивому развратнику —<br />
HOCHV Елбой. Носн сразу же справился<br />
о ее цене: он намерен купить девушку.<br />
Порни не требует за нее платы, но ставит<br />
условие: Елбой должен взять его в<br />
свои заместители на место только что<br />
умершего Танхая. Тот соглашается.<br />
Порни силой доставляет Гэрэл в дом<br />
ноена. Но девушку спасает ее возлюбленный,<br />
ловкий и умный Будамшу. Т i<br />
кова основная сюжетная линия комедии.<br />
Чувствуется, что автор хорошо знает<br />
сцену. Развитие действия идет в логической<br />
последовательности. Интерес<br />
и внимание все время возрастаю!'.<br />
Язык комедии афористичен. В ней<br />
много национального юмора, трудно не<br />
редаваемого на другом языке.<br />
Поступки героя комедии Пудам,ну<br />
напоминают сообразительность Фигаро<br />
и ловкость Насреддина.<br />
Образы, выведенные в пьесе, тгмщ<br />
ря на гиперболизацию отдел!.пых ciuy.iций,<br />
выглядят реалистически<br />
Комедия Ц. Шагжлнп «Пудпмшу»<br />
представляет интерес и дли чнын'.'ш, и<br />
для театра.
154 КНИЖНОЕ ОБОЗРЕНИЙ<br />
Опыт выращивания кукурузы<br />
в Бурят-Монгольской АССР.<br />
Стр. 80, цена 70 коп.<br />
Книжное издательствовыпустило<br />
в свет сборник<br />
статей об<br />
опыте выращивания<br />
кукурузы<br />
в республике.<br />
Кукуруза - новая<br />
культура в<br />
Бурят - Монголии.<br />
Выращивать<br />
• здесь ее стали<br />
только два года<br />
назад. И, естественно,<br />
при этом<br />
встретилось много<br />
трудностей.<br />
Данный сборник<br />
является первой<br />
попыткой обобщить<br />
имеющийся у нас опыт.<br />
Сборник объединяет шесть статей.<br />
Авторы рассказывают о своих наблюдениях<br />
за посевами кукурузы, подробно<br />
анализируют допущенные ошибки<br />
при посеве и междурядной обработке.<br />
На основе двухлетнего опыта авторы<br />
сборника делают выводы, при каких<br />
условиях можно добиться высокого уро<br />
жая. Большое внимание уделяется выбору<br />
участков под посев кукурузы, обработке<br />
почв, срокам посева, ухода зя<br />
ними, химической борьбе с сорняками.<br />
Сборник окажет серьезную помощь<br />
кукурузоводческим звеньям в их борьбе<br />
за высокий урожай кукурузы.<br />
А. Костесв, Ц. Митыпов. Культбазы<br />
в колхозах. Из опыта работы культбаз<br />
на животноводческих фермах<br />
в колхозах Кижингинского аймака.<br />
Стр. 36, цена 30 коп.<br />
«Далеко от центральной усадьбы колхоза,<br />
у подножья горы Тологой, стоят<br />
два почерневших от времени бревенчатых<br />
домика. В них живут колхозные<br />
чабаны Дамба Шалсанов, Бутыд Батуева<br />
и Цырендулма Дашиева»,—так начинают<br />
свою книжку о культбазах в<br />
колхозах Кижинги А. Костеев и Ц. Митыпов.<br />
Авторы рассказывают о том, как колхозные<br />
партийные организации Кижингинского<br />
аймака улучшили культурное<br />
и бытовое обслуживание работников<br />
отдаленных ферм и бригад. В обширной<br />
кижингинской степи, на самых отдаленных<br />
фермах, у чабанов, пастухов,<br />
табунщиков, доярок — организованы<br />
культбазы. Они становятся центром<br />
культурно-массовой и политической работы<br />
среди животноводов.<br />
В конце 1954 года в колхозах аймака<br />
было создано одиннадцать культбаз:<br />
сейчас их число перевалило за второй<br />
десяток.<br />
Что из себя представляет культбаза?<br />
Это—хорошо оборудованный красный<br />
уголок, баня, торговая палатка или киоск.<br />
Здесь животноводы могут хорошо<br />
отдохнуть, помыться, приобрести предметы<br />
первой необходимости.<br />
В брошюре показано, как целеустремленная<br />
политическая и культурнопросветительная<br />
работа среди животноводов<br />
способствует повышению их трудовой<br />
активности.<br />
Что мы видели в Ставрополье<br />
и Рязани. Сбврник статей.<br />
Стр. 116, цена 1 р. 40 коп.<br />
Весной нынешнего<br />
года у животноводовСтаврополья<br />
и Рязани<br />
побывали чабаны,<br />
доярки, заведующиефермами,<br />
партийные и<br />
советские работникиБурят-Мочголии.<br />
Богатый опыт<br />
ставропольских,<br />
овцеводов, рязанских<br />
мастеров<br />
высоких удоев<br />
молока открыл<br />
нашим товарищам<br />
новые возможности<br />
для повышения<br />
продуктивности животноводства.<br />
Ставропольцы и рязанцы поделились<br />
с нашими яшвогноводами и партийными<br />
работниками своим опыт о,:, рассказали<br />
об организации груда в животноводстве<br />
и механизации" трудоемких<br />
работ.<br />
Обо всем этом экскурсанты рассказали<br />
в своих статьях, которые изданы<br />
отдельной книгой Бурят-Монгольским<br />
книжным издательством. В сборнике<br />
«Что "мы видели в Ставрополье и Рязани»<br />
помещено одиннадцать материала.<br />
Книжка хорошо иллюстрирована фотографиями<br />
о трудовых буднях ставропольских<br />
и рязанских колхозов. Hoi<br />
сомнения, что этот сборник, своеобразную<br />
копилку опыта, с интересом про<br />
чтут все животноводы Бурят-Монголпи
После поездки в Москву, Ленинград<br />
и Алма-Ату большая группа журналистов<br />
Монгольской Народной Республики<br />
несколько дней находилась в Бурят-<br />
Монгольской АССР.<br />
Гости подробно ознакомились с работой<br />
республиканских газет «Бурят-<br />
Монгольская правда», «Бурят-Монголой<br />
Унэн», «Бурят-Монгольский комсомолец»<br />
и типографии министерства<br />
культуры; они побывали на некоторых<br />
предприятиях и в учреждениях города.<br />
Тепло встретили монгольских журналистов<br />
колхозники сельхозартели имьни<br />
Тельмана, Селенгинского аймака.<br />
Председатель правления колхоза Дагба<br />
Доржиевич Очироа подробно ответит<br />
гостям на все интересующие их вопросы.<br />
В свою очередь колхозники расспоашивали<br />
о жизни монгольских аратов.<br />
Много интересного журналисты увидели<br />
в дни пребывания в г. Кяхте.<br />
Здесь сохранилось немало памятников,<br />
напоминающих об историческом<br />
прошлом монгольского народа.<br />
Под охрану государства взят дом,<br />
в котором в марте 1921 года состоялся<br />
первый съезд Народно-революционной<br />
партии Монголии. На доме—мраморная<br />
мемориальная доска.<br />
Журналисты посетили домик, в котором<br />
нелегально жил в 1921 —1922 годах<br />
вождь монгольского народа Сухэ-<br />
Фото А. Мантаева, Ф. Сорокина, А. Истомина, В. Шитикона.<br />
ГОСТИ ИЗ МОНГОЛИИ<br />
ПОЮТ ГОРОДЯ И СЕЛЯ<br />
Красивым и ярким был июньский фестиваль—праздник<br />
молодежи. На сглдионы,<br />
площади и улицы городов и езл<br />
республики вышли тысячи молодик<br />
тружеников заводов и фабрик, колхозных<br />
полей и учебных заведений. Молодость<br />
и сила, красота и здоровье лились<br />
неудержимым потоком.<br />
Комсомол Бурят-Моголии хорошо подготовил<br />
этот праздник. Он начался второго<br />
июня, в субботу вечером, незаметно<br />
переступил порог воскресенья и<br />
батор. Отсюда машины доставили гостей<br />
к памятнику погибшим борцам ьа<br />
власть Советов в 1918 —1920 годах.<br />
Монгольские гости побывали также<br />
у памятника первой русской женщипепутешественнице<br />
по Китаю и Центральной<br />
Азии Александре Викторовне Потаниной.<br />
В день отъезда из Кяхты журналисты<br />
посетили колхоз имени Маленкова.<br />
Здесь также гостям была устроена теплая<br />
встреча. На прощанье колхозники<br />
пожелали гостям и всему монгольскому<br />
народу дальнейших успехов в строительстве<br />
новой жизни.<br />
На снимке: монгольские журналисты<br />
беседуют с председателем колхоза имени<br />
Маленкова С. Д. Доржиевым.<br />
умолк только на рассвете нового дни.<br />
На стадионах бушевали спортивные<br />
страсти, на площадях и улицах лились<br />
песни. А, ночью в разгар карпанплл,<br />
в небо, разрезая тьму, взвились paw<br />
ты. Юноши и девушки, наряженные и<br />
костюмы всех национальностей, домой<br />
стрировали великое единение простых<br />
людей, дружбу и братство народом<br />
Жюри, призванное оценить достоин<br />
ство карнавальных костюмов, стало н<br />
тупик — столько выдумки, p;i:iimoOj);i IIDI
156<br />
ХРОНИКА КУЛЬТУРНОЙ ЖИЗНИ<br />
и художественного вкуса, что трудно от- Воскресной полуночью над карнавальдать<br />
предпочтение одному и не отме ным шествием заполыхали факелы. Ор-<br />
тить другого. Тогда решили призы за кестры играли марши. Ликующая<br />
костюмы присуждать художественным юность заполнила улицы города. Фа-<br />
коллективам. Машиностроители, пар >кельное шествие протянулось от Дома<br />
возники, текстильщики, студенты оспа- Советов до Парка культуры.<br />
ривали первенство. Оно осталось за кол- Фестиваль молодежи проходил почти<br />
лективом рабочего клуба «Рассвет».<br />
во всех аймаках республики. Особенно<br />
В аттракционах, павильонах смеха,<br />
уголках отдыха рядом с юностью бодр-<br />
интересно и увлекательно он прошел в<br />
ствовали до полуночи и люди старшего Заиграево, Прибайкалье, Байкало-Ку-<br />
поколения. Веселье заражало всех. даре, Бичуре. Кяхте.<br />
ВЫСТАВКА ТРЕТЬЯКОВСКОЙ ГДЛЕРЕИ В УЛАН-УДЭ<br />
П. М. Третьяков в 50-х годах про'ллого<br />
столетия начал покупать и собирать<br />
коллекцию картин из лучших произведений<br />
русского изобразительного<br />
искусства. 12 мая 1856 года он приобрел<br />
первую картину русского художника<br />
Шильдера «Искушение». Эта дата и<br />
считается началом создания галереи.<br />
Представитель русской прогрессивной<br />
интеллигенции XIX века, человек большой<br />
художественной души, страстный<br />
любитель искусства П. М. Третьяков<br />
всю свою жизнь посвятил созданию<br />
русской национальной картинной галереи.<br />
Он имел тесную связь с крупнейшими<br />
представителями искусства России,<br />
оказывал помощь нуждающимся<br />
талантливым художникам.<br />
В 1892 году П. М. Третьяков официальным<br />
актом подарил городу Москве<br />
свою галерею. В ней тогда насчитывалось<br />
две тысячи полотен. Замечатель-<br />
ная сокровищница русского классического<br />
искхества, названная по имени<br />
ее основателя — «Третьяковская галерея»,<br />
стала центром художественной<br />
культуры России.<br />
После Октябрьской революции, 3<br />
июня 1918 года, декретом Совета На<br />
родных Комиссаров, подписанным В. И.<br />
Лениным. Третьяковская галерея была<br />
национализирована.<br />
Фонды Государственной Третьяковской<br />
галереи ежегодно пополняются. В<br />
ней насчитывается сейчас около 35 тысяч<br />
произведений искусства. В это число<br />
входят и произведения советских мастеров<br />
живописи, скульптуры и графики.<br />
12 мая 1956 года исполнилось 100<br />
лет со дня ее основания. Вся страна<br />
отметила этот юбилей как праздник<br />
русского искусства. Всюду читались<br />
На снимке: трудящиеся Улан-Удэ на выставке.
ХРОНИКА КУЛЬТУРНОЙ ЖИЗНИ<br />
лекции, устраивались выставки, печатались<br />
статьи в газетах, передавались<br />
беседы по радио.<br />
Трудящиеся Бурят-Монголии широко<br />
отметили столетний юбилей Третьяковской<br />
галереи. С 30 апреля по 17 июня<br />
в залах Бурят-Монгольского музея<br />
изобразительных искусств и в выставочном<br />
зале Союза советских художников<br />
работала передвижная художественная<br />
выставка. Было экспонировано 240<br />
произведений живописи, скульптуры,<br />
графики из фондов Третьяковской галереи.<br />
Это явилось большим событием в<br />
культурной жизни нашей республики.<br />
На выставке демонстрировались произведения<br />
выдающихся русских художников-классиков:<br />
А. Венецианова, В.<br />
Тропинина В. Кипренского, С. Щодрн<br />
на, А. Иванова, И. Репина, В. Васнецова,<br />
В. Серова, К. Коровина, К. Маковского,<br />
А. Архипова, А. Куинджн,<br />
И. Айвазовского, М. Клодта и многих<br />
ДРУГИХ.<br />
Не ступала моя нога<br />
По вашей родной земле,<br />
Не видели ее мои глаза,<br />
Но сердце в груди<br />
Мне говорит,<br />
Что ваша республика —<br />
Чудесный, прекрасный край.<br />
Это отрывок из стихотворения «Друзья»<br />
эстонской поэтессы Муйи Вестами.<br />
Оно посвящено Бурят-Монго тьскому<br />
ансамолю песни и танца в дни<br />
гастролей его в Эстонии.<br />
Где бы ни появлялись участники ансамбля,<br />
всюду их встречали ien.io и<br />
сердечно, как представителей бурятского<br />
народа. За высокое искусство Президиум<br />
Верховного Совета Латвийской<br />
ССР специальным Указом наградил ансамбль<br />
Почетной грамотой. Решением<br />
Молотовского облисполкома ансамбль<br />
награжден Почетной грамотой. Тракторостроители<br />
Челябинска, трудящиеся<br />
городов Орджоникидзе и Кременчуга<br />
преподнесли адреса, шахтеры Донбасса<br />
подарили шахтерские лампочки.<br />
Недавно после длительной гастрольной<br />
поездки по Советскому СОЮЗУ Шсамбль<br />
возвратился в Улан-Удэ. В последнее<br />
время он выступал пергд<br />
строителями Усть-Каменогорской, Куйбышевской<br />
и Камской гидроэлектростанций,<br />
встречался с моряками Кронштадта,<br />
хлеборобами Узбекистана, овцеводами<br />
Ставрополья, нефтяниками<br />
Ваку, показал свое искусство москвичам<br />
и ленинградцам, побывал в крупных<br />
промышленных центрах Сибири.<br />
За ути годы ансамбль дал оолее двух<br />
ДВЕ ТЫСЯЧИ КОНЦЕРТОВ<br />
157<br />
В зале советского искусства были экспонированы<br />
картины, скульптуры,<br />
этюды, натюрморты, рисунки и плакаты<br />
известных советских художников<br />
А. Герасимова. И. Грабаря, К. Юона,<br />
П. Корина, В. Ефанова, П. Шмаринова,<br />
Б. Яковлева, графические произведения<br />
А. Остроумовой-Лебедевой, И. Соколова,<br />
Г. Верейского, Е. Кибрика, Кукрыниксов,<br />
И. Павлова и других.<br />
За время работы передвижной выставки<br />
в залах музея побывало около<br />
15000 человек. Нередко за день вы<br />
ставку посещало по 5—6 экскурсий<br />
колхозников, работников МТС, школьников<br />
и учителей из различных аймаков<br />
республики. В книге отзывов посетители<br />
оставили много записей своих впечатлений,<br />
в которых они благодарят<br />
устроителей выставки за показ произведений<br />
русского классического изобразительного<br />
искусства.<br />
Народная артистка ЬМ\( < 1> I. I сргесова<br />
во время гастролей ансамбля в<br />
Москве беседует с писаюлгм II. Вершигора.<br />
тысяч концертов, на котрм.ч присутствовали<br />
сотни тысяч зрителей.<br />
Разнообразен репертуар ансамбля.<br />
Показывая грудящимси братских роспублик<br />
своеобразие нациста п.иого бурят-монгольского<br />
in 1л (•(• i и,i, ансамбль<br />
не эгрпнмчинаетея юн,ко бурят-монгольскими<br />
песнями и ганцами . В про-
158 ХРОНИКА КУЛЬТУРНОЙ ЖИЗНИ<br />
грамму включены также произведения чаются чистотой рисунка, большой гра-<br />
советских композиторов, песни и танцы циозностью. Она удачно передает наци-<br />
народов СССР и стран народной демоональный колорит и своеобразие танкратии.цев<br />
восточных народов.<br />
Неизменным успехом пользовалась Исполнительское мастерство солисга<br />
танцевальная группа ансамбля. Балет- ансамбля, народного артиста БМАССР<br />
мейстер заслуженный артист БМАССР Ц. А. Хоборкова, выступления заслу-<br />
М. С. Арсеньсв немало поработал над женной артистки БМАССР М. Чайванэ,<br />
тем, чтобы в полную силу звучали за- артистов Е. Шанюшкиной, Е. Шулуллмечательные<br />
танцы бурят-монгольского вой, А. Зонхоева немало способствовали<br />
народа. Хор, руководимый дирижером — успехам концертов.<br />
хормейстером М. С. Скольчиковой, пре- Гастроли Бурят-Монгольского ансамбкрасно<br />
донес своим слушателям ароля песни и танца в союзные республимат<br />
народных песен. Замечательно ки, в областные города Российской Фе-<br />
звучал оркестр бурят-могольских индерации способствовали взаимному обострументов<br />
под управлением дирижера гащению культур, укреплению дружбы<br />
Е. Е. Павлова.<br />
между народами нашей страны. Встре-<br />
Большим успехом у зрителей польчи с крупнейшими деятелями искусстзуются<br />
выступления народной артистки ва в Москве, Ленинграде, на Украине и<br />
Бурят-Монгольской АССР Т. Гергесо- Кавказе, их советы и пожелания окажут<br />
вой. Индийские, тувинские, бурят-мон- серьезную помощь в дальнейшей рабогольские<br />
танцы в ее исполнении отлите ансамбля.<br />
ПРИХОДИТЕ СЮДА ОТДЫХЯТЬ<br />
Из всех видов спорта—гребной один<br />
из самых увлекательных. Что может<br />
быть чудесней водного простора, удобной<br />
легкой лодки и пары весел! И это<br />
удовольствие доступно каждому.' Перейдите<br />
мост, что перекинут через быструю<br />
Уду, и метрах в пятистах от него вы<br />
унидитс водную станцию. Здесь всегда<br />
можно взять на прокат легкое суденышко.<br />
Хорошо набраться в тихую протоку и<br />
посидеть с удочкой на вечернем клезе.<br />
Горит костер, на таганке заветный котелок.<br />
Дымок от сухого пылающего<br />
тальника стелется над мерцающей<br />
гладью. Небо расцвечено закатными<br />
красками.<br />
Для тех, кто молод, и любит, чтобы<br />
кровь бурлила в жилах. — к услугам<br />
стремнины Селенги. Радостно в жаркой<br />
борьбе с неожиданными «противниками»<br />
испытать свои силы в стремительной<br />
гребле.<br />
Но гребля—спорт не то.лько молодых.
ХРОНИКА КУЛЬТУРНОЙ ЖИЗНИ<br />
Среди • поклонников весел много пожилых<br />
людей. Вот возле кассы стоит Лазарь<br />
Абрамович Безносиков. Ему<br />
шестьдесят четыре года. Он бывший<br />
партизан, ныне пенсионер. Лазарь Абрамович<br />
берет лодку для того, чтобы<br />
встретить с удочкой вечернюю зорьку.<br />
За ним ученик девятого класса школы<br />
Л° 68 Эдик Зубцов. Вместе со своим<br />
другом — учащимся железнодорожного<br />
училища Виктором Карпенко он решил<br />
поработать веслами, покупаться, позагорать.<br />
За ними длинная очередь. Все<br />
хотят скорее получить лодку и отчалить<br />
от берега. Они торопятся.<br />
Кассир станции Вера Гаськова и дежурная<br />
по выдаче лодок Валя Вери-<br />
гина стараются не задоржннап. их n.i<br />
берегу.<br />
На нашем снимке начальник- под<br />
ной станции старый опытный спортсмен<br />
и тренер по гребному спорту Исай Ло<br />
онтьевич Альцман инструктирует ш.шу<br />
скника десятого класса Николая Ур.м<br />
заева и его друзей перед тем как уйти<br />
им в «плавание».<br />
Очередь у кассы не убывает. .'Ото е;цс<br />
в субботу, а завтра все 75 однопариых<br />
и двухпарных лодок будут разобраны и<br />
первые часы работы станции. Конечно,<br />
за день они не однажды перейдут ни<br />
рук в руки, на них покатаются сотни<br />
трудящихся.<br />
ПИОНЕРСКОЕ ЛЕТО В РАЗГАРЕ<br />
Нынешним летом в пионерских лагерях<br />
республики отдохнут тысячи детей<br />
рабочих, служащих и колхозников. Самые<br />
лучшие уголки природы, самые<br />
здоровые места—детям.<br />
Вот и на снимке вы видите пионеров<br />
в сосновом тенистом лесу, неподалеку<br />
от горной речки Березовки. Это—пионерский<br />
лагерь обкома профсоюза работников<br />
лесной и бумажной промыш-<br />
ленности. Он находится неподалеку от<br />
Дома отдыха «Учитель».<br />
Наш фотокорреспондент запечатл'-л<br />
момент отдыха пионерского зиена после<br />
обеденного сна. Старшая пнонернож.1<br />
тая Тамара Тимофеева читает регш'мм<br />
повесть Валентины Осеевой «Насек<br />
Трубачев и его товарищи».<br />
За три сезона в лагере отдохнут пни<br />
ло семисот детей лесником Пурлт Мои<br />
голии.
СОДЕРЖАНИЕ<br />
БУДНИ ШЕСТОЙ ПЯТИЛЕТКИ.<br />
Стр.<br />
Д. ЦЫРЕНЖАПОВ. У нас, в «Красном Оронгое». 3<br />
С". МЕТЕЛИЦА. На берегу Селенги. И<br />
А. ПЛАВИНСКИИ. Новая профессия. 19<br />
Е. ИВАНОВА. Якутские женщины партию славят. Стихи. Перевод<br />
с якутского А. Лаврика. 24<br />
И. ТУГУТОВ. Побратимы. Роман, окончание. 26<br />
Ч. ЦЫДЕНДАМБАЕВ. Колыбель. Сгихи. Перевод с бурят-монгольского<br />
В. Кузнецова. G9<br />
Ц. ЖИМБИЕВ. Сенокос. Рассказ. Перевод с бурят-монгольского<br />
С. Метелицы. ' 83<br />
Ц. ШАГЖИН. Первый год. Пьеса. Перевод с бурят-монгольского<br />
Т. Башкуева и А. Бальбурова. 91<br />
ХАНЬ ЮИ. Рассказ о маме. Перевод с китайского Л. Роганова. . 122<br />
Д. ХИЛТУХИН. Синичкин дом. Стихи. 127<br />
ПУБЛИЦИСТИКА<br />
Д. УЛЫМЖИЕВ. Нерушимая дружба советского и монгольского<br />
народов. !30<br />
Г. ПАВЛОВ. Народный художник. 138<br />
КРИТИКА И БИБЛИОГРАФИЯ<br />
Л. ЭЛИАСОВ. Из истории письменности бурят. 112<br />
Читатели о романе Раисы Белоглазовой. 150<br />
Книжное обозрение 158<br />
ХРОНИКА КУЛЬТУРНОЙ ЖИЗНИ 155<br />
Редактор Н. Л. Рыбко.<br />
Редколлегия: Г. Ф. Баханов, И. А. Ким, Ч. Н. Намжилов<br />
(зам. редактора), М. Н. Степанов, Ц. Б. Цыдендамбаев,<br />
Н. Д. Шулунов.<br />
г?<br />
&<br />
Адрес редакции: г. Улан-Удэ, улица Свердлова, 30, тел. 28-82, 47-91,26-91.<br />
Н—00942 Подписано к печати 30VI. Тираж 5300 экз. Заказ № 3222.<br />
Формат бумаги 70x108 1/16. 5 бум. листов — 10(13,7 )печ. листов.<br />
Типография Министерства культуры БМАССР.<br />
Л»<br />
ёджпвд