Завершение Гонки_
Из всех видов спорта, в которых участвовали греки и римляне, бег был наиболее древним и уважаемым. Состязаниями в беге любовались цари, князья и государственные деятели. В них принимали участие богатые и знатные юноши, которые не щадили себя во время подготовки к состязаниям — лишь бы только завоевать главный приз. Соревнования проводились по строгим правилам, из которых не делалось никаких исключений. Атлеты, желавшие, чтобы их имена внесли в список соискателей главной награды, должны были доказать свое право на это суровой подготовкой. Строго запрещались чревоугодие и другие вредные привычки, ослабляющие человека умственно и физически. Надежду на успех в этих испытаниях на быстроту и выносливость давали крепкие и гибкие мышцы и здоровая нервная система. Каждое движение должно было быть уверенным, каждый шаг — быстрым и твердым; спортсмену нужно было находиться в наилучшей физической форме. Когда участники забега появлялись перед зрителями, его устроители провозглашали их имена и отчетливо объявляли правила соревнований. Затем спортсмены стартовали, подбадриваемые зрителями. Судьи располагались у финишной черты в таком месте, с которого был виден весь забег от начала до конца, чтобы правильно определить победителя. Если кто-либо первым пересекал финишную черту, но при этом нарушал правила во время забега, он не получал главного приза.
Из всех видов спорта, в которых участвовали греки и римляне, бег был наиболее древним и уважаемым. Состязаниями в беге любовались цари, князья и государственные деятели. В них принимали участие богатые и знатные юноши, которые не щадили себя во время подготовки к состязаниям — лишь бы только завоевать главный приз. Соревнования проводились по строгим правилам, из которых не делалось никаких исключений. Атлеты, желавшие, чтобы их имена внесли в список соискателей главной награды, должны были доказать свое право на это суровой подготовкой. Строго запрещались чревоугодие и другие вредные привычки, ослабляющие человека умственно и физически. Надежду на успех в этих испытаниях на быстроту и выносливость давали крепкие и гибкие мышцы и здоровая нервная система. Каждое движение должно было быть уверенным, каждый шаг — быстрым и твердым; спортсмену нужно было находиться в наилучшей физической форме. Когда участники забега появлялись перед зрителями, его устроители провозглашали их имена и отчетливо объявляли правила соревнований. Затем спортсмены стартовали, подбадриваемые зрителями. Судьи располагались у финишной черты в таком месте, с которого был виден весь забег от начала до конца, чтобы правильно определить победителя. Если кто-либо первым пересекал финишную черту, но при этом нарушал правила во время забега, он не получал главного приза.
- TAGS
- publications
- covenant
You also want an ePaper? Increase the reach of your titles
YUMPU automatically turns print PDFs into web optimized ePapers that Google loves.
что Он услышит ваши пламенные молитвы и вложит Свою мудрость и благоразумие в<br />
мои уста, чтобы я мог бороться с недругами; и что Он дарует мне Святого Духа, дабы<br />
мне укрепиться в истине и смело встретить искушения, темницу, а если нужно будет, то<br />
и жестокую смерть.<br />
Иисус Христос страдал за Своих возлюбленных, и неудивительно, что Он оставил нам<br />
пример, как следует с терпением переносить все ради нашего спасения. Он — наш Бог, а<br />
мы — Его творение; Он — наш Господь, а мы — Его слуги; Он — Учитель мира, а мы —<br />
ничтожные смертные, и, несмотря ни на что, Он страдал! Почему же и нам не пострадать,<br />
если страдания очищают нас? Поэтому, мои дорогие, если моя смерть будет<br />
способствовать Его славе, молитесь, чтобы это время скорее пришло и чтобы Он помог<br />
мне стойко перенести все, что ожидает меня. Но если мне суждено будет вновь вернуться<br />
к вам, молитесь Богу, чтобы я возвратился неопороченным, т. е. чтобы я не умолчал ни<br />
об одной букве евангельской истины, оставив, таким образом, своим братьям достойный<br />
для подражания пример. Мы, возможно, никогда больше не встретимся в Праге, но если<br />
Всесильному Богу будет угодно позволить мне вернуться к вам, тогда мы вместе с еще<br />
большим мужеством будем возрастать в познании и любви к Его закону»22.<br />
В другом письме, обращаясь к священнику, ставшему учеником Евангелия, Гус с<br />
глубоким смирением писал о своих ошибках, обвиняя себя в том, что «с удовольствием<br />
носил богатое платье и тратил много часов на легкомысленные забавы». Затем он<br />
присовокупляет следующее трогательное наставление: «Пусть слава Божья и спасение<br />
душ занимает твой ум, а не доходы и состояние. Берегись того, чтобы твой дом не был<br />
украшен больше, чем твоя душа, и превыше всего заботься о духовном возрастании. Будь<br />
благочестивым и кротким с бедными и не трать деньги на празднества. Если ты не<br />
изменишь свою жизнь и не будешь воздерживаться от излишеств, то боюсь, что ты<br />
будешь, подобно мне, жестоко страдать… Ты знаком с моим учением, потому что еще с<br />
детства получал наставления от меня, поэтому я считаю лишним снова писать тебе об<br />
этом. Я заклинаю тебя милосердием нашего Господа — не повторяй ни одной из моих<br />
ошибок, вызванных тщеславием». На конверте он написал: «Я умоляю тебя, мой друг, не<br />
вскрывай пакета, пока не получишь достоверных сведений о моей смерти»23.<br />
На своем пути Гус встречал доказательства распространения своего учения, видел, с<br />
каким интересом относились к его делу. Народ собирался толпами, чтобы<br />
приветствовать его, а коегде городские власти сопровождали его на улицах.<br />
Прибывшему в Констанц Гусу была предоставлена полная свобода. К охранной грамоте<br />
царя присоединилась личная грамота папы, заверявшая в его покровительстве. Но,<br />
вопреки этим торжественным и неоднократным заверениям, по приказу папы и<br />
кардиналов реформатор был арестован и брошен в отвратительный подвал. Позже его<br />
перевели в крепость, находившуюся на противоположной стороне Рейна, и там он<br />
содержался как узник. Но папа не много выгоды извлек из своего вероломного поступка,<br />
потому что вскоре сам стал узником этой темницы24. Кроме убийств, симонии и<br />
прелюбодеяния, он был обвинен перед собором в самых низких преступлениях — «в<br />
грехах, которые неприлично называть вслух». Собор подтвердил вину Иоанна, и в конце<br />
61