Завершение Гонки_
Из всех видов спорта, в которых участвовали греки и римляне, бег был наиболее древним и уважаемым. Состязаниями в беге любовались цари, князья и государственные деятели. В них принимали участие богатые и знатные юноши, которые не щадили себя во время подготовки к состязаниям — лишь бы только завоевать главный приз. Соревнования проводились по строгим правилам, из которых не делалось никаких исключений. Атлеты, желавшие, чтобы их имена внесли в список соискателей главной награды, должны были доказать свое право на это суровой подготовкой. Строго запрещались чревоугодие и другие вредные привычки, ослабляющие человека умственно и физически. Надежду на успех в этих испытаниях на быстроту и выносливость давали крепкие и гибкие мышцы и здоровая нервная система. Каждое движение должно было быть уверенным, каждый шаг — быстрым и твердым; спортсмену нужно было находиться в наилучшей физической форме. Когда участники забега появлялись перед зрителями, его устроители провозглашали их имена и отчетливо объявляли правила соревнований. Затем спортсмены стартовали, подбадриваемые зрителями. Судьи располагались у финишной черты в таком месте, с которого был виден весь забег от начала до конца, чтобы правильно определить победителя. Если кто-либо первым пересекал финишную черту, но при этом нарушал правила во время забега, он не получал главного приза.
Из всех видов спорта, в которых участвовали греки и римляне, бег был наиболее древним и уважаемым. Состязаниями в беге любовались цари, князья и государственные деятели. В них принимали участие богатые и знатные юноши, которые не щадили себя во время подготовки к состязаниям — лишь бы только завоевать главный приз. Соревнования проводились по строгим правилам, из которых не делалось никаких исключений. Атлеты, желавшие, чтобы их имена внесли в список соискателей главной награды, должны были доказать свое право на это суровой подготовкой. Строго запрещались чревоугодие и другие вредные привычки, ослабляющие человека умственно и физически. Надежду на успех в этих испытаниях на быстроту и выносливость давали крепкие и гибкие мышцы и здоровая нервная система. Каждое движение должно было быть уверенным, каждый шаг — быстрым и твердым; спортсмену нужно было находиться в наилучшей физической форме. Когда участники забега появлялись перед зрителями, его устроители провозглашали их имена и отчетливо объявляли правила соревнований. Затем спортсмены стартовали, подбадриваемые зрителями. Судьи располагались у финишной черты в таком месте, с которого был виден весь забег от начала до конца, чтобы правильно определить победителя. Если кто-либо первым пересекал финишную черту, но при этом нарушал правила во время забега, он не получал главного приза.
- TAGS
- publications
- covenant
You also want an ePaper? Increase the reach of your titles
YUMPU automatically turns print PDFs into web optimized ePapers that Google loves.
удивительной точностью, с которой исполнились пророчества, что было отражено и в<br />
исторической летописи. Это было доказательством богодухновенности Писания,<br />
которое впоследствии, подобно якорю, удерживало его на плаву среди опасностей жизни.<br />
Рационалистические учения не приносили ему удовлетворения; лишь погрузившись в<br />
изучение Библии, постоянно стремясь к еще большему свету, он спустя некоторое время<br />
пришел к настоящей практической вере.<br />
Продолжая размышлять над пророчествами, он пришел к выводу, что пришествие<br />
Господа близко. Потрясенный торжественностью и значимостью этой великой истины,<br />
он хотел поделиться ею с людьми, но всеобщее убеждение в загадочности пророчеств<br />
Даниила и их непостижимости явилось серьезным препятствием на его пути. Наконец он<br />
решил последовать примеру Фареля и начал работу с детьми, надеясь впоследствии за<br />
интересовать и родителей. Позже, говоря об этом методе, он писал: «Я очень хочу, чтобы<br />
всем было понятно, почему я обратился в начале своей работы не к взрослым, а к детям.<br />
Я сделал это не потому, что истина, которую я возвещал, была незначительной. Напротив,<br />
именно истину, представлявшую собой величайшую драгоценность, я желал изложить в<br />
самой доступной для понимания форме. Мне очень хотелось быть услышанным, но я<br />
опасался, что этого не произойдет, если сразу обратиться к взрослым. Потому и решил<br />
пойти к самым младшим. Я собирал детей, рассуждая так: если группа моя растет, если<br />
видно, что им интересно, что они понимают, о чем идет речь, и рассуждают о слышанном,<br />
значит, я могу надеяться и на второй подобный кружок, и взрослые, в свою очередь,<br />
убедятся, что стоит посидеть и поразмышлять об этом предмете. Когда это происходит,<br />
дело движется вперед».<br />
Ожидания Гауссена оправдались. Обратившись к младшим, он заинтересовал и<br />
старших. Его церковь была переполнена внимательными слушателями. Среди них часто<br />
оказывались влиятельные и ученые люди, чужестранцы, приехавшие в Женеву, и весть о<br />
Втором пришествии распространялась и в других краях. Ободренный успехом, Гауссен<br />
опубликовал свои лекции в надежде, что исследование пророческих книг заинтересует и<br />
церкви, где служение совершается на французском языке. «Публикуя наставления для<br />
детей, — писал Гауссен, — я, по сути дела, обращался к взрослым, которые часто<br />
пренебрегают этими книгами, ссылаясь на их непостижимость и таинственность. Что же<br />
тут непостижимого, если их понимают дети? Я очень хотел познакомить свой приход с<br />
этими пророчествами. Они представляются мне очень своевременными. Их изучение<br />
поможет нам приготовиться к надвигающимся испытаниям, поможет бодрствовать, с<br />
надеждой ожидая Иисуса Христа».<br />
Несмотря на то, что Гауссен был одним из самых любимых проповедников Женевы,<br />
совершавших служение на французском языке, спустя некоторое время его отстранили от<br />
работы. Суть обвинений, выдвинутых против него, заключалась в том, что вместо<br />
безжизненного и рационалистического церковного катехизиса он при наставлении<br />
молодежи пользовался Библией. Впоследствии он стал учителем богословской школы, а<br />
по воскресным дням попрежнему продолжал учить детей Библии в виде вопросов и<br />
ответов. Его исследование пророчеств также вызвало большой интерес. С профессорской<br />
228